тот же дальний тягач все их вещи, выгруженные Сенсеем, и увёл туда же Татьяну, так и не выпускавшую из рук Везунчика.
– Значится, так, Сенсей, – принялся Платон за инструктаж. – Выгоняешь шишигу и ставишь её где-нибудь в кустах, но не сильно далеко от входа. Следом заводишь это убожество и располагаешь рядом. В случае чего ты сначала работаешь из этой «недошилки». Она дизельная, и у неё орудия фирмы «Эрликон» калибра тридцать пять миллиметров. Питание ленточное из коробов, расположенных по бокам башни, поэтому она такая несуразная. В коробах навскидку штук по сто пятьдесят снарядов на ствол, и это всё, что я разобрал, но самоходная зенитка стопудово на ходу, а в шишиге хозяева хранят боеприпасы к ней. Судя по всему, стрелять из неё можно только короткими очередями. Иначе перегреешь стволы. Загружаешься по максимуму и ждёшь. Загрузиться я тебе помогу. Татьяну из тягача не выпускай и к себе не тащи. В случае чего сможешь уйти через нижний люк, а вот она стопудово нет. И поглядывай назад. Основную волну неиммунных я жду с противоположной стороны, но самый шустрый и крупный может прибежать оттуда, откуда мы недавно приехали. Пока грузимся, надо запустить квадрокоптер – я должен знать обстановку вокруг.
Через сорок минут взмыленные Лучник с Сенсеем с высоты птичьего полёта со всё большим изумлением разглядывали ближайшую округу, после чего Платон взялся за рацию.
– Тина – Лучнику. На связь.
– Чего тебе, Лучник? Немного мешаешь, – немного погодя отозвалась старшая сестрёнка.
– Здесь полная задница. По всей границе кластера стоят неиммунные, но границу не пересекают. Как будто ждут команды. С той стороны, откуда мы три дня назад заходили в деревню, скопились топтуны, лотерейщики и всевозможная мелочь. Ближе к лесу попадаются кусачи и руберы, разбавленные небольшим количеством лотерейщиков и бегунов. О чёрт! Вдоль леса побежали элитники… два… нет, три… пять. Один из них очень большой. Мля! Они произошли не из людей. Я такое уже один раз видел – это стая. Или волков, или крупных собак. Один очень большой и длинноногий. Как бы не бывший дог или бульмастиф. Плохо видно, а опускать квадрокоптер ниже я опасаюсь – у них слух намного лучше нашего. Всё понятно. Элитники с руберами отрезают живущих в деревне людей от леса и уже достигли той стороны конефермы, которая ближе всего к нам… Только что все пятеро ушли на конеферму, а теперь в кластер зашли все остальные. Причём за пятерыми элитниками потянулись кусачи и руберы. Навскидку не меньше двух десятков. Похоже, что вся остальная толпа будет зачищать деревню.
– Может, успеем уйти?
– Нет. На технике точно нет, а без техники нам, чтобы отбиться, не хватит боеприпасов. Надо в ту сторону, откуда мы приехали четыре дня назад, а оттуда ломится целая толпа неиммунных. Если засекут наш уход, точно хана – догонят. Сидите наверху и потихоньку отстреливайте тех, кого вам удобнее. Я иду к вам. – И тут же приказал Сенсею: – Сенсей! Ты работаешь только по моей команде и постоянно мониторишь обстановку. О любом изменении тут же докладываешь мне и сестрёнкам на общем канале, и главное – всё время держи местоположение элиты. Если элитники высунутся, тут же докладывай. Просто проговаривай информацию и не жди моего ответа. Огонь открываешь только с моего разрешения. И ещё. Я здоровому, что лежит в «маталыге», в левый нагрудный карман куртки положил ампулу. Если со мной чего, а он очнётся и будет тебе мешать, вколешь ему в шею, и мужик отрубится ещё на шесть часов. Попробуй его вытащить. Как человек он вроде неплохой. Мои грыси редко ошибаются. Теперь по Татьяне. Сейчас идёшь к ней и вкалываешь ей в шею точно такую же ампулу. После чего забираешь у неё управление квадрокоптером и приходишь сюда. Объясняю почему. Сейчас неиммунные вломятся в деревню и начнут жрать людей, и в том числе детей, а такое зрелище не для Татьяны. Об этом я сразу не подумал. Это во-первых, а во-вторых, она у тебя под ногами болтаться не будет. Полежит, посмотрит цветные сны и придёт в себя, когда всё уже закончится. Не боец твоя Таня, Сенсей. Просто не боец. Не для её нервов такое зрелище. К сожалению, я это только в рейде понял. Делай. Я подожду.
Стартанул Платон сразу же, как только Сенсей вернулся. До деревни было километра два, а до дома, где засели сестрёнки, километр двести семьдесят пять метров. Они три дня назад специально лазерным дальномером расстояние вымеряли. Так что добежал Платон достаточно быстро. Правда, метрах в трёхстах от дома пришлось уйти в скрыт.
В предрассветном тумане метались и полуодетые люди, и неиммунные. Последних пока меньше, но помочь жителям Лучник ничем не мог. Подойдя к «маталыге» сестрёнок, Платон скинул с плеч рюкзак с боеприпасами и шесть оставшихся у него одноразовых гранатомётов (два он оставил Сенсею и ещё четыре штуки забрали себе сестрички). После чего запихнул их поглубже под тягач и взялся за лук.
Стрелы были многоразовыми, и их можно потом собрать, а вот боеприпасов к штурмовому карабину, пистолету и револьверу, к сожалению, взять больше негде. Тигр с Шушей тем временем, выйдя из скрыта, развлекались уменьшением поголовья спидеров и бегунов, видимо, проскочивших через деревню по центральной улице.
– Тина – Лучнику, на связь!
– На связи Лучник! Тина, я нахожусь у вашей машины. Начинаю работать. Вокруг домов развлекаются грыси, не подстрелите, – сказал Платон, выпуская первую стрелу, и топтун, вывернувшийся из-за угла соседнего дома, покатился по земле.
«Вот так вот, братан. Глаз не накачаешь, как ни старайся», – мелькнула у Платона мысль с какой-то детской глумливой усмешкой. Дальше он всё делал как автомат, но людей на улице становилось всё меньше, а неиммунных всё больше. Впрочем, вокруг него неиммунные долго не выживали.
– Лучник – Сенсею! С той стороны, откуда мы приехали, справа от меня выходят два рубера, кусач и с десяток мелочи. Они прямо навстречу людям, уходящим из деревни, прутся. Могу работать из ЗСУ, – доложился Сенсей.
– Нет, Сенсей. Ничем ты им не поможешь. Это то, о чём я говорил тебе в самом конце – такое зрелище тяжело воспринимаем даже мы с тобой, а Татьяна дано бы уже в истерике билась. Да и бессмысленно. Все эти люди уже в ближайшие часы переродятся и через какое-то время станут такими же, как те, кто их встречает, а вот элитники наведутся на твои выстрелы сразу. Для них звуки выстрелов – это потенциальная угроза. Себя не обнаруживать. Работать ты можешь только из оружия с глушителем и накоротке.
