Читаем без скачивания Бюро волшебных случайностей - Татьяна Рябинина

Если кто не знает, то сюжет отличается от фабулы, в основном, наличием причинно-следственной и временной связи. «Жили-были дед и баба. Оба они умерли». Это фабула. А вот когда и почему умерли – это уже сюжет. Впрочем, я с поставленной задачей справилась на «троечку», потому что периодически срывалась в подробности. Особенно когда перешла к финальной коде.

- У тебя с головой все в порядке? – грубовато поинтересовался Коробок, когда я закончила. – Или от потрясений мозги в задницу стекли? Не терпится исправить несправедливость судьбы и занять свое законное место на кладбище?

- Кстати, возвращаю долг, - я выложила перед ним тысячу долларов. – А что касается мозгов, то со стороны виднее. Пойми ты, я не могу всю оставшуюся жизнь сидеть, забившись в нору, и дергаться от каждого шороха.

- Послушай, давай мои ребята просто-напросто оторвут ей голову, зачем тебе лезть на рожон?

- Нет уж! – уперлась я. – Потом еще и ее на меня повесят. Мне нужно, чтобы твои ребята отловили мужика, который придет меня убивать, только и всего. И чтобы он сдал Чинареву. А там уж пусть менты с ней возятся.

- Какая гуманность! – закатил глаза к потолку Коробок. – А если мои не успеют и он тебя раньше прикончит?

- Давай сделаем так, - и я изложила поминутно вздыхающему и кривящемуся Коробку свой план.

Он выдает мне бригаду мальцов, покрепче и, желательно, посообразительнее. Они привозят меня домой, осматривают подъезд, лестницу и квартиру, заводят меня туда и занимают сторожевые посты – кто в квартире, кто на улице. И когда появляется киллер, аккуратное его сворачивают. Не восвояси, а в трубочку.

- А если тебя тихо через окошко пристрелят?

- Я шторы задерну. Да и киллер этот, Кабан, говорят, любит почему-то в лицо стрелять. Извращенец какой-то!

- Блин, Лиза! – Славик продолжал кривиться и морщиться, как не выглаженная вовремя простыня. – Ты со своими «волшебными неожиданностями» совсем с катушек съехала.

- Я так понимаю, ты не хочешь мне помочь? – я широко улыбнулась и встала, стараясь не заплакать.

- Сядь! – он повысил голос и рванул меня за руку. На нас начали обращать внимание. – Во-первых, я не отказываюсь. А во-вторых, ты уверена, что будет кого сворачивать в трубочку?

- Абсолютно. Они и так уже знают, что я жива. Видели меня и у Ракитского на даче, и в клинике. Да я еще Вере весточку послала на трубку. Теперь она не успокоится.

- Ты как тот заяц, который плюет бульдогу в рожу, - сделал мне комплимент Славик. – Ну да ладно. Будет все, как ты захочешь, море, пальмы и цветы, - фальшиво пропел он. – Кстати, тебе не интересно, что поделывают твои коллеги?

- Ну, Антон мне намекнул, что они пытаются власть поделить. Да и Зойка, гадина, на поминках бухтела, что без меня у них теперь распустятся сто прекрасных цветов.

- Каких еще цветов?

- Ну, это лозунг был такой в Китае времен культурной революции. Сначала растили прекрасные цветы, а потом принялись сорняки выпалывать.

- Знаешь, я бы их всех выполол к ядрене матери, гадюк твоих. Ну и набрала ты себе, Лиза, коллективчик. Аленка разве что ничего. Если что, заберу ее к себе.

- А как же Светик?

- Светик – жена. Ты меня, старая, не путай!

- Ты скажи, они там хоть что-то делают или только трон делят?

- В основном потребляют остатки прежней роскоши. Как говорится, дожрать кита и умереть. Пока я их трогать не буду, а мой тебе совет на будущее: гони ты эту шушеру пинком под нижнюю голову. Кстати, помимо поползновений на твою кабинет, там идет еще какая-то непонятная мышиная возня. Я не вникал, но что-то мне это не нравится.

Я только плечом дернула – со своими бы проблемами разобраться. Как выяснилось в последствии, зря. Эх, знать бы, где упадешь…

Славик посмотрел на часы и подхватил один из двух моих пирожков.

- Мне пора. А ты сиди здесь. Ребята за тобой подъедут. Крестника моего береги, - он фамильярно похлопал меня по животу.

Странно. Совсем недавно я бы только захихикала, а теперь подобные дружеские проявления мне стали неприятны.

Коробок растаял, как видение. Интересно, сколько придется здесь сидеть, пока за мной не приедут господа бандиты? Водяная пыль снова сконцентрировалась в полномасштабный дождь, по стеклам, подмигивая, зазмеились струйки. Тоска! Внезапно проснулся аппетит, я набрала картошки, гамбургер и еще пару пирожков, словно наверстывая упущенное. Стало немного веселее.

Где-то рядом запищал сотовый. Я покрутила головой по сторонам и только потом сообразила, что «Улетай на крыльях ветра» доносится не откуда-нибудь, а из моей сумки.

Номер был подавлен, но я не сомневалась, что звонит Вера Чинарева. Клюнула на приманку. Трубка продолжала заливаться, в придачу противно вибрируя. Я ехидно ухмылялась. На меня снова начали оборачиваться. Кстати, вы замечали, что звонки чужого мобильника действуют крайне раздражающе?

Улыбнувшись особенно гадко, я нажала на кнопку отбоя. И выключила телефон вообще.

- Все чисто! – доложил коротко стриженый красномордый субъект по имени Вадик. – Выходим.

Огромный темно-зеленый джипище, в котором меня везла домой целая бригада дюжих мужиков в одинаковых темных костюмах, подогнали вплотную к подъезду.

- Совсем эти новые русские обнаглели! – возмутилась бабка с третьего этажа, которая вывела на прогулку свою мерзкую шавку Фросю. – Скоро уже по лестницам будут ездить на своих танках!

- Подождите! – остановил меня Вадик, когда я уже хотела выйти из машины.

Трое парней взяли меня в полукольцо, держа в поднятых руках какие-то странные приборы.

- Быстро! – рявкнул Вадик, и я шмыгнула в подъезд. Охрана – за мной.

В лифт мы зашли втроем, но я оказалась прижатой к стене.

- Что это было? – полюбопытствовала я. – Ну, эти штучки у вас в руках?

- «Антиснайпер». Ослепляет любого пользователя оптики на расстоянии километра. Если снайпер сидел бы где-нибудь рядом, мы бы его этими штучками засекли. Правда только если оптика у него не слишком крутая. Против новейшей не работает.

У квартиры ждал еще один охранник. Но не успели мы войти, как дверь третьей квартиры на площадке лязгнула и открылась. Мои стражи мгновенно перегруппировались и прикрыли меня своими шкафообразными телами. И тем не менее сосед Григорий Федорович успел меня разглядеть и узнать. Схватившись за сердце, пожилой мужчина начал неловко оседать.

- Помогите ему! – попросила я и зашла в квартиру.

Еще двое с рациями встретили внутри – один в коридоре, другой – в гостиной. Мне объяснили, что они будут нести вахту здесь, еще двое во дворе – в джипе, и еще одни – на лестнице.

Все шторы в квартире уже были плотно задернуты – ни щелки. А что творилось в комнатах! Все перевернуто вверх дном, вещи из шкафов выброшены, безделушки, бумаги, книги, похожие на уснувших рыб, валяются на ковре. А там… Настин силуэт на ковре, обведенный мелом.

Я зажмурилась, голова закружилась.

- Вам нехорошо? – кто-то дотронулся до моей руки, я открыла глаза. – Может, воды?

- Нет, спасибо, - отказалась я и, придерживаясь за стенку, поплелась на кухню.

Открыв дверь, я остолбенела.

Кухня блистала чистотой. Контраст с комнатами был просто пугающим. Такого порядка в ней не было еще никогда, это я могу сказать точно. Я на такое просто не способна. Картинка из модного журнала или каталога. Все блестит, все сверкает…

- Михрютка! – робко позвала я, оглядываясь через плечо. К счастью, никто из охраны за мной не последовал. – Михря!

Откуда-то из-за плиты донесся шорох.

- Михрютка! – снова позвала я.

Он вышел и, ни слова не говоря, направился к двери. На плече Михрютка нес палочку, на которой висел фиолетовый узелок. Вместо купального халата на нем был длинный зеленый дождевик с капюшоном, а вместо колпачка – лиловая бейсболка козырьком назад. Довершали наряд сиреневые резиновые боты – в таких моя мама ходит на даче в дождливую погоду.

- Подожди, ты куда? – я преградила ему путь.

- Ухожу я от тебя, Лиза, - печально произнес Михрютка. – Fare thee well, and if forever still forever fare thee well!4

- Но почему?

- Не нужна ты мне больше. И я тебе не нужен. Пойду другую пещеру искать. Бывайте здоровы, живите богато.

Он вышел в коридор, где как раз появился один из охранников.

- С дороги, куриные ноги! – Михрютка пнул его ботинок, чего тот даже не заметил.

- Все в порядке? – спросил парень. – Мне послышался разговор.

- Все в порядке. Это я… сама с собой. Кофе хотите?

- Ну… Не откажусь. – почему-то засмущался он.

Я напоила своих стражей кофе со слоеными пирожками – по дороге мы заехали в супермаркет и отоварились с расчетом на многодневную осаду. Втроем кое-как прибрали гостиную, и охранники расположились в ней. Я же наскоро приняла душ и устроилась в спальне. Оставалось только ждать.

Итак, Михрютка ушел. Почему-то было грустно. Как я мечтала от него избавиться, как злилась на него и даже ненавидела. И вот теперь его нет. А я не радуюсь. Совсем не радуюсь. Словно какая-то часть меня ушла. Странным образом это перекликалось со словами Левы о том, что, возможно, я пытаюсь избавиться от чего-то темного, а какая-то моя часть против этого бунтует.