ли кто из жителей, как Копытовы возвращались обратно?
— Нет.
— Почему Добровольская не провожала Петренко?
— Дело в том, что Копытов-младший постоянно грубовато подшучивал над отношениями, установившимися между Николаем и Марией. Поэтому накануне вечером, прощаясь с Марией, Николай попросил, чтобы она его не провожала.
— Значит, Копытовы проводили Петренко до Якутского тракта, где посадили в попутную автомашину, следующую в сторону К.?
— Да, так они утверждают.
— Ты не спрашивал у них, почему Петренко поехал в К., а не в Манзурку?
— Они говорят, что Петренко якобы сначала хотел пожить в К. у какого-то знакомого, а затем уже ехать в Манзурку.
— Тогда нужно искать этого знакомого.
— Все обстоятельства свидетельствуют о том, что такого знакомого, у которого можно было бы остановиться, Петренко в К. не имел. А накануне отъезда он говорил Добровольской, что едет в Манзурку.
— Ну а если все же был знакомый? — задумчиво спросил Рылов.
— Не было у него такого знакомого! — горячо запротестовал Чернов, выделив два последних слова.
— Не было, не было... Смотри, какой ясновидец нашелся, — иронически заметил прокурор. — Свидетелей, в том числе Копытовых, допрашивал?
— Допрашивал.
— Тогда давай-ка почитаем твои материалы.
Рылов углубился в чтение, и в кабинете наступила долгая, тягучая тишина. Чернов с нетерпением поглядывал на прокурора, но тот не отрывался от бумаг. Сосредоточенно листая страницу за страницей, он морщил лоб и беззвучно шевелил губами. Вдруг лицо Рылова засветилось, морщины на нем расправились, он начал быстро переворачивать страницы в обратную сторону. Найдя нужную строчку, он подчеркнул ее ногтем и торжествующе взглянул на Чернова.
— Эх, молодо-зелено, что же ты о главном-то молчишь? Вот оно, смотри: ни Копытов-младший, ни Копытов-старший ни одного раза не разошлись в описании проводов Петренко и возвращении обратно. Оба подробно и одинаково рассказали о том, как пили воду у моста через Канцыгайку. Ты правильно сделал, что допросил их обо всех мелких деталях. Итак, все эти детали совпадают в рассказах обоих. Вот только факт самого расставания и прощания... Копытов-старший говорит: «Петренко пожал нам руки и прыгнул в кузов машины». Копытов-младший: «Петренко крепко обнял и расцеловал меня, затем отца и прыгнул в кузов». Разница есть?
— Есть, — согласился Чернов.
— О чем это может говорить? — допытывался прокурор.
Чернов не сразу уловил его мысль, а потому промолчал. Прокурор, не дождавшись ответа, сам сделал вывод:
— А это говорит о том, что прощания могло и не быть. Не исключена возможность, что они расстались с Петренко по-иному или вернулись с ним обратно в Копытово. В этих двух протоколах, вернее, в нескольких строчках скрывается очень важный смысл... А ты занялся исследованием одной психологии. В свете этого факта и твои психологические рассуждения приобретают совсем другое значение. — Прокурор протянул Чернову дело. — Санкцию на обыск я тебе дам, но что ты будешь искать?
— Вещи, документы Петренко.
— А ты хорошо знаешь его вещи?
— Нет, вещи не знаю, но могут быть документы, — неуверенно произнес Федор.
— Если Копытовы причастны к исчезновению Петренко, то документы они хранить не будут, а вещей ты не знаешь. Пока ты разыщешь свидетелей, с которыми Петренко и Алексей Копытов возвращались с Чукотки, и уточнишь, какие у Петренко были вещи, пройдет немало времени, а терять его не следует. Поэтому, производя обыск, ты опиши все вещи, какие будут у Копытовых, и на это же ориентируй понятых, но ничего из имущества не изымай и не передавай никуда на хранение, за исключением предметов, которые будут носить какие-нибудь явные следы убийства. Вообще следы эти ищи упорно и внимательно. Если Копытовы вернулись с Николаем обратно в село, то они могли убить его дома. Поэтому, несмотря на то что с тех пор прошло довольно много времени, тщательно осмотри все стены: нет ли на них замытых брызг крови. При необходимости сделай со стен соскобы. Осмотри детально также все щели в половицах, а если нужно, вскрой половицы: между ними могут быть затеки крови. Что же еще? — Рылов на мгновение задумался и вдруг неожиданно закончил: — Впрочем, на обыск поедем вместе. — Добавил, увидев на лице Чернова улыбку победителя: — Но все это вовсе не значит, что я полностью принимаю твою версию.
Чернов устало опустился на мшистый валун и стал в задумчивости рассматривать каменистую вершину гольца. Она напоминала неприступную прибрежную скалу, выступающую из глубин океана. Только над такими скалами постоянно кружатся птицы, оглашая окрестности своим гомоном. А здесь такая тишина, что звенит в ушах. Голая вершина расплывчато дрожит в знойном летнем мареве. Все же вид гольца навеял Чернову воспоминания о последних месяцах войны. Однако от этих воспоминаний он быстро отвлекся, так как его волновали дела сегодняшнего дня, которые не давали ему даже минуты покоя.
Федор был уверен, что Петренко погиб. Хотя он не знал его лично, но думал об этой гибели с большой скорбью. Почти ровесник Чернову, как и он, познавший трудности военного времени, Петренко, казалось Федору, был человеком, близким ему по духу. Эти соображения заставляли его вести розыск более упорно, подогревали и без того страстное желание найти причины исчезновения Петренко. Но пока старания были безрезультатными.
Чернов снова и снова вспоминал и анализировал недавние события. Ярко и отчетливо, деталь за деталью перед его мысленным взором вставала картина обыска у Копытовых. На стук в крепкие, из толстых плах ворота долго никто не отзывался, лишь за оградой было слышно беснование свирепого пса, бегавшего вдоль толстой стальной проволоки, протянутой наискось из одного угла двора в другой. Калитка открылась внезапно. По всей вероятности, перед этим нежданных гостей внимательно разглядывали через какую-то потайную щель. По крайней мере, «гостям» так показалось.
— Милости просим, — хрипло проговорил Копытов-старший.
Его крупная голова на крепкой короткой шее, широкий квадратный торс, мощные узловатые руки, твердая грузная походка — все говорило о незаурядной силе. Голову и большую часть лица покрывала густая и черная как смоль поросль, так что видны были только широкий приплюснутый, как у боксера, нос и черные блестящие глаза. Копытов-младший по внешнему облику представлял собой слегка уменьшенную копию отца, только на его крупном неулыбчивом лице не было бороды и усов.
В доме пришедших встретила дородная старуха, которая, засуетившись, начала накрывать на стол.
— Ты свои черепки оставь, власть пришла по делу, — цыкнул на нее, как на собаку во
