противник ещё не собирался сдаваться. Огненный шар он выпустил, не взирая на тяжёлые раны ног.
Мой щит, а точнее, ветряная воронка, с лёгкостью отбила его в сторону, и он не долетел до меня половину расстояния, взорвавшись на арене, а я начал своё сближение с противником.
От моего шара с магией земли он умудрился уклониться, поэтому следующие три секунды я потратил на формирование пяти айсболов изо льда, напитывая их энергией земли. Очередной фаербол противника, я отразил ветряной воронкой на щите, хотя мой противник запустил его по параболе, стараясь перекинуть его через невидимый, ветровой щит. В итоге он вообще взорвался в воздухе, раскидав восемь шаров поменьше, которые упали, не долетев до меня. В этот раз мои пять шаров, выпущенные с пятнадцати метров, попали в цель. Два из них снесли щит, а вот три попали в ногу и грудь противника, который тут же поднял в воздух руку.
— Победа Краевского. Убрать магию, — произнёс судья, и, как только я это сделал, на арену напротив меня, выскочил новый противник.
— Бой, — прокричал судья, вытаскивая волоком раненого противника.
Я начал формировать простой щит, так как на сложный у меня сейчас уйдёт много времени. В правой руке формирую пять ледяных болов, накачивая их магией земли.
Противник при этом начал строить странный конструкт, пытаясь прикрыть его от посторонних рукой. Это явно родовая техника, и, находясь на середине арены, в десяти метрах от противника, я мог наблюдать все его движения и заливаемую в него магию огня. Я запустил в него пять айсболов, но он просто прыгнул в сторону, завершая напитывать плетение магией.
Огненный хлыст, о таком я даже не слышал. Длиной метров пять-шесть при попадании по песку арены оставлял расплавленную полосу. Мне пришлось срочно отскакивать назад, так как кончик хлыста почти задел меня. Хуже всего, что мой щит он развалил касанием самого кончика. Но противник не собирался отпускать меня и начал сближаться. Сейчас было не до серьёзных техник, поэтому на левой руке формирую ледяной щит, а на правой простую, ледяную сосульку, отправляя её в противника, одновременно уклоняясь от летящего в мою сторону хлыста.
Я и раньше знал, что хлыст в умелых руках — грозное оружие, а сейчас смог убедиться на своём личном опыте. Сделав грациозный пируэт, хлыст обогнул мой щит и приложил меня между лопаток. От вспыхнувшей боли я чуть не потерял сознание, зато мой фаербол улетел непонятно куда. Запах палёной кожи и жгучая, скручивающая мышцы спины боль заполнила меня.
Щит бесполезен с таким противником, поэтому сбрасываю его, даже не вобрав в себя оставшуюся магию, и формирую две гранаты в обеих руках. Сам при этом немного присел, чтобы попытаться отпрыгнуть от следующего удара.
Крутанув хлыст в воздухе и вызвав сноп искр, он направил его на меня. Отпрыгнуть я не успеваю, поэтому приходится защищать голову левой рукой, одновременно отправляя под ноги противника одну за другой ледяные гранаты. Очередной приступ боли вспыхивает в моей левой руке. Жгут обернулся вокруг неё, в районе запястья, полностью парализовав. Чтобы избавиться от боли, я начинаю концентрировать прямо в руке магию воды. Поднимается пар, и стоит неимоверный треск, к ожогу от огненного хлыста добавляется ожог паром, но я при этом отмечаю, что мой противник ранен. Обе его ноги в кровоточащих ранах, но он продолжает стоять напротив меня, вливая огромный поток энергии в хлыст. Он уже почти опустошил свой источник такой мощной техникой, а значит, готовится закончить поединок, дав возможность следующему противнику, добить меня. Максимально сконцентрировавшись и попробовав отстраниться от боли, я формирую три небольших шара, уложившись за полторы секунды, и, когда он начал поднимать руку вверх, чтобы прервать бой, я в упор выстреливаю в него.
Один шар попадает в руку с хлыстом, отчего он моментально развеивается, а к ране от ледяного шара добавляется выплеск магии огня, который практически отрывает ему руку. Во всяком случае, она повисает безжизненной плетью. Второй шар попадает в грудь, ломая грудную клетку, ну а третий попадает по касательной в ногу, сдирая огромный пласт мяса.
Противник с хрипом падает на арену.
— Прекратить бой. Победа Краевского. Минутный перерыв, лекари на поле, целителя в раздевалку, — оперативно раздаёт распоряжения судья.
Я в это время, морщась от боли, вливаю огромные потоки маны и живы в свою руку, стараясь унять боль. Одна кость явно сломана, и мана восстанавливает её структуру, а жива пытается срастить её. За минуту я не смогу её вылечить, но мне нужно сохранить подвижность пальцев, чтобы формировать щит. Больше я сдерживаться не буду.
Пока есть время, я отошёл на своё место, кто знает, может, второй противник опять выйдет с хлыстом, а мне рисковать нельзя.
— Приготовиться, — вывел меня из процесса лечения голос судьи.
— Внимание, бой.
На арену буквально выпрыгнул очередной противник. Маг воздуха и какие-то рикошеты.
Кастую в левой руке щит. В правой — небольшой ледяной шар для пробы и пускаю его в цель. Мой противник, как я и предположил, создал что-то типа ветряной воронки и отклоняет его в сторону. Дополнительно формирует вокруг себя небольшой смерч, в который засасывает много песка с арены, и он становится непрозрачным.
Аккуратно смещаюсь в сторону, пытаясь обойти облако и увидеть противника, одновременно с этим создаю две гранаты, одна за другой, и отправляю их рядом со смерчем, в надежде, что он зацепит противника осколками.
Из смерча внезапно вылетают несколько серпов, состоящих из магии воздуха и песка. Они расходятся веером в разные стороны, а буквально через секунду вылетает вторая группа серпов. Противник использует смерч для совмещения двух магий. Песок, поднятый смерчем, позволяет использовать его в совместном заклинании. От первой группы серпов я увернулся, смещаясь ещё больше вправо. Но вторая группа уже била не по площади, а целенаправленно в мою сторону. Мне это не понравилось, так как инициативой в бою завладел мой противник. Он явно заставил меня смещаться. Мои шары сносит ураганом, и они вообще не долетают до противника. Один из серпов мне приходится принять на руку, и я удивился заложенной в них мощи. Щит буквально срывает с моей руки сильным рывком, в это же время в меня вылетает несколько шаров из плотного песка, восемь штук несутся в мою сторону как пучок дроби в дичь. В руке у меня сформирована граната, и я, запускаю её навстречу этому рою, в надежде развеять заклинание, придав ускорение магией ветра и поставив небольшую воронку, которая должна отклонить часть осколков от её взрыва. Хлопок и облако осколков всасываются в три уцелевших шара,
