местных сеньоров, а этот мальчишка сам куда-то пропал. В общем так, Ватель, поезжай и разберись. Прояви свою ловкость и сообразительность.
– Готов служить вам, ваше сиятельство, – я постарался вложить в эти слова преданность, которую не испытывал.
Граф бросил на меня, уже в который раз, цепкий и оценивающий взгляд, после чего взял со стола серебряный колокольчик и позвонил, а спустя минуту в кабинет вошел секретарь.
– Колен, расскажешь ему коротко о деле, порученном де Парэ, а я пока подумаю. Идите.
Секретарь, поджарый мужчина, лет пятидесяти, с сединой на висках и внимательным и умным взглядом, привел меня в свою комнату, и указав мне на стул, начал рыться в кипе бумаг, лежавших у него на столе. Помимо документов на столе стояла массивная, из бронзы, чернильница, лежали уже очиненные перья и стопка чистой бумаги. Выдергивая листы из общей кучи, Колен быстро пробегал их глазами, затем откладывал в сторону, пока не нашел нужные ему документы. Быстро пробежал их глазами, освежая память, после чего стал излагать суть дела, порученного де Парэ канцлером.
– Шевалье де Парэ был направлен к виконту Югону де Флине, согласно письму означенного виконта. В нем тот просил, чтобы судебные власти приняли меры и установили причину исчезновения его дочери Клеменс, при этом виконт прямо указал на Рене де Круа, сына графа Гийома де Круа, как на главного виновника, причастного к ее исчезновению. – Тут я навострил уши, так как именно об этом графе мне говорил Бретонец. – По словам виконта выходит, что именно наследник графа похитил или подбил его дочь к бегству из отчего дома.
– Извините, сударь, но из ваших слов можно предположить, что господин виконт и господин граф не очень-то ладили друг с другом.
– На границах их земельных угодий есть лес и каждый из них считает его своим. По этому поводу они уже который год ведут судебные тяжбы, но до сих пор так и не было установлено, кому он на самом деле принадлежит. У них, – секретарь посмотрел на лист бумаги, который до сих пор держал в руке, – даже была стычка около двух лет назад, аккурат на день поминовения всех усопших. Потом вроде все разрешилось, но после этого случая виконт и граф избегают общества друг друга. Его величество откликнулся на письмо виконта, потому что в конце послания было написано: если государь останется глух к его нижайшей просьбе, он пойдет войной на своего соседа и силой заставит того сказать правду о его дочери.
– Так может, они в самом деле сбежали? А потом письмо придет, что мы, мол, сейчас в Париже живем и вам счастья желаем.
– Может и так, но время не терпит. К тому же, как нам стало известно, виконт Югон де Флине уже начал набирать наемников.
– Понимаю, что дело не терпит отлагательств, вот только что в моих силах можно там сделать? Во-первых, я там никого не знаю, хотя бы для того, чтобы обратиться за помощью. Во-вторых, я не дворянин. Меня не только никто там слушать не будет, но даже на порог не пустят.
– Я тоже так думаю, но мой господин, видно, думает по-другому. У тебя еще вопросы есть?
– Нет.
Секретарь поднялся со своего места:
– Сиди здесь, а я пойду доложу господину графу.
Вернулся он минут через двадцать, сильно озадаченный. Сел за стол. Некоторое время молчал, судя по отсутствующему взгляду, думал или формулировал свои мысли в слова перед тем, как начать говорить.
– Весьма странно. Прямо сейчас господин граф подписал приказ о назначении нового дознавателя на расследование этого дела. С ним поедет отряд жандармов, – рассказав мне о решении графа, секретарь помолчал, а потом продолжил: – Теперь насчет тебя. Его сиятельство хочет, чтобы ты, Клод Ватель, отправился в те места и узнал о судьбе шевалье де Парэ, ежели тот не появится к этому времени. Господин граф и так на него гневается, а тут…
Секретарь замолчал, придал суровости своему лицу и выразительно покачал головой, наглядно демонстрируя мне глубину гнева своего хозяина.
– Так он только вчера исчез. Может…
– Ты слышал приказ господина графа? Вот иди и выполняй его, – тут голос секретаря стал недовольным и требовательным.
– Хорошо. А в качестве кого я поеду?
– Понятия не имею, – недовольно буркнул Колен. – Господин граф не занимается подобной ерундой, так что сам ломай над этим голову.
Теперь уже я, с нарастающим раздражением, посмотрел на секретаря.
«Пойди туда – не знаю куда, найди то – не знаю что. Что за детский сад?»
– А бумагу вы мне дадите? Вдруг понадобится предъявить местным властям?
– Я тебе уже сказал, что расследованием будет заниматься назначенный графом дознаватель. Он со своим помощником выезжает завтра. Ты поедешь сам по себе. К тому же его сиятельство сказал, что ты хитрый и пронырливый малый, а значит, сумеешь быстро узнать, куда делся де Парэ.
– Мне с ними ехать? – сдался я, понимая, что открутиться от этой поездки у меня не получится.
– Выедешь отдельно, – проинформировал меня Колен, – но если тебе понадобится помощь, то тогда ты сможешь обратиться к дознавателю.
«Они уедут в шесть утра, а я тогда поеду через пару часиков. Не торопясь. А собственно, чего я упираюсь? Деревни, лес, поля, деревенские девки с румянцем во всю щеку. Отдохну на природе, подышу свежим воздухом, а то сижу сиднем в этом вонючем городе».
– Сударь, вы мне не подскажете? – Колен недовольно посмотрел на меня. – Турнир в этих ли краях проходит?
– Да, там. Граф Анри де Бриенн, кстати, хороший друг моего господина, устраивает этот турнир. Зачем тебе это?
– Поеду на поиски шевалье под видом богатого горожанина, желающего посмотреть на воинское мастерство рыцарей.
– Только ты смотри там! Тебя его сиятельство посылает не развлекаться, а искать пропавшего дворянина, королевского чиновника!
– Понял я, сударь, понял. А как насчет денег?
Секретарь, ни слова не говоря, залез в поясную сумку, достал кошелек и аккуратно положил передо мной. Судя по уверенности движений, эти деньги уже заранее были приготовлены для меня. Встал, забрал кошелек, потом сказал:
– Я выеду завтра. Мне нужно перед отъездом явиться к господину графу?
– В этом нет нужды, сударь, – ответил мне Колен.
Он взял в руки какой-то документ и был уже готов забыть обо мне, как я решил поинтересоваться у него, как продвигается следствие. Он был в курсе, что именно мною собранные сведения стали основой десятка уголовных дел, как на королевских казначеев, так и на городские власти, поэтому не отказался поделиться со мной последними новостями.
– Вина казначеев доказана,
