проказничать, ему просто было интересно, что это такое яркое поблескивает в баночках?
Поскольку Рыжик спал посередине, то, слетев с полки, он случайно толкнул Певчика и Крепыша. Сонные и сердитые, они рванули вслед за нарушителем их сна, и нагнав его, сильно толкнули вперед. От удара Рыжик потерял направление и вместо стола приземлился лапами прямо в баночку с краской.
Снегирь, как известно, не большая, но и не маленькая птичка. По крайней мере, если снегирь встанет лапками в стандартную баночку для гуаши, то не сможет в ней устоять. Так и случилось с Рыжиком.
Почувствовав, что банка падает, Рыжик поспешил вылететь из нее, но он не мог предотвратить последующий разлив краски. Крепыш и Певчик не успели отлететь, и краска, брызнув во все стороны, попала и на них.
Как раз в эту самую минуту Лиля вошла в комнату.
– Ну дела! – выговорила она с досадой. – Простите, ребята, мне не надо было оставлять краски открытыми. Рыжик, стой, не садись пока на полку! – остановила девушка снегиря, который решил подкрепиться после приключения. – Ты же весь в краске! Кто же ест с немытыми лапками?
Девушка подошла к снегирю, еще порхавшему в воздухе, и подставила ему ладошку. Рыжик поставил на нее запачканные лапки, и Лиля понесла его в ванную.
Певчика и Крепыша тоже следовало почистить. Лиля посадила их себе на плечи, благо лапки у них не запачкались, и вся компания отправилась умываться.
У Лили была привычка стирать вручную и вешать на батарею носовые платочки. Сейчас она была рада такой привычке, потому что один из таких платочков, уже постиранный и высохший, висел на батарее как раз кстати. Девушка смочила его водой, и аккуратно, но тщательно обтерла Рыжику лапки. Смочив платочек еще раз, она, с не меньшей аккуратностью, почистила перья Певчику и Крепышу. После чего, посадив чистых снегирей, одного на голову, других – на плечи, Лиля сама вымыла руки, не забыв параллельно простирнуть платочек.
Вернувшись в комнату и посадив снегирей на полочку, Лиля плотно закрыла баночки с краской и убрала их на место. Теперь надо было насыпать птицам свежего корма, но Лиля почувствовала, что сама явно проголодалась.
– Подождите меня немного, ладно? – попросила она птичек. – Я быстренько положу себе каши, и мы позавтракаем вместе.
Снегири не возражали, к тому же у них оставалось еще несколько зернышек, которые они честно разделили между собой.
Лиля вернулась довольно быстро. Поставив на стол тарелку с гречей, девушка насыпала птицам свежего корма, и пожелав им приятного аппетита, начала есть.
Снегири поклевали немного зернышек и, явно заинтересованные тем, что ест Лиля, спикировали вниз и приземлились прямо перед ее тарелкой.
– Что такое? – удивилась девушка столь необычному поступку. – Вы тоже хотите каши? – догадалась она.
Снегири промолчали, и только моргнули черными бусинами глаз, будто подтверждая ее догадку.
Тогда Лиля, не говоря ни слова, зачерпнула полную ложку каши, не спеша подула на нее, чуть-чуть попробовала, и убедившись, что каша теплая, протянула ложку птицам. Снегири недоверчиво посмотрели на ложку. Любопытный Рыжик клюнул первым. После него кашу рискнули попробовать остальные. В одно мгновение ложка опустела, и сытые снегири, почистив перья, лениво взлетели обратно на полку.
– Кажется, кто-то немного переел! – ласково произнесла Лиля им вслед.
Девушка вынула из углубления в полочке чашу, вылила из нее остатки воды, и заменила свежей. Снегири охотно попили и устроились на небольшой отдых. Впереди целый день, думали они, надо как следует отдохнуть.
Птицы и знать не знали о том, что скоро им придется проститься с Лилей.
Увидев, что снегири устроили себе тихий час, Лиля решила последовать их примеру и тоже легла поспать. Проснулась девушка от громкого шелеста крыльев и недовольного щебета. Лиля открыла глаза, и оробела, увидев перед собой разъяренных снегирей.
– Вы что же, проснулись раньше меня и уже съели весь корм? – сонно спросила девушка, но услышав в ответ более возмущенное чириканье, поспешила подняться: – Ладно-ладно, я все поняла, сейчас положу вам новую порцию.
Лиля положила на полку несколько кусочков яблока, поставила блюдечко с кашей, насыпала немного травинок овса, и даже сменила воду. Снегири успокоились и метнулись к угощению.
– А который час? – вдруг спросила Лиля как бы себя и взяв в руки телефон, посмотрела на экран.
– Два часа! – воскликнула девушка. – Неудивительно, – обратилась она к снегирям, – что вы так взбунтовались. Я проспала больше вашего на целый час. Чуть не оставила вас без обеда. Какая беспечность!
Тут ее внимание привлекла цифра «1» на значке «Сообщения».
– О, новое сообщение! Интересно, от кого?
Лиля перешла в «Сообщения». Незнакомый номер писал: «Через час на пустыре. Не опаздывай.»
«– Интересно, кто бы это мог быть? – подумала девушка. – А может, номером ошиблись?
Лиля еще раз посмотрела на номер. Где–то она эти цифры уже видела…
– Куда же я ее задевала? – девушка внезапно начала просматривать полки шкафа, явно пытаясь что-то найти. Но поиски не увенчались успехом, и Лиля метнулась в коридор.
Снегири, уже перекусив, с интересом ожидали, что будет дальше.
– Ага! Вот она! – послышалось из коридора, и Лиля вбежала в комнату, размахивая какой–то тоненькой карточкой. После этого девушка еще раз взглянула на номер в телефоне и сверила его с номером на карточке.
– Я была права, это действительно его номер. – произнесла Лиля, и в ее голосе послышались печальные нотки.
Девушка положила визитку на стол, и взяв телефон, напечатала сообщение:
«Я проспала. Вы уже на месте?»
Ответ пришел довольно быстро:
«Да. Только что пришел.»
«Хорошо, – написала Лиля в ответ. – я сейчас оденусь. Подождете еще минут пятнадцать?»
«Пятнадцать минут. – был ответ. – И не больше.»
И не теряя времени, девушка начала собираться. Снегири не понимали, почему, но чувствовали, что что-то должно произойти. Лиля сбегала в комнату и принесла оттуда небольшую коробку с дырочками. Смягчив донышко коробки травой, девушка посадила в нее снегирей, и с трудом пряча слезы, накрыла ее крышкой, после чего оделась окончательно, и взяв коробку, вышла на улицу.
В коробке снегири выражали огромное недовольство. Им и в прошлый раз не очень-то понравилось в коробке, но теперь они хотели вернуться назад, в теплую и просторную комнату, где их кормят, гладят, а главное – любят.
Хотела этого и Лиля. Ей ничего не стоило развернуться и пойти назад, домой. Но врач был прав: птицы рождены для свободы! И не только птицы. Любому живому существу было бы тяжело в неволе, даже человеку.
Лиля подумала, как бы ей было тяжело, случись бы с ее любимцами непоправимое, и ускорила шаг.
