Джорджи выскочила из кровати так быстро, что по пути ударилась и выругалась. Плечи Бэкенхема сотрясались от беззвучного, еле сдерживаемого смеха. Мрачно взглянув на Маркуса, она поспешно накинула пеньюар и стала застегивать пуговицы.
Бэкенхем пребывал в крайне легкомысленном настроении. Его улыбающееся лицо лучилось удовольствием.
– Ложись!
Она протянула руку и толкнула его в мощную грудь. Поддавшись, он упал обратно на кровать.
– Замри, – шепотом приказала Джорджи.
И накрыла его с головой одеялом. Из-под вороха ткани прозвучал приглушенный голос:
– Не слишком достойное положение.
– Тсс.
Торопливо застегивая пеньюар, девушка поспешила к двери, стараясь не выглядеть так, будто только что занималась любовью. Он поцеловал ее там! Нет, думать об этом сейчас нельзя.
Открыв дверь, она выглянула наружу.
В темноте коридора стояла леди Шарлотта.
– Леди Шарлотта! – воскликнула Джорджи, бросив быстрый взгляд вдоль пустого коридора. – Господь всемогущий, что вы здесь делаете, да еще в такое время?
– Слава богу, мисс Блэк, – девушка схватила Джорджи за руку и потянула к себе. – Быстрее! О, вы должны срочно пойти со мной. Я не знаю, что делать!
Глава 17
Узнав от леди Шарлотты о положении дел, Джорджи отправила девушку обратно в комнату, отказываясь от предложенной помощи.
– Я сама во всем разберусь, – заверила она. И практически захлопнула дверь перед ее носом.
– Не понимаю, чему ты улыбаешься, – бросила она Бэкенхему.
Тот уже выбрался из-под груды одеял, его волосы были взъерошены, тело выглядело по-мужски соблазнительным, зовущим, из-за чего она еще больше на него рассердилась.
Его улыбка стала шире.
– Тебе.
Он сцепил руки за головой, демонстрируя ей внушительного размера мышцы.
– Я улыбаюсь тебе, Джорджи.
На мгновение она потеряла нить мысли. Во рту пересохло. Она вспомнила, как крепко его сильные руки держали ее, как он вошел в нее…
Джорджи ругала себя за отвлекающие от дела мысли. Сейчас следовало подумать о Вайолет.
Она поспешила к гардеробу в поисках одежды.
– Что ей было нужно? – спросил Бэкенхем без малейшего интереса.
Она подняла глаза и увидела его ленивую позу, рельефные мышцы, впечатляющую фигуру… Боже мой, определенно этот мужчина не даст ей сосредоточиться.
Ей очень хотелось остаться в постели со своим широкоплечим красавцем.
Но нужно немедленно выяснить, что случилось с Вайолет.
– Нет, нет, нет. Я не поддамся искушению, – пробормотала Джорджи.
Она осмотрелась вокруг, затем взяла пеньюар Бэкенхема и бросила его ему.
– Одевайся, – скомандовала она. – Ты пойдешь со мной.
Удивительно, сколько открытий может принести занятие любовью с женщиной. Бэкенхем знал Джорджи на протяжении многих лет, но никогда не мог подумать, что она будет такой страстной и многословной в постели. Она постоянно говорила, поток страстного шепота не переставал ласкать его слух.
Он не понимал, о чем она говорила. В тот момент он был физически не способен воспринимать ее слова. От одного лишь воспоминания о ее голосе, хрипловатом и чувственном, он почувствовал возбуждение.
А ее стыдливость… Такого он никак не предполагал.
После жаркой, пламенной чувственности их ласк она принялась упрекать его со строгостью старой девы. Огромное удовольствие ему доставляло дразнить ее.
Никогда он не чувствовал себя таким спокойным и счастливым.
Джорджи сказала, что любит его. Всегда любила. Ему хотелось забраться на самую высокую башню в округе и кричать об этом.
Бэкенхем пропустил мимо ушей ее требование поспешить и одеваться, вместо этого наблюдая за ее облачением, вернее ловя взглядом обнаженное тело, быстро исчезающее под одеждой.
Сначала чулки. Одна стройная ножка поднялась на табурет у туалетного столика, девичьи руки умело, натянув чулок до колена, закрепляли его на месте подвязкой. Затем последовали и остальные предметы одежды.
Ему нравилось наблюдать за ее руками, бегающими по телу, приводящими его в порядок. Что-то чувственное было в торопливых движениях, будто она сама наслаждалась прикосновениями кончиков пальцев к коже.
Он подумал, что еще больше ему понравилось бы прикасаться к ней самому, видеть на ее теле свои руки.
– Позволь помочь тебе, – сказал он наконец поднявшись с кровати.
Она посмотрела на него, обнаженного, возбужденного, и ее глаза расширились. Бедняга, ему придется подождать. Даже сам Бэкенхем понимал, каким преступлением было бы взять ее снова, так скоро после первого раза. Должно быть, ей еще было больно.
Тем не менее просто прикоснувшись к ее телу, он бы не сделал ничего дурного.
Она закрепила вторую подвязку.
– Мне не нужна такая помощь, о какой ты думаешь.
Он приподнял бровь.
– Тогда стоит позвонить твоей горничной?
– Очень смешно! – Джорджи подхватила свою сорочку.
Маркус схватил ее за руку и привлек к себе.
– Позволь мне, – сказал он.
Скользя рукой по ее плечу, он сдвинул набок атласную ткань и наклонился поцеловать ключицу Джорджианы.
– Я мечтал сделать это всю ночь, – пробормотал он.
Она вздохнула и откинула голову.
– Неужели?
– Конечно.
Обеими руками стягивая платье с плеч, он нагнулся и поцеловал пышный холм ее груди.
Она вздрогнула, затем все же оттолкнула его.
– Нет, Бэкенхем. Вайолет в беде. Нужно спешить. И тебе лучше пойти со мной.
– Она не ранена? – До настоящего момента такая мысль не появлялась у него в голове. Волнение отрезвило его.
– Нет, ничего такого. Она лишь… очень нуждается во мне. В нас. Объясню по пути.
Теперь он больше не мешал ей собираться. Вскоре Джорджи завязала волосы лентой и была готова идти.
– Где она? – спросил Бэкенхем.
– Думаю, в гроте.
Пораженный, он переспросил:
– В гроте? В такой час?
– Поговорим потом, ладно?
Бэкенхем направил лодку к гроту быстрыми мощными взмахами весел. Джорджи наслаждалась зрелищем его великолепного тела.
Каких усилий ей стоило не размечтаться, а планировать спасение Вайолет и ее глупых подруг от неприятностей.
Джорджи мечтала о том, как весь мир оставит ее с Маркусом наедине, чтобы они смогли насладиться друг другом в полной мере…
Однако предчувствие подсказывало ей, что худшее впереди. Бэкенхем принял известие о письме гораздо лучше, чем она ожидала. После первого взрыва ярости он вел себя так, будто не собирался ничего предпринимать, просто решил оставить прошлое в прошлом.
