- Скорее дорожу своей самостоятельностью.
- Да, пожалуй, именно такое впечатление вы и производите, - задумчиво кивнул он. - Самостоятельной. Не надоедает?
- Напротив. С каждым шагом нравится всё больше, - сообщила я.
- Ну что ж. - По-моему, в его тоне проскользнул скептицизм, но, впрочем, мне могло и почудиться. - Угощайтесь.
Уговаривать меня не пришлось. Я с аппетитом принялась за еду. Мясо оказалось приготовленным на славу: сочным, чуть-чуть островатым, необыкновенно вкусным. Картошка в мясном соусе тоже была выше всяких похвал.
- Полагаю, раз уж мы ужинаем вместе, нам полагается вести светскую беседу, - заметил Торендо, взяв в руки вилку, но не торопясь воспользоваться ею по назначению.
- А вы всегда поступаете так, как полагается? - не удержалась от вопроса я.
Он рассмеялся. Вилка с жарким застыла в воздухе и снова вернулась в тарелку.
- Практически никогда. Но ради вас я готов сделать исключение.
Этим следовало воспользоваться.
- В таком случае, может быть, расскажете, каким образом вы узнали, что это был именно мой фант?
- С чего вы взяли, что я это знал? - изобразил удивление Торендо.
- Бросьте, - фыркнула я. - Я совершенно в этом уверена.
- Вы ошибаетесь. - Ирвин покачал головой с таким видом, что я убедилась окончательно: он прекрасно знал, кого именно приглашает на ужин. - Не забывайте: у меня были завязаны глаза. Так что даже будь я в курсе, что это кольцо - ваше, как я мог догадаться, в какой момент из шляпы извлекут именно его?
Я поджала губы и прищурилась, глядя на Ирвина с нескрываемым недоверием. А он, как ни в чём бывало, приступил к еде. Я думала о том, как бы подловить Торендо на мошенничестве в игре в фанты, и даже забыла следить за его реакцией на кушанье. Но он внезапно кашлянул, ещё раз, затем ещё. Вилка с громким звяканьем упала в тарелку. Ирвин взялся рукой за горло и зашёлся в приступе дикого кашля. Я же сидела и глядела на него, пребывая в состоянии оцепенения. Еле отметила, как на шум в комнату вбежал его помощник. Моя рука тоже медленно потянулась к горлу, но только совсем по другой причине. Приступ всё никак не проходил, и объяснив, что не хочу стеснять его своим присутствием, а также пожелав скорейшего выздоровления, я выскользнула из-за стола и вышла за дверь. И только там остановилась, прижавшись спиной к стене, глядя перед собой расширенными глазами. Силясь осознать то, что до сих пор казалось совершенно невероятным.
Приступ закончился через несколько минут. Отослав подчинённого из комнаты, Ирвин Торендо отдышался, а затем с силой стукнул кулаком по столу.
- Чёрт! - воскликнул он в сердцах.
Глава 12. Тупик
О том, что Торендо оказался тъёрном, я рассказала только Винсенту. И взяла с него слово, что он не станет уведомлять об этом короля. Несмотря на сделанное за ужином открытие, немало меня шокировавшее, я продолжала испытывать по отношению к начальнику охраны симпатию. Хотя, казалось бы, воспоминание о том, что произошло с Лорой и Лидией, должно было бы начисто её перечеркнуть. Словом, я не хотела, чтобы Торендо арестовали и казнили. И надеялась, что мне удастся убедить его просто возвратиться назад в свой мир.
Всё, что нам оставалось, - это ждать лунной активности, но до смены фазы всё ещё оставалось несколько дней. Пока же я приняла решение Торендо избегать. Вот только не очень-то мне это удалось.
На следующий же день после сорвавшегося ужина, направляясь после очередного бессмысленного занятия в сад, я стала свидетельницей любопытной сцены.
Торендо сидел на стуле в широком холле, держа в руке какой-то свиток. Перед ним остановился один из его подчинённых, тот самый офицер, который сопровождал его в ночь первой четверти. Тогда, когда мы обнаружили убитых девушек.
- Сэр Торендо, могу я обратиться к вам с просьбой?
Офицер, к слову, совсем молодой парень, должно быть, так рано выслужившийся за счёт проявленной в бою отваги или какого-нибудь незаурядного поступка, стоял, сцепив руки, и явно нервничал. Однако, как мне показалось, причиной его напряжения был не страх перед начальством, а нечто иное. Что ж, скоро узнаю. Я остановилась у стены на расстоянии нескольких ярдов от них. Прятаться не пряталась, но и особого внимания к своей персоне старалась не привлекать.
Ирвин оторвался от свитка и поднял глаза на офицера.
- Попробуй.
Ходить вокруг да около юноша не стал, решил сразу взять быка за рога.
- Не могли бы вы дать мне отпуск на завтра в первой половине дня?
Выпалив свою просьбу, он застыл в ожидании, с надеждой взирая на Торендо.
- Зачем? - осведомился тот.
Офицер замялся, но затем всё-таки дал ответ:
- Я хочу вызвать Юлия Корхеса на дуэль.
Брови Ирвина поползли вверх.
- С какой это стати, могу я спросить?
Юноша серьёзно посмотрел ему в глаза.
- Он оскорбил одну женщину. Я намерен заступиться за её честь.
Ирвин со вздохом свернул свиток.
- И какую же женщину оскорбил Корхес? Позволю себе угадать. Это леди Синтия, участница конкурса красоты?
Офицер покраснел; особенно заметно изменили цвет кончики его ушей. Однако увиливать от ответа он не стал, и следующие слова произнёс вполне уверенно:
- Да, сэр, это именно она. Корхес позволил себе в отношении её возмутительные и недопустимые высказывания.
- Какие, например?
Вид Торендо имел весьма скептический. Юноша, напротив, отстаивал свою позицию горячо и убеждённо.
- Он назвал её вертихвосткой, слишком много о себе возомнившей. Бездушной и недалёкой кокеткой. И... И ещё много всего в этом роде, - заключил он, опуская глаза.
Ирвин невесело усмехнулся, после чего недоверчиво покачал головой, глядя на юношу исподлобья.
- Никакого отпуска ты не получишь, - постановил он.
Такое заключение показалось мне несколько неожиданным, и я даже немного подалась вперёд. Офицер тоже явно удивился. Похоже, увидев, что командир проявил к его истории интерес, юноша уверился в том, что к его просьбе отнесутся с пониманием. Теперь же разочарование оказалось настолько сильным, что он даже слегка забыл о правилах субординации.
- Но почему?! - огорчённо воскликнул он.
Торендо и бровью не повёл.
- Я не собираюсь освобождать тебя от дежурства ради того, чтобы ты занимался всякой ерундой. Девчонка раздавала авансы направо и налево, морочила голову куче мужчин одновременно, - он слегка повысил голос, тем самым заставив собравшегося было возразить офицера сомкнуть губы, - нарывалась на неприятности. Было понятно, что рано или поздно ей это аукнется. Могло быть и хуже.
- Я всё равно обязан постоять за её честь, - упрямо заявил офицер, глядя в пол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
