Придавив собой ее тело, грубо разведя бедра, быстро вошел, не отрывая пальцев от клитора. Внутри оказалось влажно и тепло. Двигаясь в ней, нарастил темп. Другой рукой прижав щеку Лайсы, повернул ее голову набок.
— Только не смотри на меня. — зашептал, целуя шею и яростно работая бедрами — Ну, чего тебе смотреть… Не поворачивайся. Раздвинь ножки пошире. Так, да… И давай, двигайся тоже…
Зажмурив глаза, она двинулась ему навстречу, уперев ступни в покрывало. Тут же почувствовала горячее дыхание на шее и руку, сжавшую грудь. Губы, жесткие и горячие, захватившие сосок и зубы, прикусившие плоть.
— У тебя грудки сладкие, — хрипел Тирон зверем, одновременно целуя и кусая соски — Вся сладкая! Сладкая!!!
Подсунув руки под ягодицы, он сжал их, прижимая к себе тело любовницы. Начал двигаться плавно и ровно, однако очень жестко. Жестоко! Будто мстил за что — то. Или ЧТО — ТО сдерживал… Что — то или КОГО — ТО.
В какой — то момент стало даже больно, но боль перетекла в жар и Лайса застонала от этой живой горячечности.
И тут он остановился.
— Не спеши…
Выйдя наружу, положил ее на живот. Разведя ноющие губки, вошел снова, приветствуемый громкими стонами и движениями желанного тела.
— Приподнимись, — приказал он, вбиваясь внутрь и терзая груди обеими руками — Вот так, да…
Придавив тело девушки к смятому покрывалу, отпустил себя, излившись в нежную глубину сильной струей, так и не дождавшись ответных судорог. Да он ничего так быстро и не ждал… Достаточно, что ей было просто хорошо и не больно, пока этого хватит.
После Тирон лег рядом, прижав к себе расслабленное тело любовницы, все еще звенящее от близости.
— Спи здесь. — сказал он — Не уходи. Ладно?
Она кивнула. Успокоенный, задремал сам.
А потом рухнул в сон, внезапно и резко.
…Не зная, не видя, не чувствуя, как Лайса, осторожно выбравшись из кольца его рук, встав на цыпочки и озираясь, прокралась в спальню.
Там, тряхнув валявшуюся на стуле сумку, прошерстила ее еще раз, перебирая руками ткань подкладки. Девушка уже делала это неоднократно, но всякий раз ей казалось, что делает она это недостаточно внимательно.
Бесполезно. Никакой ошибки. Ни в первый раз, ни в этот — наверное, тысячный.
Пропуска не было. Лайса Канц теперь и не знала, что ей делать.
Просто не знала.
Глава 5
Спустя несколько дней, Лайса все же решилась действовать. Решение пришло не сразу: перед ней мерно раскачивались две чаши весов. На одной — сытая, относительно беззаботная и безбедная жизнь и последующая свобода, на другой же — обязательства. Те самые обязательства, которые были вручены ей много лет назад. Вручены без ее согласия. Так наследник принимает вместе с красивым домом и бассейном несметные долги умершего родственника.
У Лайсы Канц вышло также. Вместе с шикарной внешностью и почти животной притягательностью, приняла она в наследие и еще кое — что.
И это кое — что напомнило о себе сегодня утром громким писком входящего на рацию сообщения.
Слишком долго откладывала Лайса, отбрасывала в дальний угол то, что требовало ее отдачи… Старалась не думать, малодушничая и надеясь, что все рассосется само собой, что все разрешится как — нибудь.
Тирон уехал на службу, сегодня была его смена — подчиненный ему отряд патрулировал вверенные солдатам окрестности. Элион — паршивый город, но большой и неспокойный. Драки, грабежи, изнасилования, торговля саджем, самопальным алкоголем, да мало ли еще чего. Одних таких, как Лайса — на квадратный метр тысяча. Поэтому у бойцов Восстановления всегда много дел. Тирон задержится на сутки, вернется лишь завтра утром, поэтому Лайса должна успеть… Только вот как успеть… без пропуска? Желтая карта стоит двести талей. На данный момент все, что есть у Лайсы — ноль.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сэттар Дэннис не дает ей налички. Нисколько.
Она было заикнулась, но получила жесткую отповедь:
— А зачем тебе? Все, что нужно — съездим и купим. Говори, что.
Боится, что Лайса сбежит? Или потратит деньги на садж и бухло? Странный. Она ведь объяснила, что завязала с саджем, а пить ей никогда не нравилось. Ну, а насчет сбежать… Не такая уж она дура. Куда бежать? Если только по кругу…
Лихорадочно соображая, что предпринять, она нажала кнопку нагревателя — жутко захотелось какао. Всегда, когда приходилось думать, хотелось жрать. Именно какой — нибудь сладости. Вспомнив о вафлях и сладком твороге, полезла в шкаф. Да так и замерла, сжимая в руке холодные блестящие упаковки. Его подарок! Шкатулка со всем ее содержимым, сережками и колечками, стоит где — то тысячу шестьсот — тысячу семьсот талей. Поскольку предлагается продать все это очень быстро, можно немного сбросить цену. Ей хватит этих денег. Хотя бы на пока. А дальше… она что — нибудь придумает.
Миг — и уже она, сорвав резинку с волос и скинув домашнее платье, натягивала на себя узкие цветные штаны. Еще миг — застегивала рубашку на груди наглухо, маскируя следы поцелуев на шее. Еще миг — неслась по улице, к точке скупки. Тирон не давал денег, но оставил ей ключ — карту от квартиры (эту привилегию девушка отстояла, объяснив желанием "прогуляться иногда"). Логично размыслив, что с пустыми карманами любовница далеко не скроется, Дэннис согласился на это. И отлично! Она ведь и вправду не скроется. Вот честное — пречестное! Никуда!
Пассажирский фургон, раскаленный от утренней жары, переваливался на небольших колесах, как толстуха на жирных варикозных ногах. В салоне было душно, а окон не открыть, какой смысл? Пригородная дорожная пыль тут же забьет глотку и легкие, а взбесившийся Ортан отхлещет лучами по морде так, что мало не покажется.
Лайса, откинувшись на горячую, обтянутую материей спинку сидения, смотрела в грязное окно. Фургон двигался по дороге, разрезающей лесополосу, состоящую из одинаковых чахлых протановых деревьев. Развернув широкие, клеенчатые листья, они покорно принимали пыль, летевшую из — под колес и палящие, летние лучи.
"Хоть бы немного дождя!" — подумала Лайса, прижимая ко лбу бутылку с водой, еще холодную, еще спасительную — "Хоть к вечеру бы…"
Взвизгнув на повороте, фургон, развернувшись, остановился. Девушка спрыгнула с высокой ступени прямо в раскаленную землю. Пройдя мимо длинного серого каменного забора, вошла в широко распахнутые ворота. Оказавшись у крыльца психиатрической клиники, подняла голову и посмотрела так, будто видела все эти узкие окна, зарешеченные и грязные первый раз. Если бы первый! Просто в мозги всверлилось грубым саморезом это все. И окна, и вывеска, и неопрятный, бородатый охранник у входа.
— Мне карту получить! — заискивающе начала она — Карту посещений блока В. У меня была, я потеряла… Мне дубликат бы…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мужик смерил Лайсу похотливым взглядом. Хохотнув, приказал отдать вещи и документы для досмотра. Не найдя ничего предосудительного и запрещенного, пропустил посетительницу внутрь, в вожделенную ею прохладную резиновую мглу.
— Дубликат выдается один раз, сэйта* Канц! — толстая тетка просунула руку с квадратиком пластика через решетку окошка — Более не теряйте, будьте внимательны. По коридору направо.
