Беатрис!
— Спасибо, я и так знаю, что не слишком хорошо по утрам выгляжу! — Отшутилась я, и зашла с козырной карты. — Лучше посмотри, что у меня есть!
Призванный мною Истинный Свет залил нашу комнату белым сиянием, и проявил двух присутствующих в ней тварей — темных и грозных, лишь отдаленно похожих на собак, давших им название. И надежно отвлек подругу от лишних вопросов.
Она охнула, глядя на темных гончих округлившимися глазами.
— Это Ал… Алвис ко мне приставил. На случай новых инцидентов с его невестами, — пояснила я. — Смотри, их можно потрогать!
И первая потянула руку к прохладной темной чешуе, окончательно переводя мысли Беатрис в иное русло.
ГЛАВА 12
Бабах! — дверь нашей комнаты с грохотом врезалась в стену.
Беатрис, придерживая огромный ворох разноцветного тряпья подбородком, потому что рук ей на это явно не хватало, крабом вползла внутрь, подцепила дверь пяткой, и, лягнув ногой назад, как необъезженная кобылка, закрыла ее.
А открывала, видимо, пинком…
Я удивленно отвлеклась от трактата, посвященного анатомии разумных рас (из тех самых, одолженных Алом):
— Могла бы меня попросить…
— Тьфу!
Беатрис выплюнула на свою кровать длинную шпильку с затейливым навершием, рядом бросила кучу барахла (как только не надорвалась при переноске?) и лишь после этого ответила мне:
— Не могла! Фу-у-ух!
Она с облегчением плюхнулась на кровать, но тут же подскочила, зарылась в гору своей добычи, выдернула откуда-то из середины мшисто-зеленое платье, приложила к груди.
Развернувшись ко мне, спросила:
— Ну, как тебе?
И тут же, не дожидаясь ответа, бросилась к нашему монструозному зеркалу.
— Я такого у тебя не видела, — я честно озвучила всё, что успела оценить.
— А это не моё, — легко откликнулась Беатрис. — Я у Нимы с третьего этажа попросила. Кстати, ты знаешь, что Эрмэ, алхимичка с пятого витка, рассталась с Саймоном, боевиком с шестого, и неделю ходила под ручку с каким-то лопоухим некромантом, а вчера этот некромант застукал ее целующейся знаешь с кем? С Саймоном с шестого витка боевиков! Нет, ну, изменить нынешнему с бывшим — это классика, к тому же Саймон — красавчик, и староста, и сильный маг, и у него фигура, одно слово, боевик, а этот некромант каланча тощая, глянуть не на что, я вообще не понимаю, что она в нем нашла, но слышала, что она по секрету плакалась подружке, что некромант к ней раньше на свидания под иллюзией ходил! А это как? — Беатрис приложила к себе новое платье, канареечно-желтое, и крутилась теперь перед зеркалом с ним.
— Нет, совершенно не твой оттенок. А его ты у кого взяла?
— Ой, ты ее знаешь, это та, которой ты тогда подушкой нос разбила, она с нашего этажа ну, помнишь, светленькая такая, угловая комната? Да помню, помню, ты извинилась, не сопи! Ей в этом платье так хорошо, я ее в нем в прошлый выходной видела… Кстати, она рассказала, что боевики первого года специализации разнесли полигон. Это, в общем, не новость, новость в том, что наставник Вестар беспокоился, точно ли нигде рядом адептка Милдрит Релей не пробегала?
— Что-о-о?! — я подавилась возмущенным вдохом. — Нет, это тебе тоже не идет, давай другое!
Беатрис разочарованно, но послушно отложила жемчужно-серое платье с нежнейшей розовой отделкой, которое рядом с рыжими кудрями подруги из элегантной классики превращалось в жалкие потуги на нее, и потянула следующее.
— Вот Бездна, мало, как же я сразу не посмотрела… Кстати, Алессандра с четвертого этажа рассказывала, что семивиточники-травники скрестились с алхимиками и химерологами, и стали скрещивать между собой всё, до чего смогли дотянуться, чтобы вырастить чудо-растение, которое даёт алкогольные фрукты, а вырастили чудо-растение, которое дало им всем тумаков, лианами, причем жгучими, но есть подозрение, что в этом виноваты не ошибки в расчётах, а кое-кто алый и карающий, а растение потом с задумчивый видом себе наставница Маргрит забрала.
Она еще немного поразглядывала свое отражение со слишком тесным для ее форм платьем и мечтательно вздохнула:
— Я у одной девицы такое платье видела… Чудное совершенно, цвета болотной зелени, и в бронзовых бабочках по корсажу и подолу, мне бы очень пошло, и комплекции мы с ней сходной, но она целительница, я к ней сейчас не сунусь: у целителей грядут промежуточные, у них они самые тяжёлые, и они ходят все с красными глазами, ищут жертв и бросаются на каждого, кто рискнет чихнуть в их присутствии, вчера даже подрались из-за насморка у моей одновиточницы, представляешь, а потом радостно лечили друг друга!
Беатрис вздохнула еще раз, и растянула перед собой на вытянутых руках очередное платье, в этот раз темно-аметистовое. Приложила его к себе — и мы оба выдохнули, восторженно разглядывая ее отражение в зеркале. Цвет подруге невероятно шел, подчеркивая ее голубые глаза и делая их ярче.
— Теперь главное, чтобы я в него влезла, — озабоченно свела брови Беатрис. — Впрочем… Влезу!
И столь решительное у нее в этот миг было выражение лица, что я тоже поверила: влезет! Любой ценой. И отложила учебник.
…всего полчаса нашей общей возни с нижними юбками и шнуровками, и платье село по фигуре, как влитое. Я полюбовалась получившимся результатом, и спохватилась:
— Беатрис, ты пойдешь с нами ночью на кладбище? Будем я, Дэйв, Шед, Иллирия и Тэва. Нас один парень проведет — я ему случайно сказала, что оно в моем Списке, и он предложил…
— Нет-нет-нет, без меня! — Безапелляционно отрезала Беатрис, даже не дослушав, и достала свою шкатулку с украшениями.
Я против воли напряглась: я хорошо помнила, что было прошлый раз, когда Беатрис сказала “Без меня!”.
— Даже если бы меня в принципе интересовали мертвяки… — она выразительно оглянулась через плечо, приподняв брови, и не прекращая вдевать при этом сережку в ухо. — Я бы всё равно с вами не пошла. У меня свидание!
Честно говоря, я растерялась от ее горделивого и предвкушающего тона, от растерянности брякнув вслух:
— А муж?
Беатрис невозмутимо пожала плечами, и потянулась за второй сережкой:
— Вот как раз муж и приехал!
-
Беатрис упорхнула еще утром, прекрасная и загадочная, в аметистовом платье, с блеском в глазах.
Мы же на кладбище идти собрались ночью. Для этого выходить следовало во второй половине дня.
Как-то так сложилось, что наша компания с начала обучения не покидала академию полным составом: я переживала, что в результате какой-нибудь нелепой случайности меня могут узнать и донести родителям, где я, Тэва предпочитала в выходные налегать на самообразование, а Иллирии без нас идти было скучно. Парни пару раз
