и потерял часть земель, которые захватили юаньские войска. Ослаблением Эсен-Буки тут же воспользовались племенные вожди, начавшие восставать один за другим, и Чагатайский улус едва не раскололся на части раньше срока, назначенного ему судьбой.
В какой-то мере руки Аюрбарибады были связаны действиями его матери Даги-хатун, женщины властной, влиятельной и имевшей вкус к политическим играм. Так, например, ю-чэнсян Темудер, бывший ставленником Даги-хатун, погряз в мздоимстве и своим примером разлагал нижестоящих чиновников, а император в течение нескольких лет не мог его приструнить, но наконец-то отстранил от дел в 1317 году, якобы уступая просьбам других сановников. Даги-хатун на два года пережила своего младшего сына, так что она служила ему помехой на всем протяжении правления. С другой стороны, Аюрбарибада нуждался в поддержке матери и стоявшей за ней знати, потому что у него была «ахиллесова пята» – в 1316 году, в нарушение соглашения, достигнутого с Хайсаном, Аюрбарибада назначил своим преемником старшего сына Шидэбалу, хотя по уговору между братьями преемником должен был стать Хошила, старший сын Хайсана. При этом от Хошилы Аюрбарибада не избавился, ограничившись тем, что отправил его в ссылку в далекую южную провинцию Юньнань, откуда тот бежал в Чагатайский улус к Эсен-Буке. Карта Хошилы могла быть разыграна в любой момент, так что чрезмерно обострять отношения с монгольской знатью Аюрбарибаде, конечно же, не хотелось.
Император Аюрбарибада скончался 1 марта 1320 года накануне своего тридцатичетырехлетия. О том, что он тяжело болел, у нас нет сведений, а тридцать три года – не такой уж и большой возраст, можно сказать – самый расцвет сил. Но давайте оставим домыслы за рамками нашего повествования и перейдем к преемнику Аюрбарибады Шидэбале, также известному под монгольским храмовым именем Гэгэн-хаган (самого Аюрбарибаду монголы называли Буянту-хаганом). Легитимизация Шидэбалы потребовала от его отца довольно значительных усилий – многие противники такой передачи власти лишились жизни, а тем, от кого невозможно было избавиться, пришлось сделать какие-то уступки. За давностью лет трудно судить обо всех перипетиях, сопровождавших восхождение Шидэбалы на юаньский престол, но сложности там определенно были. Передача власти от Аюрбарибады к Шидэбале тоже была мирной, но, к сожалению, начавшая складываться традиция не укоренилась в юаньском государстве, которое в будущем ждала череда суровых потрясений, связанных со сменой власти. Но пока еще все идет хорошо – отца на престоле сменяет старший сын, которого сам отец избрал в преемники.
Пятый император династии Юань Шидэбала правил с марта 1320 по сентябрь 1323 года. Три с небольшим года правления – это не тот срок, который позволяет делать твердые выводы, но можно сказать, что Шидэбала показал себя продолжателем дел, начатых его отцом. Более половины правления Шидебалы прошло под контролем его бабки Даги-хатун и ее ставленника Темудера, возглавлявшего имперское правительство, но Шидэбала старался избавиться от опеки и сосредоточить в своих руках всю полноту власти. Он окружал себя верными людьми и активно привлекал ко двору чиновников-конфуцианцев, из которых формировал свою «партию власти», которая должна была противостоять монголо-тюркской партии Даги-хатун и Темудера. Бабка императора и могущественный временщик умерли в конце 1322 года, друг за другом (не кажется ли странной такая «синхронность»?). Шидэбала наконец-то смог править без оглядки на своих «опекунов», но насладиться свободой не успел – в сентябре 1323 года его правлению положил конец заговор, известный как «государственный переворот пяти ванов». Заговор возглавлял Тегши, приемный сын покойного Тэмудера.
Вот интересная деталь. Заговоры высших юаньских сановников сопровождались несанкционированным, то есть – самовольным выпуском большого количества бумажных денег, которые были нужны для подкупов и вербовки сторонников. Подсчитано, что в правление Аюрбарибады в оборот было выпущено бумажных денег на полмиллиона связок[163] серебряных монет – огромная сумма по тем временам, и речь идет только о легальном объеме денег, напечатанных с дозволения императора.
Что же касается названия заговора, то оно было таким, потому что помимо сановников в заговоре участвовало пять Чингизидов, носивших титул «ван», который в данном случае можно перевести как «князь» или «принц» (но в только в данном, поскольку значений у этого титула было несколько, начиная с обозначения самостоятельного правителя). Помимо ванов и сановников в заговоре участвовало командование императорской гвардии, состоявшей из аланов[164], и некоторые другие военачальники. Шидэбала был убит в Нанпо, во время переезда из летней столицы Шанду в Ханбалык.
Детейу Шидэбалы не было, да и вряд ли заговорщики стали бы усаживать на престол сына убитого ими императора. Будь у Шидэбалы сыновья, их ожидала бы участь отца. Шидэбале наследовал Есун-Тэмур, видный представитель монгольской знати, сын Гаммалы, старшего сына Чинкима. Составленная в XIV веке хроника «История [династии] Юань» («Юань ши») сохранила изречение Есун-Тэмура: «Империя – это семья, отцом которой является император».
Чинким был любимым сыном Хубилая, которого основатель династии прочил в свои преемники, а Гаммала был старшим сыном Чинкима, так что у Есун-Тэмура имелась возможность стать третьим, а не шестым юаньским императором, наследуя престол после своего отца. Но Гаммале не повезло – в 1294 году курултай провозгласил ханом-императором его младшего брата Тэмура. Есть мнение, будто Есун-Тэмур был активным участником Заговора пяти ванов и чуть ли не одним из главных его организаторов, наряду с Тегши.
Заговорщики опасались того, что Шидэбала постепенно расправится с ними в процессе «выпалывания сорняков», оставшихся после Темудера. Есун-Тэмур воспринимался ими как удобная «ширма», из-за которой спокойно можно будет править государством, но «ширма» оказалась с подвохом – когда пошли слухи о причастности Есун-Тэмура к заговору, император решил обелить себя, казнив главных заговорщиков (пятеро ванов избежали казни, их наказанием стала высылка в отдаленные области, где они жили под домашним арестом).
Есун-Тэмур просидел на престоле немногим менее пяти лет. 15 августа 1328 года император скоропостижно скончался в Шанду на тридцать пятом году жизни. Надо сказать, что на фоне своих потомков из юаньской династии, разменявший седьмой десяток Чингисхан выглядит истинным долгожителем – воистину жить в юрте полезнее для здоровья, нежели во дворцах. В правление Есун-Тэмура не произошло ничего примечательного, не говоря уже о выдающемся. Звезда юаньской династии уже начала закатываться, только пока еще этого никто не понимал.
Глава 28
Туг-Тэмур, сын Хайсан-хана
После смерти Есун-Тэмура монгольские нойоны при содействии Давлат-шаха (Даолаша), который был правой рукой покойного хана-императора, возвели на юаньский престол восьмилетнего старшего сына Есун-Тэмура Раджибаха[165]. Давлат-шах пользовался поддержкой большинства представителей монгольской знати, но позиции его были не очень-то крепкими, и Раджибах не очень-то прочно утвердился на престоле, поскольку среди монголов и
