— не добросил.
— Кто с луками или арбалетами? Пращи, дротики? — послышалась команда Лаббока. — Сейчас будет возвращаться, встретим. Не сцать! Летать в броне никто не может! Ему достаточно царапины!
— Вам, ушлепкам, тоже много не надо! — долетел звонкий, яростный голос. — Коро! Бери всех!
Громадный зверь бросился к повстанцами, задевая боками крыши, обрушивая по пути карнизы. Завербованный контингент с воплями брызнул кто куда, сразу позабыв и оружие в руках, и мечты пограбить. Позади гекатонхейра из дворика выбежала полусотня судейских стражников, привычно выстраиваясь по десяткам — пятью ромбами, как учили двигаться в толпе при разгоне бунтов.
Однако, тут против них действовал “Ночной Рейд”. Правда, в составе всего двух бойцов — но что Акаме, что Лаббок научились пользоваться своими тейгу не вчера!
— Зверя беру я, занимайся Сэрью!
— Принял! — зеленоволосый бросился к сыщице, мимоходом срубив нескольких стражников, и смешав построение в двух следующих ромбах.
И вот тут-то небо над городом прожег очередной выстрел Мейн: не по собору, не по куполу! Малиново-алая полоса раскатилась ковриком, уперлась в западные ворота — створки покачнулись, со страшным скрипом повисли на петлях. Растерянно заругались стражники, выбегающие на стену из цитадели; охрана у ворот кинулась опускать решетку — а земля уже толкалась в ноги, дрожала от накатывающей из степи конницы.
Ран видел выстрел от начала до конца. Мейн занимала позицию не на крыше: в городе не было здания выше купола собора. Но алая полоса выстрела протянулась и не от скал — ни с севера, ни с юга.
Отрядом бунтовщиков на земле вполне успешно занималась Сэрью. Ран как раз передавал ей приказ на прорыв, когда заметил повстанцев и неплохо их проредил. Пусть держится, на земле ей помогут стражники…
А вот Мейн, получается, надо искать в небе.
Скорее всего — на спине ручного летучего ската. Доносчики что-то этакое писали, но скупо, неохотно — понимали, что не поверят. Не приручаются скаты, сколько стоит Империя — успешных попыток не было… Хотя — рано или поздно все случается в первый раз…
Крылатый вошел в широкую спираль, принялся набирать высоту. Прямо под ним содрогался и рвался куб храма; Ран отсигналил вниз: “Противник передо мной”. Ручных скатов не предвидели, особого сигнала “Противник в небе” не придумали. Оставалось надеяться на сообразительность соратников, да и на то, что слабенькие вспышки кто-нибудь различит на фоне звездного неба.
Если, конечно, там есть кому смотреть вверх. Вон, разлетаются иглы белого льда — дошло до тейгу самой Эсдес!
* * *
— Дошло до тейгу самой Эсдес, — генерал Ривер поднялась с лавки. — Сусано-о… Ты знаешь, кто там самый опасный.
— Синеволосая.
— Точно. Начинай сразу с козыря.
— Хозяин. Это второе использование козыря.
— Я знаю. Их всего три.
— Я обязан предупредить.
— Иногда мне кажется, что ты все-таки живой.
Тейгу спокойно моргал. Надежда снова достала сигарету — и снова не закурила, смяла, растерла табак пальцами:
— А иногда мне кажется, что в твоем теле меняются души, как монетки в кошельке. Словно ты оболочка или витрина, этакая замочная скважина, через которую в наш мир подглядывает сильное и недоброе божество… Убей градоначальника или обеспечь возможность убить его Леоне с Тацуми. Против Эсдес применяй козырь сразу, ничего не жди, не надейся ее перехитрить. Выполняй приказ!
Тейгу наклонил голову, подхватил алебарду длиной в полтора роста, и легкими длинными скачками понесся к южному входу в храм. Противник наверняка ждет его у выбитой двери, следовательно — надо входить через уцелевшую. И не выбивать, а тихонько сломать язычок замка. Для удара достаточно мгновения — как бы так еще войти, чтобы не скрипнула дверь…
* * *
Дверь в крипту Куроме распахнула пинком, улучив миг. Градоначальник послушно прошел в проем, сопя, затопал вниз по ступеням. Оторваться от преследущей Леоны уже не получалось; но удерживать одного противника все же проще, чем отбиваться от многих.
А как только сталь Яцуфусы коснется земли, сработает Призыв — и убитые слуги Второго Проклятого Меча придут на помощь. Тогда обороняться придется уже Леоне. Тут, наверное, подоспеет и Эсдес… Да, она сильнейшая — но не настолько, чтобы прибить бойца в тейгу-доспехе одним пинком. С другой стороны, это всего лишь отсрочка… Куроме пока что чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы уверенно держать львицу “Рейда” на приличном расстоянии.
* * *
Расстояние от суда до собора — полчаса неспешного хода. И почти вся жизнь, если приходится прорубаться сквозь противника. Коро ворочался где-то позади, в боковой улочке: каменные дома оказались слишком крепкими, чтобы даже гекатонхейр мог разломать их простым движением. Сэрью рубилась с Лаббоком: зеленоволосый дрался ничуть не хуже, и не слишком себя берег, легко принимая касания клинком, если это позволяло подобраться ближе. Сыщица припомнила описание тейгу противника. Нити? Но враг на паука совсем не похож, ничего ниоткуда не тянется… Оперативница огляделась.
Дело плохо: судейских стражников осталось полтора ромба! Коро кто-то связал боем. Самые лихие удальцы из разбежавшегося отряда, видать, взяли себя в руки. Вспомнили обещанные награды, понадеялись на особую долю за верность и стойкость — и понемногу склубились вокруг.
Пока Лаббок пытался достать сыщицу клинком — обычный армейский, ничего сверхъестественного — стражников понемногу выбивали. Ромбы таяли; Коро никак не мог догнать конвой; и куда-то пропал Ран.
* * *
Пропал Ран, как пропадают все: от самонадеянности. До сих пор все удавалось, все крылатый сделал правильно. Первое, в город вошел пешком. Второе, до нужного мига не светился на людях — не то что в небе, даже из комнаты лишний раз не высовывался. Вот оно и сработало: не заметили его агенты “Рейда”. Состав “Охотников” противник давно знал. Но кто конкретно явился в Пыльный — скрыть, кажется, удалось. Похоже, Мейн даже сейчас не подозревала о наличии в ночной темноте крылатого, и методично гвоздила по плановым целям. Ее третий выстрел окончательно вынес ворота — вместе с опущенной наконец-то решеткой. Стражники бросились заваливать арку приготовленными мешками с песком, а из степи подкатилась дождавшаяся конница — в арке заскрежетала сталью по стали яростная рубка! От цитадели к воротам спешили колонны подмоги; кони захватчиков плохо шли по мешкам и обломкам; но ворвавшиеся латники не гнушались пешим боем. Городская стража выдавливала нападающих в поле — к тем подходило подкрепление, забивая стражников снова в проем… Ран обратил внимание, что захватчиков не так уж и много. Похоже, это был передовой отряд, прятавшийся в укрытии сравнительно недалеко, чтобы успеть по сигналу доскакать до ворот. Ран слабо представлял, как можно спрятать
