– Всегда пожалуйста.
– Но дело в том, что мне не нужна была помощь. Ситуация была под контролем.
– Да уж, я заметил.
– Серьезно, так и было. – Эбби не понравилось, как фальшиво прозвучал ее ответ. От этого она еще больше начала защищаться. Может, она и не контролировала ситуацию в тот конкретный момент, но она разобралась бы с этим потом. – Так что вам не придется повторять этот подвиг.
– Другими словами, занимайся своими делами?
– Я просто говорю, что в этом нет необходимости.
Хантер кивнул:
– Рад слышать. Я вообще не из разряда спасателей, начнем с этого.
– Разве?
– Не-а. Как вы сказали? Меня это не касается.
– Но тогда почему?..
– Почему я вмешался вчера? – Он пожал плечами. – Ну что я могу сказать? Моя мама была южанкой и учила меня быть джентльменом.
Значит, он защищал ее честь. Желудок Эбби сжался.
– Что ж, вы можете сказать своей маме, что ее уроки не прошли даром.
– Я бы сказал, но она умерла.
– О, мне очень жаль…
– Не стоит. Это было двадцать лет назад.
Когда он еще был ребенком. Значит, у ее героя было печальное прошлое. Человеческая сторона, которая уравновешивала его внешность кинозвезды.
– Эбби! Клиенты! – Голос Гая перекрыл звон тарелок и вилок. – Давай-ка шевелись!
– Долг зовет. – Все остальные разговоры могут подождать. – Я принесу вашу яичницу, как только она будет готова.
Под контролем, конечно же! Хантер наблюдал, как Эбби поспешила к двум бизнесменам, сидящим через два стола. Ее хвост подскакивал в такт шагам. Повязка на запястье сверкнула белизной, когда Эбби подняла блокнот. Кого она пыталась убедить? Его или себя?
Это не его дело. Раз леди сказала, что держит ситуацию под контролем, то дальнейшее его совершенно не касается. Хантера это абсолютно устраивает.
Он потянулся за своей сумкой и достал бумажную папку. Внутри находилось фото Эбби. После долгих размышлений Хантер все же решил, что черно-белый снимок более выразительно подчеркивает тени на ее щеках.
Хантер всмотрелся в глаза Эбби. Да, все очевидно. Печаль. Говорят, что глаза – зеркало души, а эта фотография смогла запечатлеть ее настроение. В случае с Эбби это был настоящий калейдоскоп эмоций. И что это за эмоции? Фотография, как и любой вид искусства, всегда оставляла пространство для нескольких интерпретаций.
Обслужив бизнесменов, Эбби вернулась к окну заказов и попыталась разойтись с другой официанткой, руки которой были заняты тарелками. Хантер позволил себе рассмотреть фигуру Эбби. Бесформенный кардиган, который она надевала каждый день, совершенно ее не красил. У Эбби были великолепные ноги, которые выглядели чудесно даже в страшной обуви. Хантер попытался представить, как бы они выглядели, надень она юбку покороче и туфли на высоком каблуке.
Он все еще рассматривал Эбби, когда она поставила тарелку с заказом на стол перед ним.
– Что это? – спросила она, увидев фотографию.
Поскольку эта тема требовала объяснений, Хантер сначала проглотил кусок яичницы.
– Вы, – кратко произнес он.
– Я знаю, что я. Когда вы это сняли?
– Вчера. Прямо здесь, на тротуаре.
Ее брови сошлись на переносице.
– Как? Вы что, преследовали меня?
– Не говорите ерунду. – Хотя, принимая во внимание случившееся, он понимал, как ей в голову могла прийти такая мысль. – Я живу на той стороне улицы. Этот кадр я снял, когда возвращался домой.
– Не сказав ни слова?
– Не хотел портить кадр.
– Вместо этого вы решили подкрасться.
Хантер положил вилку на стол:
– Я был осторожен. Так поступает хороший фотограф.
– Можно? – Нерешительно посмотрев на него, Эбби вытерла руки о свой фартук и взяла фотографию. – Ух ты… – произнесла она через минуту.
Точно такой же была и его реакция, когда Хантер закончил цифровую обработку. Обычно его не интересовали комплименты, он был достаточно уверен в своих способностях, чтобы мнение других не влияло на него. Но удивленный шепот Эбби и искреннее восхищение на ее лице наполнили его удовлетворением.
– Я выгляжу… – Подыскивая подходящее слово, она прикусила верхнюю губу.
Это был такой выразительный жест, что Хантер с трудом удержался, чтобы не схватить камеру и не снять это. Наконец она положила фотографию на стол.
– Уставшей, – сказала она. – Я выгляжу уставшей.
– Да, это так. – Не было никакого смысла врать ей. – Но я думаю, вы не видите главного. – Усталость была лишь частью того, что делало ее – точнее, ее изображение – таким пленительным. – Эта фотография рассказывает целую историю.
– Что? Историю о том, как тяжело женщине заработать денег? Как ни печально, но это, должно быть, самый лучший снимок, который у меня когда-либо был. – Она стала серьезной, пробежавшись кончиками пальцев по глянцевой бумаге.
– Неудивительно. Вероятно, это первый раз, когда вас снимал хороший фотограф.
Эбби засмеялась. Короткий, мягкий смех, от которого черты ее лица засияли. К удивлению Хантера, вид ее сияющего лица зажег огонь где-то глубоко внутри его.
– Жаль, что я не знала. Могла бы избежать кучи ужасных снимков с праздников за последние годы. Уоррен говорил, что я выгляжу как олень под дулом ружья.
– А на самом деле? – спросил Хантер. – У вас было чувство, что вас сейчас пристрелят?
Она подняла взгляд карих глаза и посмотрела прямо на него:
– Я думала, вы сказали, что дело в фотографе.
– Фотографы еще и показывают реальность.
– Разве это не подтверждает, что я правда выгляжу ужасно?
– Ну, если только вы действительно выглядите ужасно, начнем с этого.
– Да, конечно. – Ее щеки окрасились в розовый цвет, и она уставилась в пол.
Это заставило Хантера задуматься, как часто она вообще слышала комплименты.
Хантер передал ей фотографию:
– Вот.
– Вы отдаете это мне?
– Почему нет? Это ваша фотография.
– Да, но… – Что бы она ни собиралась сказать, все слова испарились, когда ее рука случайно прикоснулась к его.
Хантер заметил, как ее зрачки расширились. Она боится мужчин? Ее зрачки стали широкими и темными, превратив радужную оболочку в тонкую коричневую полоску.
Вопреки всем доводам разума ему хотелось продлить этот контакт, поэтому он аккуратно провел указательным пальцем по тыльной стороне ее ладони. Эбби отдернула руку. Хантер почувствовал, как горит ее кожа.
– Спасибо вам, – прошептала она.
– Пожалуйста.
– Так вот как ты заботишься о своих клиентах?
Уоррен. Эбби вздрогнула, уронив фотографию на пол. Прежде чем она или Хантер успели пошевелиться, ее бывший бойфренд наклонился и подобрал снимок. Эбби попыталась отобрать его, но Уоррен крепко держал добычу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
