Ответ: Верно, твердая убежденность желательна, но не такая, как "я знаю Его достаточно хорошо". Лишь то, что находится в пределах познавательной способности, может быть вполне познано, в точности, как огнем уничтожается горючее вещество, но не сама сущность огня. Хорошо известно, что смысл всех Упанишад состоит в том, что личное "Я" каждого знающего — есть Брахман. Здесь, также, в форме ответа на вопросы, подтверждается тот же самый факт — в текстах, начиная с "Тот, кто есть Слух слуха", и т. д. (1.2); и то же самое особо подтверждается в тексте "То, что не выразить речью" (I.5). Кроме того, положительный вывод идущей из поколения в поколение последовательности, знающих Брахман приведено в тексте: "Он, безусловно, отличен от известного; и, кроме того, Он выше неизвестного" (I.4). И вывод будет сделан такой: "Он неизвестен тем, кто хорошо знает, и известен тем, кто не знает" (II.3). Поэтому следует развеять убеждение ученика: "Я знаю достаточно хорошо". Ведь знающий не может быть известен знающему, в точности как огонь не может быть уничтожен пожирающим огнем; и нет другого знающего, отличного от Брахмана, кто может отдельно познавать Брахман. Наличие отдельного знающего отвергается Ведическим текстом: "Нет другого знающего, помимо этого" (Бр. III.VIII.11). Следовательно, убеждение "я знаю Брахман достаточно хорошо", несомненно ошибочно. Поэтому учитель был прав, говоря: "Если ты полагаешь" и т. д.
Йади, если, быть может; манйасе, ты полагаешь; су веда ити "я знаю Брахман достаточно хорошо". Хотя сущность может быть загадочной, все же кто-то, обладающий действительной мудростью и свободный от недостатков может в какое-то время постичь Ее, в то время, как другой, возможно, нет; поэтому учитель говорит с сомнением, "Если ты полагаешь" и т. д. Было замечено, что когда провозглашалось: "личность, постигаемая в себе — есть "Я", он (Праджапати) сказал так: Это бессмертное, бесстрашное — это Брахман". (4х. VIII.VII.4). Вирочана, хотя и был сыном Праджапати, и ученым, и царем демонов, все же, из-за присущих ему недостатков, понял противно тому, как его учили, т. е. так, что тело является "Я". Подобным же образом, Индра, царь богов, который не мог понять наставлений в первый, во второй и в третий раз, на четвертый раз, когда были устранены присущие ему недостатки, осознал тот самый Брахман, о котором говорили с самого начала (4х. VIII.VII-ХII). Из обычной жизни также известно, что из учеников, слушающих одного и того же учителя, кто-то один понимает его точно, кто-то другой — неточно, кто-то понимает его наоборот, а кто-то — вообще ничего. Что еще следует сказать о (знании) действительной природы "Я", которое выше чувств? Воистину, в этом вопросе все диалектики, верят ли они в существование, или же в несуществование ("Я"), породили свои ошибочные концепции. Следовательно, хотя утверждение: "Брахман осознан", было сделано с твердым убеждением, все же осторожное замечание "Если ты полагаешь" и т. д., совершенно уместно, ввиду различных возможных пониманий.
Твам, ты; веттха, знаешь; нунам, определенно; дахарам[22] рупам ева апи, весьма малую форму (т. е. проявление); брахманах, Брахмана.
Возражение: Разве существует множество форм Брахмана, великих и малых, вследствие чего говорится "весьма малая форма" и т. д.?
Ответ: Именно так. В действительности, многочисленны генты Брахмана, сотворенные условиями имени и формы, но не по Его природе. С Его собственной точки зрения, формы, совместно со словами, отвергаются таким образом: "ТО, что вне звука, прикосновения, формы и разрушения; также без вкуса, вечно и без запаха" (Ка.1.III.15; Нр.9; Мук. II.72).
Возражение: Не является ли фактом, что самым характерным признаком, которым определяется вещь, является ее собственная сущность? Следовательно, самой характерной чертой, которой определяется Брахман, должна быть Его сущность. Отсюда следует, что поскольку сознание не может быть характерным свойством какого-либо из (элементов) земли и т. д. Б и не может быть характерным свойством всех их в их трансформации (такой, как тело), и не есть атрибут какого-либо из (чувств, таких, как) слух и т. д., или же внутреннего органа (ум), следовательно, оно — признак Брахмана; и, следовательно, Брахман определяется сознанием. Поэтому было сказано: "Знание, Блаженство, Брахман",Бр. III.IХ.28.7). "Только чистый разум", Бр. II.IV.12), "Брахман есть Истина, Знание, Бесконечность" (Тап. II.1.1), "Брахман есть Сознание" (Ан. V.3) — таким образом, в Ведических текстах так же определяется характерный признак Брахмана.
Ответ: Воистину, это так. Но даже в этом случае, данный аспект указан не с внутренней точки зрения, но просто относительно ограничивающих дополнительных факторов — ума, тела и чувств; и это из-за Его связи с этими вещами, согласно тому, как тело и т. д. испытывают рост, уменьшение, разрушение, или гибнут. Но в действительности заключение будет таким: "неизвестен тем, кто знает хорошо, и известен тем, кто не знает" (Ке. II.3).
Выражение йат асйа должно пониматься совместно со словами брахманах рупам (аспект Брахмана), предшествующими ему (в значении: та форма Брахмана, которая). Не только о том проявлении Брахмана, что обусловлено человеческой личностью знаешь ты мало, но и проявление Брахмана, обусловленное божественными ограничивающими факторами, которое ты девешу веттха, знаешь среди богов, в действительности, весьма мало. Так я думаю. В человеческой ли личности это проявление, или же это проявление среди богов, оно все равно остается малым, поскольку оно обусловлено дополнительными факторами. Смысл состоит в том, что Брахман, свободный от всех различий, который один, без второго, и известен как Бхума (великий) и вечный, не может быть познан, как полностью осознанный объект. Поскольку это так, атха ну, следовательно; манйе, я считаю; те; тебе; даже теперь, о Брахмане мимамсйам ева, безусловно, необходимо размышлять. Ученик, услышав это от учителя, сосредоточив свой ум, сел в уединенноем месте, обдумал традиционное учение, как его передал учитель, объединился в нем в процессе размышления, сделал его предметом личного опыта, пришел к учителю и сказал "манйе",(теперь) я полагаю; (Брахман) видитам, известен".
(Учитель): "Как (Брахман известен тебе)?"
(Ученик): "Слушай!
нахам манйе суведети но на ведети веда ча йонастадведа тадведа но на ведети веда ча
2. "Я не думаю: Я знаю (Брахман) достаточно хорошо: (т. е. я считаю) Не то, чтобы я не знаю: я знаю, и, также, я не знаю. Тот из нас, кто понимает эти слова: "Не то, чтобы я не знаю, я знаю и, также, я не знаю", понимает (Брахман).
На ахам манйе суведа ити, я не думаю: "Я знаю Брахман достаточно хорошо". Услышав (от учителя) "Тогда Брахман несомненно, не познан, тобой". (Ученик) отвечает: "Но на веда ити, веда ча, не то, что я не знаю Брахман: я, также, и знаю".
(Учитель): Не противоречие ли — сказать так: "Я не думаю: "Я знаю (Брахман) достаточно хорошо" и "Не то что я не знаю: Я знаю и также не знаю?". Если ты не считаешь: "Я знаю достаточно хорошо", то как же ты можешь считать: "Я также знаю?" Опять-таки, если ты считаешь, "Я не знаю", то почему ты не считаешь: "Я знаю достаточно хорошо?" Не рассматривая случаи сомнения и ложного знания, можно утверждать, что это противоречиво говорить, что та же самая вещь, что известна человеку, не известна ему достаточно хорошо. И нельзя установить ограничение, что Брахман должен быть известен как объект сомнения или ложного знания. Ведь сомнение и ложное знание повсеместно известны как причины вреда.
Хотя и получив такой выговор от учителя, ученик остался непреклонен. Более того, выражая свою твердую уверенность в знании им Брахмана, он заявил, черпая силу в традиционном знании, сообщенном ему учителем в изречении "Он отличен от известного, и также выше неизвестного", а также в размышлении и (собственном) осознании что (он сказал?) Слова его таковы: "Йах веяний, кто; нах из нас, из моих сотоварищей — учеников; веда, действительно понимает; тат, это произнесенное мной изречение; тот веда, знает; тат, Брахман". (Учитель): "Еще раз скажи свое утверждение"? На это он отвечает: "Но на веда ити веда ча, не то, чтобы я не знаю; я знаю, и, также, я не знаю". Желая показать, что не отходит от идеи учителя, и с целью не дать понять неправильно людям с небольшим умом, ученик с убежденностью повторил другими словами, т. е. "Не то чтобы я не знаю; я знаю и, также, я не знаю" то же самое, что было сказано изречением: "Он отличен от известного и он выше неизвестного"; делая это, он использовал итог собственных размышлений и собственное осознание. Тем самым восклицание: "Тот из нас, кто понимает эти слова, знает Брахман", становится справедливым.
