Чашу следовало разместить на теле жертвы и Мара окинула труп задумчивым взглядом. На груди? Пожалуй, там не так много повреждений, да и других альтернатив не было – живот представлял собой мешанину внутренностей, лоскутков кожи и обрывков мышц. Так что да, лучше всего инвентарь встанет на относительно целой груди.
Крыса протестующе пискнула, когда Мара перехватила её поудобнее, вытянув руку над чашей. Первая магическая иголка вошла точно в маленькое лёгкое, и крыса заверещала отчаянно, истерично, захлёбываясь кровью, но это совершенно не тронуло Мастера. Крыса была далеко не первой и уж точно не последней её жертвой. Так что и вторая игла нашла свою цель – желудок был пронзён с той же уверенностью. Третья игла вонзилась аккурат между позвонками шейного и спинного отделов. Всё точно по книжке, идеально обездвиживая, но не убивая источник силы. Теперь можно опустить еле живое тельце в чашу. Пуговки глаз смотрели с мольбой на холодную, собранную Некромантку, но та и не замечала – она была занята разглядыванием трупа жертвы. Пока крыса доживала свой недолгий век в муках и страхе, ей, Маре, предстояло понять, что из мешанины причудливых ран может оказаться частью проведённого субъектом ритуала, а значит, каких участков тела категорически нельзя касаться, а какие относительно безопасны. В конечном итоге Мара остановилась на лице убитой. Если не считать нескольких лоскутов кожи содранных со лба и висков, ну и отрезанных век, его, пожалуй, можно было назвать относительно целым. Может ещё нос сломан, но это особой роли не играло. Для Мары.
Пора было приступать к главному.
Ещё две иглы вонзились точно в те самые чёрные бусины, наконец, отправляя серую душу за Грань. Подождав ещё немного, когда в чашу натечет достаточно крови, Мара вынула первую иглу и воткнула её под левую грудь жертвы. После небольшой заминки игла из желудка крысы затерялась в кровавом клубке, но цели своей достигла. Это Мара определила по всплеску силы, что плюхнулась в очерченный контур. Игла из позвоночника вошла в горло, прошила его насквозь и угнездилась в нужном месте. И наконец, две иглы покинули своё временное пристанище и оказались в остекленевших глазах убитой. Безучастно отодвинув в сторону трупик крысы, Некромантка окунула пальцы правой руки в густую, тёмную лужицу. Три руны окрасили красными пятнами лоб жертвы, ещё по одной легло на её ладони, последнюю следовало нарисовать на губах, но вот именно их Маре почему-то не хотелось касаться. Казалось бы, тонкие ранки не несут в себе никакого особого значения, но интуиция упорно отговаривала от опрометчивого шага. И Мара послушалась. Лучше уж безмолвный свидетель, чем безвременно почивший Вызывающий.
А именно этим Мастер и занималась – готовилась призвать призрак ушедшей души, обменяв несколько мгновений её присутствия в Мире на жизнь серого комка шерсти. Неравноценный обмен? Может быть. Но такова суть Смерти, Грани, а значит и Некромантии. За возможность узнать истину порой нужно уплатить очень страшную цену.
Оглядев труп ещё раз, Мара решилась и начертила последнюю руну на левой ступне, просто потому что она была более целой, а ритуал требовалось выполнить полностью. Поднявшись с колен, Некромантка ещё раз осмотрела дело рук своих и, удовлетворённая увиденным, наконец, развернулась к оставшемуся за кругом Лар-тару.
И только в этот момент поняла, что, наверное, всё же стоило сначала объяснить свои действия, может быть, тогда смуглая кожа мужчины не приобрела бы сероватый оттенок, а присоединившийся к ним паренёк в богатой одежде не выворачивался бы наизнанку, опираясь о стену соседнего дома. М-да, как-то она позабыла о том, что обычные люди крайне редко сталкиваются с подобными ритуалами и воспринимают их совсем иначе. Для неё это рутина, для них же, наверняка, жуткое и гадкое зрелище. А она ещё и во внутренностях немного поковырялась, поглубже закапывая желудочную иглу. Крэшшш.
Выйдя за предел периметра, Мара обратилась к Лар-тару:
- Вы готовы?
- К чему?
- Задавать вопросы, конечно. Ответить словами она не сможет, что-то у неё не так с губами, но вот показать рукой или кивать «да, нет», вполне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Вы Поднимите её? Разве это не опасно?
- Опасно. Поэтому я её не стану Поднимать, а всего лишь призову её дух, призрак, тень личности.
- Впервые слышу о таком…
- Обычно это не практикуется. Большие затраты энергии, необоснованные, если можно, действительно, просто Поднять умершего в виде зомби. Но у данного способа свои преимущества, существенные в нашем случае – такой призыв не затрагивает нити этого Мира, а значит какая бы волшба не творилась над несчастной, лишних последствий не будет. Ну и Поднять столь сильно изуродованный труп практически невозможно, а вот на призраке эти повреждения никак не скажутся. Правда, есть и недостаток. В отличие от зомби, её дух я не смогу надолго удержать вне Грани. Пару минут, от силы десять и она уйдет безвозвратно. И ни Поднять, ни Призвать, ни ещё как-то повлиять Некромантией на неё уже будет нельзя.
- Хм. Тогда дайте мне пару минут собраться с мыслями. Это возможно?
- Вполне. Пока я не запущу силу в управляющий контур фигуры, ничего не произойдёт. Ну а труп от нас точно никуда не денется.
Лар-тар кивнул, вот только пауза ему была нужна вовсе не для того, чтобы составить список интересующего. За более чем двадцатилетний срок службы он провёл столько допросов и освидетельствований, что подчас ему казалось, что он не только все нужные вопросы знает, но и ответы может предугадать с невероятной точностью.
Так что не предстоящий опрос объекта занимал его мысли, а только что увиденное. Нет, не в первый раз он столкнулся с работой сильного Некроманта, но первый раз на его памяти подобный ритуал и столь невозмутимо подготовила почти ещё девчонка. Обагрила руки невинной кровью, пусть даже и помойного животного, но всё же. Его дочка, например, над любой мохнатой зверушкой тряслась и умилялась мордочкам, лапочкам, глазкам. И уж точно не втыкала в эти самые глазки иголки. Бррр. Лар-тара аж передернуло, когда он представил себе свою малютку за подобным действом. Да, Мастер Мара смогла его удивить. Если она действительно так хороша, то его Отдел вытянул счастливый билет в лотерее новичков.
- Я готов.
- Хорошо. Несколько моментов прежде, чем мы начнём. Дух не на все вопросы сможет ответить. Не просите описать что-то, рассказать. Не задавайте сложных, многоуровневых вопросов. Чем проще вы сформулируете мысль, тем вероятней ответ. Не просите её что-то написать или принести, она полностью бестелесна и не может напрямую воздействовать на материальный мир. И ещё, дух не может соврать, но может умолчать – это не зомби полностью подчинённый Некроманту. Это осколок жившей личности, так что если она предпочтёт, что-то сохранить в тайне, то нам придётся с этим смириться.
- Я понял вас.
Мара удовлетворённо улыбнулась, уверившись в том, что её правильно поняли и вновь повернулась к контуру, не заметив, что от её улыбки вздрогнул не только немного пришедший в себя юноша, но и сам Лар-тар.
Сквозь второе зрение формулы заклинания выглядели безупречно и Мара уколов указательный палец кинжалом, начертила в воздухе последний, завершающий символ. Собранная в чаше кровь тут же вскипела, взметнулась вверх россыпью капель, рассеялась багряным облаком, сквозь которое начала проступать смутно различимая фигура. Кровавый туман всё уплотнялся, пока перед застывшими зрителями не проявился призрак девушки, сотканный из жертвенной крови. На ней не видно было ран, синяков или других повреждений. Очевидно, что девушка была очень красивой при жизни – идеальные черты лица, тонкий нос и чувственный изгиб губ так и манили задержаться на них подольше взглядом. Высокая грудь вздымалась из ладно скроенного корсета, а длиннющие ноги гипнотизировали, заставляли провести глазами по всей своей длине, отметить совершенство форм и кокетливые подвязки, что виднелись на бёдрах. А вот никакой иной одежды на призраке не было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
