её не трогать.
— ???
— Это ведьма, одна из сильнейших, она не может быть убита, поэтому её заключили здесь.
Тут маленькая ведьма наглядно продемонстрировала, что жива и умирать не собирается. Глаза её открылись, раздался громкий визг, после чего она рванулась наружу. Огненное заклинание Ульяны отлетело от неё, как горох от стенки, точно так же отскочил и кистень Бориса, крошечные ранки, оставленные шипами, затянулись за доли секунды. Я сгоряча вскинул карабин, но тут же его опустил, понял, что даже пуля тоже не возымеет действия.
К счастью для нас, те, кто запер ведьму в гробу, позаботились о безопасности. Руки и ноги были прикованы блестящими серебряными цепями, ещё одна цепь удерживала её за пояс. Металл был покрыт магическими знаками.
После бешеного рывка ведьма снова упала в гроб, притворившись умершей, только глаза оставались открыты и горели ярким красным огнём.
— Чтоб будем делать? — спросила Ульяна.
— Драгоценностей там, кажется, нет, — сказал я, — но табличку взять нужно.
За табличкой полезла Ксения, осторожно, на цыпочках, подошла к гробу, протянула руку. Ведьма снова начала метаться, но цепи держали крепко. После нескольких попыток Ксюша смогла ухватить двумя пальцами табличку и выдернуть её из-под ноги ведьмы. Немного подумав, мы решили не искушать судьбу и положили плиту на место. После этого мы пошли дальше, слушая, как вдали затихают крики ведьмы.
— Всё равно не могу прочитать, — сказала Ульяна, вертя в руках три четверти таблички. — Это какой-то шифр, нам потребуется ключ. Где-то должен быть ключ.
Несмотря на это, вся команда после встречи с ведьмой была в приподнятом настроении, нашли три четверти, найдём и последнюю. А там уже посмотрим, что делать. Вот только бродить бесконечно у нас не получится, скоро начнём страдать от жажды.
Как-то совсем буднично проскочила надпись. Сообщающая о том, что команда острова пять, потеряв двоих бойцов, наконец, перешла на остров три. Команда два потеряла четверых, оставаясь ещё на острове два. Всё же мы не в последних, да и третий остров хорошо выравнивает шансы. Я от нечего делать проглядел свои показатели. От постоянного блуждания по коридорам дважды поднялась выносливость. Ещё на одно очко подскочил интеллект. Скоро смогу читать наравне с Ульяной. До уровня оставалось немного. Уже решил, что, получив уровень, подниму ловкость и дальнобойное оружие.
Поход снова затянулся, эйфория от победы быстро прошла, а бесконечный поход снова вверг всех в уныние. Воды оставалось на донышке, чтобы не провоцировать жажду, мы почти не ели, скоро начнём слабеть и валиться с ног. Настроение в группе упало ниже цокольного этажа, мы почти не разговаривали друг с другом. Когда надежда почти оставила нас (вместе с последним глотком воды), перед носом возникла очередная дверь, на этот раз железная.
— Неужели? — хрипло проговорил Борис, шедший в голове колонны.
— Не уверен, что это спасение, — отозвался я, удивляясь своему голосу, пересохшее горло работало специфически. — Там какая-то табличка, Ульяна, прочитай нам неграмотным.
— Здесь лежит тёмный властелин, маг и чернокнижник, убитый собственными подданными за чрезмерную жестокость. Берегитесь, даже мёртвый, он очень опасен и не любит, когда к нему приходят непрошеные гости, — Ульяна закончила читать и повернулась к нам. — Думаю, это финальныйквест.
— Думаю, там четвёртая часть таблички, — сказал я.
— Это не значит, что я смогу её прочитать, — напомнила Ульяна.
— Как бы то ни было, а идти надо, — сказал Борис. — Я лучше в бою погибну, чем медленно от жажды загибаться.
— Как вообще можно убить мертвяка? — я решил, что лучше подготовиться.
— Порубить на части, вбить кол в сердце, — начал перечислять Борис. — Закатать в бетон, сжечь, растворить в кислоте. Что ещё?
— Сжечь я попробую, — задумчиво сказала Ульяна. — У него может быть защита от магического огня, но откат заклинания у меня совсем небольшой, раза четыре успею ударить.
— А заклинание подчинения мёртвых не действует? — спросил Альберт.
— Смеёшься? Я этого железного болвана с трудом тяну.
Железный болван так и продолжал тащиться за нами, есть он не просил, а бросать было жалко. Сейчас у него появился шанс принести пользу, хоть ненадолго связав боем противника.
— А серебро на мёртвых действует? — этот вопрос я адресовал Альберту.
— Серебро действует на всех созданий Тьмы. Ожившие мертвецы не исключение. Убить, может быть, не убьёт, но сильно замедлит, вызовет боль и, возможно, потерю сознания. Только у нас серебряного оружия всё равно нет.
— Зато есть огнестрел, — заметил я. — С раздельным, что характерно, заряжанием. Семён, кусачки у тебя есть?
— Конечно.
— Я ложки сохранил, те, что на вилле дона стырили, надо покромсать на части, чтобы вместо картечи использовать.
— Вариант, давай их сюда.
Пока Семён откусывал от ложек небольшие кусочки, мы провели ревизию запасов. В наличии имелись два карабина, они больше под стрельбу пулями заточены, но от картечи им ничего не сделается. Ещё два пистолета, да тот старинный полукарабин с колесцовым замком, также доставшийся из запасов дона на вилле.
Теперь предстояло всё это зарядить серебром, а уже потом идти в атаку на мертвого властелина. Интересно, а он властелин чего? Острова? Так это мелко. Был бы властелином мира, или Вселенной.
Осколки серебряных ложек были засыпаны в стволы пистолетов и ружей, а сверху придавлены пыжами из бумаги. Так себе заряд, дальше пяти метров стрелять не стоит. Но тут, в катакомбах, расстояния редко бывают больше. А если он в доспехах? Значит, зря потратили серебро.
— Готовы? — спросил я. — Понятно, что нет, я тоже не готов, Борис, открывай. Ульяна, держи наготове железного.
Эта дверь подалась без сопротивления, стоило только дёрнуть за ручку. А внутри, в отличие от предыдущих залов, оказалась комната довольно скромных размеров, всего-то метров восемь в длину и ширину. Большую часть площади занимал бассейн с водой, в центре которого возвышался постамент, на котором лежал покойник. Без гроба, просто так лежал, сжимая руками какой-то длинный жезл. В глаза бросилось, что человек молодой, красивый и совершенно не тронут тлением, словно умер минут пять назад. Может быть…
Дальнейшие мои размышления были прерваны, пришлось оттаскивать невоздержанных товарищей от воды. Пить я и сам хотел, да только вода в
