Читаем без скачивания Полночная роза (ЛП) - Хамм Эмма

Уриэля не интересовали женщины, которых одобряла Высшая жрица.

Не поблагодарив Мириам, он повернулся и пошел туда, куда она указала. Если память его не подводила, за одной из штор была скрыта комната. Он отодвинул алую ткань и юркнул в скрытую нишу.

Комнату не озаряли факелы, как было с пещерой. Огарки свечей горели на каменных поверхностях, свет был слабым, мерцал. Красный ковер покрывал землю вокруг деревянного алтаря на другой стороне комнаты.

Перед ним сидела на коленях женщина. Она сжимала ладони у груди. Золотистые волосы ниспадали с ее плеч мягкими волнами, синяя маска скрывала ее лицо.

Эта… была другой.

Черная ткань укутывала ее любящими объятиями. Бархатная ткань будто впитывала свет, собирала его и пускала к металлическим кольцам вокруг ее ребер. Нет, не ребер.

Она встала и повернулась к нему, стало видно металлический скелет, сковавший ее тело. Ребра сияли в свете свеч, металлическая кость таза стала поясом целомудрия, а изящные цепи создали кости ног. И в центре ее груди был шрам, словно кто-то пытался вытащить ее сердце.

Леди Смерти.

Может, знамение было верным.

ГЛАВА 4

Корсет на ее талии был слишком тугим. Она дышала с трудом. Было почти невозможно дышать, но она должна была. Рэя не могла пошевелиться, прижимала ладонь к животу, словно это могло придать ей сил.

Не получалось. Она ждала с другими жрицами прибытия Жутей. Они были в порядке. Их наряды были цепями и кристаллами.

Только Рэя была в платье. Высшая жрица сказала, что так было, потому что Рэя была ученицей. Слои ткани предупредят Жутей, что она еще училась, но была доступна. Все в комнате были им доступны.

Она уже видела точки перед глазами, и Высшая жрица сказала ей взять себя в руки в нише. Идея звучала неплохо.

Но, когда Рэя прошла за алую штору и к алтарю, она ощутила, как рушилась ее решимость. Она не была жрицей. Она не завершила обучение, и они ждали, что она сможет служить Жути?

Другие жрицы должны были научить ее в процессе. Судя по их взглядам и плохо скрытым комментариям, что ученицы и в комнате быть не должно, вряд ли они станут ее учить. Они проследят, чтобы она опозорилась и разочаровала всех. А потом они скажут, что всегда знали, что она не годилась быть настоящей жрицей.

И она словно ощущала себя так, словно ее душили. Металлический скелет лишал ее дыхания, не давал толком вдохнуть, но от презрения других жриц было хуже всего.

Ее сестры хотели, чтобы она ощущала себя слабой. Рэя знала, что так и было. Так жрицы управляли друг другом. Только такая сила у них была. Магия не текла в их венах, в отличие от алхимиков. Они знали только мелкую магию, как сменить цвет платья, или воду сделать вином в бокале. И все.

И их оружием стали слова, которыми они и колдовали. Они били по ней словами, надеясь, что Лорд Жути выберет кого-то другого.

Только поэтому они могли быть такими подлыми с ней. Рэя надеялась, что они не ненавидели ее с самого начала, ведь она столько лет пыталась доказать, что способная.

Она опустилась на колени у алтаря, сжала ладони у груди. Боги не слышали учениц, у них были люди важнее, кого они слушали, и дела важнее, которые они решали. Но она надеялась, что хоть в этот раз ее услышит хотя бы одно божество.

— Прошу, услышь. Если меня выберет Жуть, это удовлетворит Высшую жрицу и алхимиков. Мне не важно, лидер ли это будет, только бы меня выбрал хоть кто-нибудь, — она сглотнула. — Дай сил стоять среди сестер, дай ума возвыситься над ними. Но больше всего… — она склонилась к алтарю, словно ее слушали. — Прошу, дай мне доброго.

Она долго сидела у алтаря. Так долго, что услышала, как Жути вошли в пещеру. Она слышала смех сестер и низкие мужские голоса.

Хоть она молилась для силы, она не ощущала силу в теле. Она должна была выйти к остальным. Она должна была впечатлить лидера Жути. Но она пряталась в нише и надеялась, что никто не найдет ее.

Но кто-то нашел. Она услышала шорох шторы по каменному полу. Наверное, Высшая жрица вернулась за ней.

Рэя встала, как старушка. Спина болела, ребра ныли там, где корсет впивался в плоть, а колени онемели, она долго сидела на полу. Может, боль поможет ей сосредоточиться в комнате, куда она пройдет, опоздавшая, под взгляды Жутей, глядящих на нее как на кусок мяса.

Но за ней была не Высшая жрица. Мужчина, нет, монстр, занял все место. Он был в два метра ростом, с широкими плечами и узкой талией, подчеркнутой корсетом, похожим на ее. Его серая кожа была темной, зернистой, как гранит. Может, кожа была такой же твердой. Его лицо было строгим, линии были грубыми и неровными, не как у человека. Рога тянулись по бокам от лица, как у быка.

Даже его тень тянулась дальше, чем должна была. Нет, не тень. Она с ужасом поняла, что это были крылья. Большие кожистые крылья шуршали друг о друга с каждым его вдохом.

Она ощутила, как кровь отлила от лица. Белая, как призрак, уже с кружащейся головой, она смотрела на Жуть, как на монстра из кошмара, выбравшегося из-под ее кровати.

— Здравствуй, — прошептала она едва слышно.

Она должна была сказать что-нибудь еще. Что-нибудь соблазнительное, как ее сестры. Они увидели бы в этом шанс заполучить Жуть. Других жриц рядом не было, чтобы они отвлекли его.

Он прищурился.

— Что ты тут делаешь, жрица? Все в другой комнате.

Странный вопрос для Жути. Высшая жрица и алхимики всегда изображали их так, словно они не были умными. Она думала всю жизнь, что они были чуть выше зверей.

Этот доказывал, что они были не просто животными, а монстрами, и ей нужно было следить, чтобы он не увидел, какая она внутри. Все вдруг стало сложнее, чем она представляла.

Кашлянув, она прижала ладонь к животу, чтобы успокоить нервы.

— Я… кхм….

У нее не было ответа. Она не знала, что сказать, чтобы это исправить.

Щеки пылали, Рэя лишилась дара речи и смотрела на него в отчаянии огромными глазами, словно это могло ее спасти. Глупая мысль. Жуть не любил таких. Как она. Они были двумя сторонами одной монеты, их использовали для одной цели, но это не делало их… друзьями.

Жуть опустил голову и шагнул ближе. Штора закрылась за его крыльями.

— Уверен, ты хочешь, чтобы я поверил, что ты робкая. Или что ты хотела побыть пару минут в покое.

Облегчение рухнуло на нее волной, смывая ее стражи. Он понял. Слава богам, он понял.

— Да, — выдохнула она. — Спасибо за понимание. В пещере слишком людно.

Его глаза стали щелками.

— Хватит, жрица. Не нужно притворяться. Если хотела остаться с Жутью наедине, ты это получила. Говори свою отрепетированную речь.

Радость пропала. И хоть Рэя раньше позволила бы словам гореть внутри нее, она не хотела позволять этой Жути унижать ее. Она же была жрицей! И она будет в паре с Лордом Жути, самым большим и сильным из их вида.

Она выпрямилась, расправила плечи и сжала кулаки.

— Я не репетировала речь. Я пыталась сбежать от толпы, потому что там слишком много людей. Обвинять меня в ином — как звать меня лгуньей, но я надеюсь, что ты не так груб, чтобы звать на первой встрече женщину лгуньей.

Его глаза расширились от ее слов. Тяжело дыша, Рэя прижала ладони к животу и смотрела на него. Он не имел права заставлять ее чувствовать себя глупо.

Странный монстр снова удивил ее. Он низко поклонился, что впечатляло с его тугим корсетом, и широко раскрыл руки.

— Прошу прощения, миледи. Я думал, ты была как другие жрицы, и я серьезно ошибся. Я должен был знать, учитывая знамения, которые получили мои подданные.

Мужчина перед ней не был животным. О чем говорили жрицы, называя Жутей так?

Он был способен на стыд. Вина была написана на его лице, словно она нарисовала там эмоцию. И когда он выпрямился, он изобразил ее позу. Прижал ладонь к животу, словно ему стало сложно дышать.

— Что ж, — Рэя пыталась придумать, что сказать. Что-нибудь подобающее жрице. Но она выпалила. — Ничего страшного, полагаю. Мы оба сказали глупости.