— Я неплохой специалист по наскальной живописи.
— А также неплохой специалист по древним китайским парусникам, как я припоминаю. — Прежде чем Эрика успела ответить, он продолжил: — Полагаю, вы ознакомились с последними поправками к Акту о защите и репатриации могил коренных американцев, где сказано, что, хотя в научных целях возможно извлечение и проведение анализа артефактов, такой анализ не должен быть деструктивным.
Она намеренно проигнорировала его слова, уловив вызов в его голосе и понимая, что ему хочется затеять спор. Ее возмутили его намеки. Джаред Блэк прекрасно знал, что Эрика заработала репутацию одного из самых осторожных антропологов.
Пришлось сдержать раздражение. Выбора нет: Джаред Блэк будет наблюдать за каждым ее шагом. Пока Эрике предстояло определить, какому племени принадлежат кости и рисунок на стене пещеры, а Джареду — установить СВП (самых вероятных потомков), чтобы позже передать им все, что найдет Эрика.
Она чувствовала на себе его взгляд и размышляла о том, помнит ли он, как и она, их первую встречу. Это случилось в здании Окружного суда, куда Эрика приехала на первое слушание по делу Реддмана. Они с Блэком тогда еще не были знакомы и просто столкнулись в лифте. На первой остановке открылись двери и вошла женщина в одежде для беременных. Потом села мать с мальчиком лет пяти, и, пока лифт поднимался наверх, мальчишка удивленно таращился на огромный живот беременной женщины. Заметив его любопытство, она сказала:
— У меня будет ребенок. Девочка или такой же мальчик, как и ты.
Карапуз нахмурился, обдумывая услышанное и что-то соображая, а потом спросил:
— А вам разрешат обменяться со мной на ослика?
Женщина сдержанно улыбнулась в ответ, а мать мальчика покраснела. На следующем этаже все трое вышли. Эрика и незнакомец сначала молчали, а потом одновременно рассмеялись. Эрика помнила, что отметила ямочки на его щеках и каким привлекательным он ей показался. Он тоже одарил ее взглядом, говорившим, что ему понравилось то, что он увидел. Потом двери открылись, и за ними каждого из них ждали встречающие. Эрика замерла, услышав, как кто-то обратился к нему: «Мистер Блэк». И когда поверенный по имуществу Реддмана окликнул ее по имени, Джаред тоже остановился как вкопанный. Они взглянули друг на друга, осознав свою ужасную ошибку. Они были врагами, генералами воющих армий, и все же вместе нечаянно посмеялись над одной шуткой и даже слегка пофлиртовали.
Эрику шокировала и смущала сама мысль о том, что пусть всего в течение трех минут, но она испытывала влечение к этому человеку.
Вход в пещеру находился в восьмидесяти футах под обрывом. Утреннее солнце всходило над горами, купая Лос-Анджелес в свежем, не задымленном свете. Эрика стояла, поправляя у подбородка ремешок каски. У нее за спиной, трепеща от волнения, проверял снаряжение Люк. Он впервые участвовал в раскопках и сейчас затягивал стропы и защелкивал карабин с усердием античного воина, облачающегося в доспехи.
Джаред Блэк тоже возился с креплениями своей экипировки. Эрика заметила, что он сменил одежду на более подходящую для такого случая — одолженный у кого-то комбинезон с надписью на спине «Южная Калифорния Эдисон». Но лицо его не светилось от радости, напротив, он был мрачнее тучи. «Вот злится! — подумала она. — Почему? Недоволен своим назначением? Его вынудили приехать сюда?» Эрике пришло в голову, что Джаред Блэк не упустил бы лишнюю возможность продемонстрировать в лучшем свете работу КНКА да и самому оказаться в выпусках новостей в своей любимой роли крестоносца, защищающего права коренных американцев.
А что, если его гнев имел причины личного характера? Может быть, он до сих пор не простил ее за слова, сказанные в тот день, когда она проиграла дело Реддмана: «Позиция мистера Блэка насквозь лицемерна, потому что сначала он объявляет себя поборником сохранения исторических и культурных ценностей, а потом предает земле предметы, имеющие историческое значение, таким образом, обрекая их на забвение».
— Вы готовы, доктор Тайлер? — спросил скалолаз, убедившись, что Эрика зацепила веревку, и проверив все крепления на ее снаряжении.
— Я всегда готова, — ответила она с нервным смешком. Эрике еще никогда не приходилось спускаться по склону на веревке.
— Отлично, следуйте за мной, и все будет хорошо.
Встав на краю обрыва, скалолаз развернулся лицом к утесу, показывая остальным, как нужно откидываться назад, начиная контролируемый спуск, и как позволить веревке свободно проходить через крепление восьмеркой; отведя руку назад, он медленно отталкивался от утеса и осторожно продвигался вниз. Когда они добрались до входа в пещеру, скалолаз помог Эрике забраться внутрь, потом протянул руку следовавшим за ней Люку и Джареду.
Они отцепили веревки и оказались под темными пещерными сводами. Хотя сама пещера была небольшой, из-за густой тьмы она казалась просто огромной. Единственное облегчение в пугающей черноте приносили бледные пятна света от лампочек, вмонтированных в каски. Шум шаркающих шагов звонким эхом отражался от стен и терялся в глубине пещеры.
Несмотря на желание сломя голову броситься смотреть на рисунок, Эрика осталась у входа и тщательно обследовала пол, стены и потолок. Удостоверившись, что там нет никаких археологических материалов, которые можно случайно уничтожить, она сказала:
— Ну все, джентльмены, теперь прошу вас заходить. Не наступите на что-нибудь ценное. — Луч ее фонарика метнулся вверх по стене к потолку. — Сейчас нужно постараться мысленно перенестись во времени и представить себе, чем здесь тогда занимались люди и какие следы после себя они могли оставить.
Они медленно шли вперед, поглядывая под ноги, и круги света плясали над песчаными образованиями, подобно мотылькам. Эрика тихо сказала:
— Нам повезло, что пещера находится в северной части горы. Она суше. На южную приходится основной удар тихоокеанских штормов. Рисунок на стенах защищен от дождя и благодаря этому прекрасно сохранился. А может быть, и другие артефакты.
Они молча оглядывались, лучи фонариков скользили по обтекаемым очертаниям горной породы, выхватывая почерневшую поверхность и заросшие лишайником участки. Все четверо двигались аккуратно, собранно и настороженно, пока наконец не добрались до конца пещеры.
— Здесь! — скалолаз указал на рисунок.
Эрика с опаской приблизилась к стене, ставя одну ступню перед другой. Когда свет карбидовой лампочки в каске упал на петроглифы, у нее перехватило дыхание. Яркие цвета кругов, красный, желтый — словно пылающий закат! Они были прекрасны, удивительны, полны жизни. И еще…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
