Зевс слушал, не перебивая, и нервно курил.
– Но теперь я точно знаю, что горечь точит душу до тех пор, пока что-то очень важное не исчезнет внутри. Каждому дается свой срок. И тогда на это место должно прийти что-то новое, чтобы заполнить ощущение пустоты. Ты хорошо понимаешь, что это «важное» больше не восстановится, что оно уходит навсегда, но уже ничего не делаешь, чтобы его задержать и остановить. На смену ему приходит другое… то, ради чего снова хочется верить и жить. И это правильно, – добавила она тихо.
– Кажется, я знаю, о чем ты, но это было невозможно. Пойми, наконец, совершенно невозможно, – Зевс проследил за ее взглядом. Он был обращен к краю обрыва. Потом тяжело вздохнул и тоже поднялся на ноги. Теперь они стояли друг против друга. – Ты не должна была за него бороться. Это было бессмысленно. Существуют правила игры. Они уже есть и их не изменить. И ты не хуже меня это знаешь. Пойми, Кассандра, я тебе уже не командир. Самое большее, что я могу для тебя сделать, это предсказать дальнейшую судьбу. По легенде ты должна предвидеть и просчитывать все на несколько шагов вперед, – он криво усмехнулся. – Тебе ли не понять, о чем я говорю?
Варвара широко открыла глаза. Зачем все? Она больше не боялась смерти, потому что уже умирала множество раз. Она, конечно же, поняла, что приговорена в очередной раз. Своими или чужими для нее уже не имело значения.
Взгляд Зевса напомнил взгляд отца на похоронах, когда прощались с мамой. Ее бедное сердце не выдержало и разорвалось восемь лет назад, через несколько дней после возвращения дочери домой. К слову, отец ушел вслед за мамой, пережив ее всего на полгода. После этого она осталась совсем одна.
Зевс долго молчал, пряча взгляд, потом поднял ее подбородок вверх и, заглянув в глаза, тихо произнес:
– Сегодня поздним вечером экстренный выпуск теленовостей расскажет о том, что известная писательница Варвара Афанасьева, находясь на отдыхе, трагически погибла. Ее автомобиль не справился с управлением и на большой скорости сорвался в пропасть. Завтра об этом напишут газеты, для достоверности, подтвердив информацию впечатляющими фотографиями. Все будет правдой.
Варвара отрешенно слушала. Казалось, ее нисколько это не касается.
– Наверное, это нужно принять, как последний подарок судьбы. Сама я ни за что не решилась бы уйти, а эта… помощь, как раз кстати. Боже, как гуманны мои боевые соратники, – она посмотрела командиру в глаза и усмехнулась.
Зевс с силой тряхнул ее за плечи.
– Очнись. Тебе ли не знать, что правда – одна, но путей ведущих к ней – множество. Ты помнишь, о чем просил тебя Иван? С этими словами он ушел из жизни.
– «Только, пожалуйста, постарайся остаться в живых…» – медленно прошептала Варвара, с каждым словом ощущая нарастающую в сердце боль.
– Прощай Кассандра… прощай навсегда…
В этот раз он ушел не оборачиваясь.
Ветер, почувствовав свободу, подхватил ее волосы, подталкивая к краю обрыва.
Она еще долго так стояла, до боли в глазах всматриваясь в облака, и молилась, но неистовые ее молитвы больше походили на проклятия…
На землю спускались сумерки, и вершины гор безнадежно скрыл густой туман.
Варвара закрепила веревку на крутом склоне и стала осторожно спускаться вниз, царапая руки об острые камни. Ее напряженный взгляд не замечал ничего необычного. На каменистой площадке, покрытой плотными оазисами колючих кустарников, она остановилась.
За это время совсем стемнело. В горах это происходит очень быстро и всегда как-то неожиданно. Луны не было видно. Возможно, из-за полной темноты, ночные звуки казались намного громче, а туман разносил их очень далеко. Варвара отчетливо слышала, как стучит ее сердце. Казалось, что бьет набат, в который раз уже призывая к борьбе. Вооружившись мощным фонарем, внимательно осматривала местность.
– Роман, – позвала тихо. – Роман, отзовись.
Никто не ответил. Она продолжила поиски, напряженно, всматриваясь в темноту. Он должен быть где-то здесь. По ее расчетам дальше он улететь не мог, зацепился бы за кусты.
Стало совсем темно и холодно.
– Роман, отзовись… – просила она. – Где же ты? Ночь так коротка, и нам нужно успеть выбраться из этого ущелья. Роман…
Варвара уже несколько раз на коленях облазила все кусты, в кровь изодрала руки и лицо, но Романа нигде не было. Она устало опустилась на камень и выключила фонарь. Нет. Это невозможно. Он должен, должен быть жив. Не мог он погибнуть. Просто так Романа не взять. Неужели обычная глупая случайность? От этих мыслей лоб ее покрылся холодным потом, и она горько заплакала.
– Не могу… Больше нет сил… – приговаривала, рыдая. – Роман, отзовись. Ты должен быть здесь. Ты не мог так легко сдаться. Любой другой, но только не ты. Этого мне уже не пережить. Ну, прошу тебя…
Слезы были горькие и безутешные. Однако плач – не плач, а делу этим не поможешь. Ночь безжалостно уносилась, как на крыльях резвых небесных скакунов. Небо немного посветлело. Значит, скоро рассвет.
– Все. Мне не найти его. Времени остается совсем мало, – Варвара устало опустилась на камень и с тоской посмотрела по сторонам. – «В предрассветные часы мы совсем не защищены…» – прошептала она отрешенно строчки из какой-то своей книги. – Как же так? Роман, где ты? Мне нужно уходить. Скоро здесь будут люди. Но, как я могу оставить тебя? Умоляю, отзовись, пожалуйста, отзовись. Совсем не остается времени… пойми же ты, – она снова заплакала. – Господи, Роман, неужели ты умер?
– Не реви, – послышался рядом спокойный, но слабый мужской голос, – и так сыро ночью в горах. Твои слезы и мертвого из могилы поднимут.
Варвара дернулась всем телом к ближайшим кустам туда, откуда доносился голос. Как же она их пропустила?
– Не приближайся, – так же тихо предупредил голос из колючих зарослей.
– Роман, ты жив, Слава Богу, – она прижала руки к груди и вздохнула. Это был одновременно вздох облегчения и радости. – Скажи, что с тобой все нормально.
– Конечно, нормально. После того, как ты разрядила в меня целую обойму, нормальнее не бывает, – в голосе его слышалась ирония. – Лучше не подходи…
– Роман, я без оружия. Постой, ты что, нашел мой пистолет? Не вздумай стрелять, ночью в горах… и потом, нас сразу же найдут, даже утра дожидаться не станут.
– Говоришь, пистолет? – он слабо засмеялся. – Мне достаточно лишь прикоснуться к тебе одним пальцем, дорогая, и ты уснешь навсегда. Скажи, зачем ты пришла? Быстро же ты догадалась, что не угробила меня окончательно. По-моему, для этого у тебя патронов было достаточно. Не хочется думать, что ты просто плохо стреляешь.
Теперь засмеялась Варвара, только это получилось слишком горько.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
