там такое же. Вот как они будут? Если в Антипальму, то они уже не они будут. С ними уже ни посидеть, ни поговорить по-человечески не получится. Они уже чувств своих не слушают. Все под контролем. Жизненные ценности тоже не из детства, семьи, а от Антипальмы. С привычками тоже самое. Был свой образ жизни, стал эффективный. Ну и что от самого человека остается? А так да, все они там такие добрые. Выслушают, научат, организуют. Работу, жилье, досуг и даже личную жизнь. А какая же она тогда личная?
— А если ваша мама, ну предположим, будет в Антиальме, то она уже не будет она?
Наташа молчала. На лбу Двигуна внезапно выступил пот. Он смахнул его, не отрывая от нее взгляд.
— А если Лиля попросит вступить в Антипальму?
Наташа потерла висок. Двигун ждал. В воздухе висело молчание, нарушаемое только доносящимся откуда-то едва слышным журчанием воды.
— Я не решила, что выберу, — наконец сказала Наташа. — Лилю с Антипальмой или жизнь без Антипальмы и Лили. Я хочу быть собой. Хочу чувствовать и жить, ощущая жизнь. Радоваться, страдать, смеяться, плакать. Жить, как по судьбе, а не выполнять программу, как робот. Наверное, робот эффективнее. Только будет ли это жизнь?
Двигун дослушивал Наташу с открытым ртом.
— Ого! Черт! Где камеры? Вот это откровение! Слушайте, давайте я сниму хотя бы на смартфон? Готовы повторить?
— Нет.
— Вы меня убили! Одним словом. Совсем.
— Надо перестать напрягаться, пусть все идет, своим чередом, — порекомендовала Наташа.
— Угу. Много мыслей, мало счастья, — задумчиво добавил Двигун.
Он вопросительно посмотрел на нее. В глазах Наташи промелькнуло узнавание.
— Ты это смотрела! — завопил блогер, подскакивая на месте. — А я-то думаю, чья это розовая скакалка валяется у бассейна?
— Моя, — угрюмо сообщила Наташа.
— Круто! И восьмерки получаются?
— Ну… — Наташа покраснела. — Несколько раз. Потом сбиваюсь.
— Блин! — Двигун посмотрел на нее с восхищением. — Я даже не представляю, как их делают. То есть, когда смотришь, то все понятно, а вот практически.
— Стоп. А зачем тебе?
— Так ведь выносливость же развивает. С моей работой, — он вздохнул, — без выносливости никак.
— Да, про выносливость я тоже помню. Там же и про расслабление.
— Которое для жизни также необходимо, как и физические упражнения. — закончил за нее Двигун, изображая человека, согнувшегося пополам.
Оба захихикали. Наташа изобразила ту же позу, и хихиканье перешло в громовой хохот.
— Да, сериал Горный, классный, — сказала она сквозь смех. — Чего его ругают?
— А, — махнул рукой Двигун, продолжая хихикать, — называют низким пошибом, а на самом деле, жлобство и вкусовщина. Типа, не смотрели, но осуждаем. Добавим за здоровье критиков? — он постучал пальцем по стакану, принимая картинную позу, передразнивая кого-то.
Наташа, только что прекратив смеяться, прыснула снова.
Глава 41
03.07.2029 15–50 Мальдивы Смапрохилодус
Незаметно они с Двигуном перебрались на кухню за добавкой. Наташа взглянула на часы в микроволновке и удовлетворенно хмыкнула. До Встречи было еще немало времени, так что можно не торопится.
Наташа указала Двигуну на высокий стул, а сама принялась суетится, перебегая от одного шкафчика к другому, заглядывая в ящики, перебирала их содержимое и хлопала дверцами.
— Хочу угостить тебя своим коктейлем, — пояснила она, сливая в шейкер содержимое нескольких бутылок.
Взболтав посуду, она не без усилия открыла ее, попробовала, недовольно поморщилась. После секундного раздумья подсыпала какого-то порошка и снова взболтала. Попробовав результат, скривилась совсем и вылила в раковину.
— Забыла рецепт, — сказала она, со вздохом разводя руками. — Крепкая у тебя настойка. У бедной женщины всю память отшибла.
Наташа задумчивопосмотрела на бутылки за прозрачной дверцей шкафа, и с видом студента, догадавшегося до ответа в билете, рванула оттуда ту, этикетка которой показалась ей знакомой. Попутно она снесла локтем три, уже стоящих на столе. Те вдребезги разлетелись по полу, покрывая его смесью из осколков и содержимого. Кухня моментально наполнилась сложной смесью ароматов и жужжанием пробуждающейся уборочной техники.
Самозваная барледи досадливо покосилась на осколки и, осторожно поставив выуженную из шкафа бутылку, потянулась за новыми. Она дернула дверцу, но та не поддавалась. Дернула еще раз. С тем же результатом. Схватилась за соседнюю. Та тоже упорно отказывалась открываться.
— Вот блин… — ругнулась Наташа. — Долбаную автоматику, похоже, заклинило.
Она стала оглядывать пространство в поисках чего-нибудь годного для взлома. Взгляд упал на барный нож. Наташа сгребла его и двинулась к упрямому шкафу, пинком подвигая втягивающего жидкости уборщика и отталкивая гурика, занятого сбором крупных осколков. В шаге от дверцы Двигун мягко придержал ее за локоть.
— Да ну его, коктейль. Это ж, — он показал на шкаф, — все равно синтетика. Да, хорошая, но все-таки… А у нас есть самый натуральный продукт. Еще не пробованный. И, я думаю, очень интересный.
— Да? — Наташа повернулась к нему с интересом во взгляде.
— Да! Настоящая грушовка! Прям один в один как та, что упоминается в знаменитом романе Гашека! Ну там, где Швейк с арестовавшим его полицейским идут от кабака к кабаку.
— Ну да, — потупилась Наташа. — Кажется, припоминаю.
Она позволила отвести себя к столу, той части, где стоял подаренный Двигуном ящик. Из распахнутых дверец была извлечена кривоватая бутылка с уже знакомыми этикетками, заявляющими о лучшей в мире выпивке.
— Можно? — Двигун забрал у Наташи нож, выщелкнул штопор и вонзил его в пробку.
После нескольких глотков зеленовато-желтой жидкости вместо ожидаемого расслабления Наташа почувствовала озорной зуд. Хотелось чего-нибудь сделать. Может быть, не очень хорошее, но смешное, забавное, над чем можно посмеяться. Ну или, хотя бы, удивить чем-то, что-то показать и посмотреть самой.
— Слушай, — она тронула Двигуна за руку. — Чего мы тут сидим? Хочешь искупаться? Или можем покататься на лодке. Тут лодки плавают на воде и под водой.
— Чего? — он пружинисто подскочил. — Конечно хочу! Искупаться-то можно где и когда угодно, а вот на лодке, да еще под водой!
Наташа встала перед гуриком, собирающим осколки.
— Мы хотим прокатится на лодке. Покажи, где она, — распорядилась она.
Тот отложил совок и жестом пригласил следовать за ним.
Когдаони вышли на террасу, лодка уже стояла там. Машина с плоским дном, верхняя часть которой состояла из огромных обзорных окон.
— Ух ты! Какая красавица! — завопил Двигун.
Он подошел вплотную к лобовому окну и заглянул внутрь:
— Надводная и подводная! Отлично придумано!
Подхватив Наташу под локоть, он втянул ее вовнутрь.
Дверь с тихим шипением закрылась. Машина оторвалась от земли и, едва касаясь травы, полетела к морю.
— Как-то глупо на курорте сидеть в герметичном салоне, — заметил Двигун, постучав пальцем по окну. — Вокруг океан, свежий воздух. Давай откроем проемы?
