– Появитесь, – снисходительно усмехнулся врач, – я же говорю, некуда спешить. Аборт делать опасно, в худшем случае это будут искусственные роды.
– А в лучшем? – с надеждой спросила она.
– В лучшем вы станете мамой, – как ни в чем не бывало улыбнулся он.
...Что ей оставалось делать? Только тупо таращиться на незнакомую дверь, обитую светло-розовым (пошлость-то какая!) дерматином. Самым чудовищным было то, что эта дверь в стиле жесткого китча вела в ее, Иннину, квартиру, а ее ключ отпереть это «произведение искусства» не мог.
Приподнятое настроение схлынуло со скоростью океанского отлива. Еще час назад она весело щебетала в ресторане с Володей, живо улыбалась, ела спагетти с креветками и проникновенно рассказывала романтическую историю знакомства с мужем.
– В последнее время у нас и правда все пошло наперекосяк, – говорила Инна, – но я уверена, что все еще можно исправить. Он завел роман с девчонкой, молоденькой совсем. Но они друг другу не подходят, это очевидно. Она совсем не в его вкусе, ну а Артем мой ей вообще в отцы годится. Уверена, что он уже бросил эту несчастную дурочку...
Чем дольше Инна говорила, тем больше верила в собственные слова.
И вот теперь она стояла перед незнакомой дерматиновой дверью в полном недоумении.
Что же получается – пока она с благословения супруга добросовестно сгоняла лишние килограммы в жиротопильне, он оперативно наладил быт, в котором, ей, Инне, места не было? Классикой жанра считается смена замков, но Артем всегда был максималистом и подошел к вопросу кардинально, заменив всю дверь целиком.
И какая же, любопытно узнать, роль отведена ей в этой дерматиновой идиллии – отправиться обратно обживать палату для диетоманок-истеричек?!
Инна решительно надавила на позолоченный кругляшок звонка. Вообще-то она не рассчитывала, что Артем окажется дома в такое время (ее наручные часики «Картье» показывали половину третьего дня), но надо же было сделать хоть что-то!
Однако, к Инниному удивлению, в прихожей раздалось ободряющее шарканье тапочек, и незнакомый женский голос вполне доброжелательно спросил:
– Кто там?
Инна открывала и закрывала рот, как тупая аквариумная рыбка, и безосновательно надеялась, что чувственный голос может принадлежать, например, приходящей домработнице.
– Откройте, – выдавила наконец она, – это я, Инна Иртенева.
Какой ужас, она вынуждена представиться, чтобы попасть к себе домой! Остается надеяться, что ее хотя бы не попросят прислонить к дверному глазку паспорт или водительские права. Что может быть хуже, когда ты возвращаешься после долгого отсутствия, а тебя совсем, ну совсем не ждут?!
Хуже было только то, что на певице Ярославе, которая, посомневавшись минуту, открыла все-таки дверь, был Иннин красный халат из магазина «Тайны Виктории». К этому Инна была, мягко говоря, не готова. Получается, что эта наглая девица хочет отнять у нее не только мужа и квартиру, но и любимую одежду?!
Ярослава же почему-то не смутилась. Вместо того чтобы пригласить Инну войти, она сама сделала шаг вперед и, прислонившись к дерматиновому косяку, вопросительно улыбнулась.
– А, это вы, – беззлобно сказала она. – Надо же, как поправились. Я вас и не узнала.
– На себя посмотри, – усмехнулась Инна, – на тебе даже не сходится мой халат.
Ярослава не обиделась. Да и на что обижаться? Обе они знали, что, несмотря на некоторую монументальность телосложения, она была красавицей. Полнота ничуть ее не портила. Самое обидное – вблизи и без косметики Ярослава выглядела, пожалуй, даже лучше, чем на экране. У нее было свежее лицо, яркий здоровый румянец, гладкая кожа, густые, четко прорисованные брови и огромные темные глаза.
– И? – приподняла одну из соболиных бровей красавица. – Вы мне морду будете бить или как?
– Морду бить вроде не буду, – опустила глаза Инна. Черт, почему так получается: она застукала в собственном доме постороннюю девчонку и при этом неловко ей! А девчонка как ни в чем не бывало кутается в невесомый халатик и не сводит с нее внимательного взгляда.
– Зачем тогда явились?
– А ты сама как думаешь? Я вообще-то здесь живу.
– Уже нет, – равнодушно зевнула Ярослава. – Он с вами разводится. Разве вы не знали?
– Девушка, для того чтобы со мной развестись, нужно и мое участие. Этот вопрос мы с Артемом не обсуждали.
– Да кому ваше участие нужно? – хохотнула молодая певица. – Только не Артему с его деньгами и его связями. Между прочим, ваш паспорт все это время был у него. Не исключено, что в нем уже стоит штамп.
Инна прикусила губу. Она и правда не брала с собой в клинику никаких документов. Неужели эта противная девка не блефует? Неужели Артем, с которым она пять лет прожила, которого знала как облупленного, мог так с ней поступить?!
– Ну что уставились? Водички принести? – издевалась исполнительница народных песен.
– Не надо. – Инна попятилась и чуть не упала с лестницы.
– Уже уходите? – наигранно расстроилась Ярослава. – Ну ладно, я вас не держу.
– Нет, не ухожу!
– А что вы тогда от меня хотите?
– Для начала хочу забрать свои вещи! – отчеканила Инна. – А там посмотрим.
– Боюсь, сегодня не получится, – развела красивыми полными руками Ярослава. – Артем мне запретил вас впускать, когда его дома нет.
– Значит, он предполагал, что я могу вернуться? И даже меня не предупредил...
– Конечно, предполагал, – уголками губ усмехнулась девица. – Не вечно же вы будете торчать в этой психушке. Кстати, в таких случаях, конечно, не принято говорить комплименты, но, на мой взгляд, сгонять жир вам совершенно не нужно. Выглядите гораздо лучше, чем раньше.
– Спасибо, – машинально поблагодарила Инна, но потом, опомнившись, добавила: – Мерзкая дрянь!
– Всегда пожалуйста, – спокойно сказала Ярослава, – и до свидания.
– Стоять! – Инна успела ухватить ее за запястье. – Никуда ты не пойдешь! А ну выноси мои вещи, подлая тварь! Что ты еще присвоила?! Ты и белье мое носишь? И туфли? А ну снимай мой халат!
Инна и сама удивилась, откуда силы взялись. Она всегда, с самого детства, старалась избегать конфликтов. Она не дралась даже в песочнице, когда наглые дети отбирали у нее формочки и совок. Но сейчас ее тело успешно играло в ее команде: как Ярослава ни пыталась выкрутить руку, Иннина хватка оказалась крепче.
– Я милицию вызову, – прошипела она.
– Вызывай, посмеемся! – Инна и правда рассмеялась, хотя звуки, вырвавшиеся из ее накрашенного рта, можно было скорее назвать безрадостным хихиканьем. – А ну снимай мой любимый халат!!
– Да подавись! – Ярослава рванула на груди нежную ткань, так что перламутровые крошечные пуговички разлетелись по всему подъезду. Вслед за ними полетел и сам халат, а она осталась стоять в дверях неглиже. – Бери свой халат, неудачница! Скоро у тебя не будет денег на такие шикарные вещи.
