Удивительно, но они решили отложить смерть за правое дело Империи и последовать за нами.
В этой части Альсгары сражений не было, и улица Наместника оказалась удивительно тихой и мирной.
«Не жалей лошадь»! – сказал я Лаэн, и мы понеслись быстрее ветра. Мой жеребец покрылся пеной. Из его груди то и дело рвались страшные хрипы. Еще немного такой гонки, и он падет. Но я уже видел, что в квартале от места, где мы находимся, над домами возвышается стена, отделяющая Средний город от Птичьего.
Возле врат растерянные стражники, надрываясь, вращали ворот, опускающий решетку. Створок здесь не было издавна, после долгих лет сытой жизни их посчитали ненужным излишеством, а вот решетку оставили.
И нам ее хватит за глаза.
Я выжал из коня все, что смог. Мы успели. Первой проскочила Лаэн. Затем, едва избежав упавших с неба острых зубов, я. За спиной гулко лязгнуло.
Моего жеребца оставили последние силы. Он споткнулся, а затем с жалобным ржанием рухнул на бок. Я вовремя успел высвободить ноги из стремян и спрыгнуть на землю. Приземлиться удалось удачно, на обе ноги, но тут же пришлось откатиться в сторону. Подальше от лошадиных копыт. Вскочив, я огляделся и выругался, вложив в брань всю свою злость. Вырваться удалось только нам с Лаэн. Спутники остались по ту сторону стены.
Я побежал обратно. Лук, надрываясь, орал на сержанта. Тот, багровый от ярости, вопил на него. Га-нор спешился и застыл в шаге от стальных, толщиной в руку, прутьев. Он смотрел на меня и улыбался.
– Они смогут поднять решетку? – зачем-то спросил я, хотя и так уже знал ответ.
– Не думаю. У них приказ.
– Можешь не верить, но мне и вправду жаль, что так вышло.
– Ты здесь не при чем, Серый. Вам повезло. Нам – нет. На все воля Уга. Раз мы остались здесь, значит, этого захотел мой бог.
В отдалении послышались крики, лязг оружия. Еще немного, и уличные бои докатятся до ворот. Га-нор вытащил клинок из-за спинных ножен.
– Не стоит вам здесь оставаться. Спешите.
Подошла Лаэн, и я обратился к ней:
– Сможешь что-нибудь сделать с решеткой?
Она с сожалением вздохнула:
– Уж проще Проклятую превратить в белую овечку, чем мне разрушить творение Скульптора. С ней и Шестеро, поди, не справятся.
Я помянул Бездну и пнул разделяющую нас преграду.
Пора было принимать решение, и оно оказалось до ужаса сложным. Забери меня Бездна! Никогда не думал, что с людьми окажется так тяжело расставаться. То ли старею, то ли становлюсь сентиментальным. Не будь со мной Лаэн, я бы, пожалуй, остался.
– До встречи, Га-нор. Верю, что если твой Уг будет добр к нам всем, то мы еще встретимся.
Неожиданно он протянул мне руку через прутья, и мы обменялись крепким рукопожатием.
– Обязательно встретимся, – кивнул рыжеволосый воин. – Удачи вам, гийяны.
Мы с Лаской посмотрели, как он идет к Луку и, не сговариваясь, пошли прочь.
На моем коне можно было ехать только на кладбище, да и то, если взвалить его себе на спину. Лошадь Лаэн, хоть и исходила пеной, вроде бы не собиралась отбрасывать копыта.
– Выдержит двоих? – поинтересовалась мое солнце.
– Если не спеша. В любом случае, это куда лучше, чем пешком. Осталось всего ничего.
Нам еще предстояло миновать Птичий город и Гавань.
Глава 12
Всю жизнь Гиса называли везунчиком. Повезло ему и на этот раз.
Во-первых, шел дождь. Вырывающиеся из Бездны сущности терпеть не могут воду, та мешает им удерживать привычную форму, лишает основы, отрезает от силы. А уж если земля пропитана влагой – демонам и вовсе не сладко. Становится слишком мала связь с их миром. Правда, все вышесказанное не касается немногочисленной семьи морских и водных говов, но для тех, кто ходит по земле, слякоть – неприятное явление.
Во-вторых, гадина, на свою беду, неудачно приземлилась. Она рухнула на лавку, где находились товары, с помощью которых заклинатели борются с демоническими сущностями. Личинка Бича Бездны[17] оказалась ослаблена запахом трав, эликсиров, выдержек, экстрактов и порошков, вырвавшимся на свободу из разбитых бутылочек, баночек, колбочек, склянок и ящичков.
В-третьих, Гис многие годы посвятил себя искусству усмирения выходцев из Бездны, и был достаточно опытен для того, чтобы отважиться выйти один на один против истинного порождения тьмы.
Ну и, в-четвертых, ему удалось не только заставить шой-хаша обратить на себя внимание, но и порядком его разозлить. У твари осталось лишь одно желание – убить приставучего, причиняющего боль жгучими словами человечка.
Затем настал момент, когда следовало заманить демона к морю. Там он станет слабее и уязвимее. Заклинатель, выбрав самую короткую дорогу, бросился бежать. Несколько раз ему пришлось останавливаться, чтобы с помощью жезла напоминать твари о себе. После каждой такой встряски гад увеличивал прыть и в какой-то момент едва не сцапал зазевавшегося мага. Несмотря на внушительные размеры, порождение тьмы отличалось большим проворством. Похожее на оживший замшелый камень создание обладало шипастым телом и бугристой головой без всякого намека на глаза. Зато у нее имелось несколько круглых зубастых ртов и тоненькие, словно прутики, ручки с двумя когтистыми пальчиками. Тварь передвигалась на брюхе, словно гигантская улитка, оставляя за собой густой слой дурно пахнущей зеленой слизи.
Заклинатель свернул направо, побежал по переулку. Отсюда до моря было рукой подать. Шой-хаш, не вписавшись в поворот, с грохотом протаранил дом, стоящий на его пути. Гис развернулся, направил жезл на выползающего из развалин демона. Металл под пальцами стал холодным, навершие магического оружия покрылось ледяной корочкой, а Бич отшатнулся назад. Вот, собственно говоря, и весь эффект от изгнания.
Любого гова столь мощная формула давно бы уже отправила на другой край мира, а этот едва поморщился. Пока он приходил в себя, заклинатель бросился бежать с удвоенной силой. Теперь-то о нем точно не забудут и не отстанут. Следует, во что бы то ни стало, поскорее добраться до старых пирсов. Для проверки работы Ашана требуется время.
Магистр бежал вдоль берега в сторону бараков Портовой сторонки. Эта часть порта давно была оставлена людьми и пришла в упадок. Несмотря на сохраняемый темп, заклинателю приходилось нелегко. Он устал.
Из-за дождя море приобрело бурый цвет, ветер поднимал высокие волны. Ашан стоял возле самой кромки прибоя. Гису хватило всего лишь одного взгляда, чтобы оценить работу мальчишки: «Пирамиды Стабильности» выполнены на «отлично». Их положение четко соответствовало требуемым созвездиям.
– Молодец, – пытаясь восстановить дыхание, просипел Алый, забирая у помощника оружие и сумку. – Можешь считать, что перешел на новую ступень без экзаменов. А теперь – уходи. Шой-хаш скоро будет здесь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
