Мне достался предупреждающий взгляд. В воздухе повеяло холодом. Еще бы — трава вокруг начала покрываться инеем от драконьего гнева. Нико заметил это и выругался. Мановением руки призвал волну теплого воздуха.
— Дана, я не желаю слышать возражений и дерзостей. Мы поженимся, как только я добуду для тебя камень рода. Смирись.
Вот как он заговорил! Я хотела было взорваться, но кое-что в его словах не мешало вначале прояснить:
— Но как вы намереваетесь получить новый родовой артефакт?
— У меня есть план, для этого я перешел на службу к королю Зангрии.
Я прикусила губу, вспоминая, как сложно добыть такую награду. Нико решился покинуть родину и столь дорого́й его сердцу Легион ради меня, это слишком высокая цена. Но даже подумать страшно, что дракон подвергнет жизнь опасности из-за тхарова кристалла рода. Имя, полученное такой ценой, мне не нужно. Но кто меня слушает?
Я скосила глаза на необычайно привлекательного мужчину в темно-синем камзоле с серебристой отделкой по вороту, который вновь спокойно расположился возле меня, покусывая травинку. Мда, с сегодняшнего дня у студенток появится новый стимул сосредоточить внимание на своей физической форме.
Со стороны лагеря послышались торопливые шаги, я обернулась. К ручью спешил Яр с очередной порцией ненавистных уже сахели. Я прикрыла глаза и только хотела тоскливо повыть от предвкушения полоскания в сводящей пальцы ледяной воде, как Нико пружинисто вскочил и, расправив плечи, двинулся навстречу оборотню. Разумеется, не для того, чтобы помочь тащить неудобный груз. Заметив явную угрозу, Яр остановился. Не сомневаюсь, что он сразу понял, кто перед ним, ведь драконы имеют особую власть над оборотнями. Власть, которая делает последних рабами.
19.3-20.2
19.3
Напряжение между мужчинами навалилось тяжким грузом, и я тут же пожалела, что вредничала и не рассказала Нико о причинах нашей с Яром ночной эскапады. Вечные мои гордость и желание настоять на своем — помеха разуму! И чего я ожидала? Как не подумала, что дракон непременно вообразит худшее, и для моего приятеля это плохо кончится? А дей’Хант тоже хорош: специально подстроил, чтобы мы с Яром сегодня остались в лагере вдвоем. Хотя, может, и к лучшему, что мы одни? Я сейчас все объясню, и Нико поймет…
— Ты, что ли, Тореддо? Белоголовый оборотень из клана вечных смутьянов.
Нико зло улыбнулся и щелкнул пальцами. Яр, который все еще держал свою ношу, вдруг побелел и застонал сквозь зубы, словно от невыносимой боли. Его пальцы рефлекторно разжались, и он схватился за виски. Несчастное сахели рассыпалось по траве, но никто не обратил на это внимания.
Я вклинилась между мужчинами и уперлась ладонями в грудь ледяного.
— Ты что делаешь, Нико! Оставь его!
— Отойди, Даночка, к тебе это не имеет отношения, — прошипел дракон, не глядя на меня. — Я ничего не делаю. Он напрасно сопротивляется своей природе, и это причиняет боль.
— Дана, отойди! — простонал Яр, все еще держась за виски. — Ты не поможешь…
— Нико, если не оставишь его в покое, я никогда больше даже не заговорю с тобой! Что ты хочешь доказать? Что драконы сильнее оборотней и так все знают!
Одной рукой сграбастав меня за талию и прижимая к себе, другой — Нико схватил Яра за подбородок и насильно поднял ему голову.
— Смотри мне в глаза!
Яр оскалился, и я с ужасом заметила удлинившиеся белоснежные клыки. Сейчас обернется и разорвет!
— Я скорее перережу глотку, чем упаду перед тобой на колени, гад чешуйчатый! — прорычал оборотень хрипло.
Вот просто с языка снял!
— Смотреть в глаза, — спокойно повторил Нико.
После краткого сопротивления ему удалось поймать взгляд оборотня, полубезумный от ярости. Синие глаза дракона заискрились серебристыми искорками. Яр вдруг перестал вырываться, а его плечи заметно расслабились. Тогда Нико усмехнулся и отпустил моего приятеля. Тот как-то потерянно тряхнул головой, словно просыпаясь.
— Что ты с ним сделал, Нико? — я ударила здоровенного болвана кулаком в грудь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Яр между тем быстро приходил в себя, на лицо вернулись краски.
— Со мной все в порядке, Дана. Я больше не схожу с ума, чувствуя его кровь.
Он выдавил последнюю фразу сквозь зубы, с явным неудовольствием. Я немедленно повернулась к дракону:
— Ты ранен, Нико?
Мужчины рассмеялись, и моей макушки коснулся легкий поцелуй. Удивительно, что они нашли смешного в простой заботе? Ну Нико! Правду сказал Яр — гад чешуйчатый!
Едва расовые разногласия были улажены, все началось по новой.
— Что ты делал среди ночи с моей невестой, Тореддо?
— А Дана знает, что она ваша невеста?
Теперь уже зарычала я. Ох уж эти мужчины, им бы только бодаться по любому поводу!
— Яр, давай все расскажем. Нико… э… вернее, лорд арк’Одден — тот самый ледяной дракон, в сознание которого мне удалось проникнуть.
— Да, я уже понял, что это он, — ухмыльнулся Яр. Он еще мрачно поглядывал исподлобья, но агрессия и сопротивление остались в прошлом.
— И не только в сознание, детка, — Моей раскрасневшейся щеки коснулось теплое дыхание дракона. — Ты и в сердце проникла. И в печенки.
О Шандор!
Мне захотелось ударить мужчину, но шанса ледяной мне не оставил. Не выпуская из объятий, уселся на травке среди разбросанных клубней и приготовился слушать о наших подвигах. А чтобы я не сбежала, две сильных руки обвились вокруг талии.
Рассказывать выпало мне. Упустив некоторые несущественные подробности, я обрисовала главную проблему, которая вот уже почти два года мучит Яра. Тот сидел неподалеку, хмуро глядя на весело журчащую воду в ручье. Нико слушал, не перебивая, лишь возмущенно фыркнул, узнав, что для проведения сеанса мы уединились в комнате оборотня. Меня притиснули поближе, так, что я ойкнула; но, Нико воспринял все даже более спокойно, чем я надеялась.
— Это не ментальная магия, а что-то другое, — заключил он. — Возможно, родовая способность?
Я покачала головой. Маловероятно, ведь хорошо помню, как отец рассказывал, что в роду дей’Фиерволфов передается способность очаровать любого, если есть такое желание. Но об этом я, пожалуй, помолчу.
— Значит, у тебя проблемы, Тореддо? — Нико свысока глянул на Яра. — Ты пытался найти решение, доверившись девочке?
Яр пожал плечами.
— Да, я доверяю Дане, и она доказала, что это не ошибка. Она искала источник, который гасит мои жизненные силы. Но пообещала ни во что не вмешиваться.
— Да, что за претензии, Нико? Почему мне нельзя довериться, если я искренне хочу помочь? — возмутилась я. — Мы предположили, что маг-менталист мог бы…
Нико прервал меня, нахмурившись:
— Понятно. Менталист, значит? И ты, конечно, вспомнила об Эйнаре, так? Уже обратилась к нему?
Я покачала головой.
— Эйнар исчез, и уже неделю никто не имеет от него вестей. В Ничьих землях снова беда. Черные пауки захватывают земли на юге, и люди бегут оттуда.
— Тхар! Что же ты молчала, женщина? Выходит, я не добил Юнру? — Он задумался на миг, но тут же воскликнул: — Нет, ее я точно прикончил. Возможно, кое-кому из адептов этого мерзкого культа удалось улизнуть. К сожалению, у меня не было времени, чтобы зачистить поселок и лес. Я успел только замуровать пещеру. Ты была в ужасном состоянии, потому пришлось уходить оттуда немедленно.
— Ого! Вот это приключение у вас было! — воскликнул Яр.
— Так ты замуровал ее?
— Да, срастил камни на входе.
— И не выбраться… — пробормотала я. И в ответ на вопросительные взгляды пояснила: — Мне почти каждую ночь снится пещера. Та самая. Иногда в центре — колодец, и я лечу туда, а иногда безуспешно ищу выход. Кошмары, одним словом.
Нико потемнел лицом:
— Нужно было сразу обратиться ко мне, Дана. И в центре там алтарь, никакого колодца я не видел.
— И как бы ты помог, Нико? — усомнилась я. Не привыкла я обращаться за помощью по всяким пустякам.
Меня сердито встряхнули, чтоб не болтала. Однако дракон тут же усмирил недовольство и прижался губами к моему виску.
