Кхе-хе, а потом что?
― После победы? — я прекрасно понял, что он имел в виду, но всё же решил прикинуться дурачком. — Ну, тогда можно и по домам…
― После Игр. Ведь всё начнётся с самого начала через два года.
― Снова будет звать труба, снова ринемся в бой, — этот ответ я подсмотрел в одной из местных песен.
— Вы же понимаете, что концептуально ничем не отличаетесь от рыцаря Розы, с которым сражались этим утром? — мрачно уточнил Ресс.
— Отличаюсь. Я делаю это добровольно, а не из-за глупой клятвы.
— Возможно, не из-за клятвы, но зачем? В чём ваша конечная цель? За что вы сражаетесь?
— Слава, почёт, уважение — мало? — перечислил обычные «призы» Игр я. — И к тому же мне это нравится. В этом большая часть моей жизни.
Разведчик вздрогнул от таких слов, будто я его ударил.
― Прискорбно это слышать именно от ВАС. Спокойной ночи, командующий, — только услышав, как разведчик выделил последнее слово, я сообразил, что за всё время, он ни разу не назвал меня по имени-фамилии, только по званию.
Больше ничего не говоря, он откланялся и вышел, оставив меня одного наедине с мыслями о том, что это такое было. Проверка? Или разговор, о котором мне ещё предстоит пожалеть? Моя интуиция считала, что всё же второе.
По этому поводу надо было что-то предпринять. Теперь я не очень боялся разоблачения, поэтому Кейла можно было попытаться взять под контроль. Не то чтобы мне хотелось арестовывать его, он, мягко говоря, был крайне полезен для армии, но выяснить, что тут происходит, стоило непременно.
И хотя на душе было неспокойно, спать всё же хотелось сильнее, поэтому разборки с разведчиком я решил отложить на завтра. К тому же меня ждала очередная «серия» странных снов. Может, в них будет какая-то подсказка?
Грифон
«Сны могут рассказать нам невероятные истории»
Очередное утро в горах оказалось напрочь испорчено. Причиной тому был не я, не очередная выходка Ноа, не гигантская птица, пролетавшая над нами ночью, а очередные «лунные». За день до этого мы повстречали четырёх егерей, победить которых удалось чудом — то есть благодаря мне.
Сегодня же перед нами стояла целая застава, в которой было не менее тридцати-сорока солдат. Хуже всего — они закрывали единственный выход из долины, и был вопрос времени, когда нас обнаружат.
Несколько часов подряд мы с Ноа наблюдали за неприятелем, пытаясь найти хоть малейшую возможность пробраться мимо. Будь мы чуть менее известными персонами, наша одежда, может, и позволила бы пройти мимо. Мы бы сошли за егерей, у которых «позаимствовали» одежду.
Прорываться же с боем было затеей обречённой на провал. Будь их человек десять, то попробовать стоило. Внезапность удара, напор и толика удачи сделали бы своё дело. Обезвредить нескольких — и остальные сами побросают оружие. Но «лунных» то было не десять, а втрое-четверо больше!
Солнце поднималось всё выше, а значит, доступное нам время на размышления истекало. Ещё чуть-чуть — и долина будет просматриваться вся насквозь без труда, а мы с Ноа окажемся прижаты к чахлым ёлкам, ожидая, когда первый же патруль о нас споткнётся.
— Идём назад? — предложил я задумчиво.
По сути это был наш единственный вариант в текущих обстоятельствах. Идти обратно до тех пор, пока мы не найдём что-либо похожее на обходную тропу. Это могло занять час или два, а могло растянуться и на неделю.
Ноа была уже готова согласиться с моим предложением, но неожиданно всмотрелась куда-то в сторону и возбужденно пихнула меня в бок.
— Смотри!
Там, куда она указывала, зиял тёмный провал пещеры. Не ахти что, но лучше, чем просто возвращаться назад и бесцельно блуждать, пытаясь отыскать проход.
— Давай на счёт…
Даже не пытаясь меня дослушать, Ноа, пригнувшись, рванула к пещере.
— Ну да, ну да, пошёл я.
Впрочем, толика смысла в этом была. Дождавшись, когда Кейтлетт спрячется, и убедившись, что в заставе нет оживления, мне ничего не оставалось кроме как рвануть следом. Очутившись внутри, первое, что я сделал — это кинул мешок с вещами и аккуратно выглянул наружу.
«Вроде как всё спокойно, проскочили».
Ноа тем временем уже вовсю стучала огнивом, пытаясь разжечь факел. Наконец, добыв вожделенный свет, она, морщась от запаха, вручила мне свой мешок, и мы двинулись во тьму неизведанного.
Пещера петляла, становилась то ниже, то выше, то расширялась, то сужалась, но вопреки расхожему стереотипу нисколько не напоминала лабиринт, скорее кишку. Во всяком случае, тут было так же сыро и пованивало.
— Знаешь, это не очень-то похоже на проход. Только если на задний.
— Что ты несёшь? — раздражённо уточнила Кейтлетт.
— В смысле дела наши плохи…
С некоторым удивлением разглядывая окружающее пространство, я замолк. Дело в том, что, миновав очередной изгиб «кишки», мы вышли на предельно ровную прямоугольную площадку.
Встретить здесь, посреди безлюдных гор, явно искусственное сооружение было совсем не то, чего я ожидал. Правда, остался от него лишь небольшой кусочек — остальное поглотил камень.
Мы с Ноа переглянулись, встретившись ошарашенными взглядами. Похоже, это для нас обоих было удивительной находкой. Вглядываясь во что-то, Кейтлетт подошла к одной из стен и принялась рукой сгонять с неё пыль, паутину и прочую грязь, обнажая странный рисунок.
Он состоял из переплетения множества линий. Казалось, все они абсолютно случайны, но только на первый взгляд. Чем дольше я смотрел на рисунок, тем отчётливее понимал, что это — какая-то история. Точнее маленькая её крупица.
— Ты знаешь, что это? — спросил я, касаясь линий и буквально физически ощущая их древность.
— Понятия не имею, — честно ответила Ноа.
— Я тоже. Но выглядит… старинно.
— Похоже это лишь малая часть, — Кейтлетт указала на участок, где рисунок обрывался.
— Жаль, что остальное завалило. — Мне и вправду было бы интересно увидеть, как это место выглядело раньше.
— Что, возомнил себя великим археологом? — с улыбкой поинтересовалась Ноа.
— Нет, но интересно же.
— Ну-ну, идём.
Нехотя оторвавшись от рисунка, мы проследовали дальше сквозь крошечный проход между камней, уведший нас прочь от загадочного сооружения.
— Ой, ну тебя, отдохнуть нельзя. Нам через эту жопу пробираться ещё фиг знает сколько… — стоило мне это сказать — и впереди показался свет.
— Ты как всегда точен в своих прогнозах, — едко оценила Ноа.
— Стараюсь, умею, практикую.
Очутиться после холодной сырости пещеры на свежем горном воздухе было не так приятно, как мне казалось. Между вонью и ветром я бы не глядя выбрал первое.
Мы оказались на обдуваемой всеми ветрами площадке, которая возвышалась над долиной,
