где у него были дела. Громко кричал, что не сказали о случившемся раньше. Ден пообещал стать для меня самой лучшей нянькой, сообщил, что сам будет ухаживать за мной. На что Мэтью сильно разозлился и тем самым обломал Дена. Но мне приятна его ревность и забота.
Привожу себя в более или менее сносный вид. Осматриваю себя в зеркало. Бледность с лица сошла, но впалые щеки и заживающие следы побоев на моем лице напоминают о пережитом. Выхожу из больничной ванной комнаты, к мужчине, который уже ждет, чтобы забрать меня домой. Домой. Не помню, когда начала воспринимать его дом своим тоже, но от этих мыслей на душе становится тепло и уютно.
Подходходу к Мэтью и обнимаю его со спины. Мужчина разговаривает по телефону, поглаживает мои руки, обвившиеся вокруг его сильного торса.
Всю неделю он был со мной. Практически не отходил от меня. Все рабочие вопросы решал по телефону или созваниваясь по видеосвязи, но был со мной. Я поняла, что влюбилась в него по уши, с каждым днем мои чувства только крепнут.
Я не знала, что он может быть таким внимательным, заботливым, нежными и чутким, понимающим все без слов.
Как только мы приехали домой, Мэтью отдал распоряжение перенести все мои вещи из моей комнаты к нему. Объяснил это тем, что не хочет спать без меня. Ну а я не против. Кажется, это еще один шаг в наших отношениях.
******
Стою в ванной и снова смотрю на свои затягивающиеся раны. Останутся глубокие шрамы и день изо дня будут напоминать обо всем, что я очень стараюсь забыть. В этом мне помогает психолог, на котором настоял Мэтти. В очередной раз проснувшись среди ночи от кошмара, проснувшийся от моих криков Мэтью сообщил, что нашел мне лучшего психолога. Сколько бы я не отнекивалась от психологической помощи, сама понимаю, что мне это нужно, что я одна не справлюсь. И я согласилась.
Стоя в одних стрингах танго, в зеркало я замечаю Мэтью. Я ужасно стесняюсь изуродованной спины. Дергаюсь, хочу накрыться халатом. Мэтью останавливает меня и приживает одной рукой к своему крепкому телу. Вторая рука ложится мне на бедро, поглаживая нежную кожу.
— Никогда не прячься от меня и не стесняйся. Сколько я тебе это уже говорил? Ты прекрасна, не зажимайся. — наклоняется к моей шее, шумно вдыхая мой запах.
Так каждый раз, когда я уверяю его в том, что моя спина будет только отталкивать, что она изуродованна. И каждый раз этот мужчина находил нужные слова, чтобы я успокоилась и поверила, что во мне все идеально. То, как он смотрит на меня, то, какой он чуткий и нежный со мной являются прямым доказательством его слов.
Его дыхание щекочет кожу, которая уже усыпана мурашками. Спускается поцелуями с шеи к плечам, и поднимается обратно, то прихватывая зубами, то зализывая языком. Стон возбуждения срывается с губ. Хриплое рычание будоражит и распаляет еще сильнее, стекаясь возбуждением внизу живота. Трусики намокают от одних лишь его поцелуев и касаний шершавой ладони бархатной кожи. Кожа начинает гореть, похотливый червяк внутри меня щекочет центр возбуждения.
Мэтью разворачивает меня лицом к себе, давит на затылок и зарывается в волосы, набрасывается на мой рот жадным, голодным, сногсшибательным поцелуем. Ноги подкашиваются. Сильные руки подхватывают меня под попой и усаживают на столешницу с мойкой. Холодный камень ничуть не остужает меня. Туманенными глазами слежу за тем, как Мэтти спускает шорты с боксерами, освобождает твердый, возбужденный член с налитой головкой, на которой выделяется жемчужная капля возбуждения. Хочется пройтись языком по розовой головке его члена.
«Как он помещается во мне?»
— До одури хочу тебя, малыш, — шепчет в губы между поцелуями. — до боли в яйцах, — накрывает аккуратную грудь ладонями, сминая ее и щипая за соски, — Одурманила, ведьма. — шепчет в губы, ловя ими мои стоны.
— Трахни меня, Мэтью, — притягиваю его к себе, хныча, — скорее.
Его не нужно просить два раза. Одним рывком он вгоняет в меня свой член, вырывая из меня крик боли, смешенной с наслаждением. Прикрываю глаза. Мы оба не двигаемся, наслаждаясь чувством наполненности. Наши затуманенные глаза встречаются, и я уже не в силах себя сдерживать. Не в силах оторвать от него взгляд.
Мэтью начинает двигаться во мне. Толкается бедрами, раздвигает мои ноги шире. Его руки блуждают по моему телу, пощипывая, сжимая и поглаживая. Наши стоны сливаются и разносятся по всей ванной комнате.
Движения становятся грубее, быстрее, резче. Нам двоим это необходимо. Кожа к коже, глаза в глаза.
Я опираюсь руками в столешницу, когда Мэтью поднимает одну мою ногу и меняет угол проникновения, срывается в бешеный ритм.
— Мэтти…я сейчас…сейчас. — не успеваю договорить, расщепляюсь на атомы.
Мощный оргазм сносит все рамки, все сомнения и унылые мысли, что были в моей голове.
Все так же, одной рукой держа мою ногу, второй-затылок, не отрываясь от моих глаз, Мэтти содрогается и рычит, изливаясь в меня.
****
— Еще раз просмотри все отчеты, что я тебе прислал. Аналитику жду к завтрашнему вечеру. И Алана, напомни Стюарту прислать наброски плана к концу недели. — выслушав собеседника, Мэтью коротко прощается со своей секретаршей и сбрасывает звонок.
Во мне вскипает ревность. Кровь прилила к лицу, ногти впились в простынь.
Пока я жду его в постели, он воркует со своей секретаршей, которую, кстати, он обещал уволить.
— Только не взорвись, — ухмыляется мужчина, глядя на меня. — прям вижу, как ты пытаешься испепелить меня своим дьявольским взглядом.
Ему еще и смешно. Издевается? Хотела бы я отвернуться и не разговаривать с ним. Но это была бы не я, если бы я сейчас просто потушила всю ярость, что только возрастает в крови, глядя на его наглую физиономию.
— Я смотрю тебе смешно, — впиваюсь в него глазами и представляю, как стираю эту наглую ухмылку с его лица своими ногтями, в то время, как он хищной походкой подходит к кровати. Налитый член норовит вырваться из тонкой ткани боксеров. — не смей ко мне подходить! — гневно рычу я.
— Не хочешь, чтобы я к тебе подходил? — его хриплый от возбуждения голос наносит удары по выстроенной стене. Но он не получит желаемого. Я так просто не сдамся.
— Не хочу! Но ты узнай у Аланы, она точно этого хоооооочеет. — визжу я, когда Мэтью словно варвар тянет меня за лодыжку к себе, а затем переворачивает на живот, ставит на колени. — Что ты делаешь? А ну быстро отпусти!
— Чшшш, не усугубляй свое положение. За подобные слова
