ее Земля? Судя по тому, что я наблюдаю: живущие там умнее, климат прохладнее, а жизнь безопаснее. Эль временами доверчивая, словно ребенок, и очень любопытная. Все ей надо знать, все исследовать. Наверное, поэтому те люди смогли развить свой мир – из-за тяги к знаниям.
Доверяя суждению Эль, я был рад, что она не сможет вернуться обратно. Здесь она нашла свое место, устроилась, но иногда я видел в ее глазах тоску… Однако чаще – любовь. Повезло, что обстоятельства сложились так и высшие силы сделали такой подарок.
– Зур, а давай вторую половину дома сделаем детской? – предложила Эль, входя на кухню.
– Что это за место? – уточнил я.
– Где живут дети, – пояснила эльфийка, будто это само собой разумеющееся.
– Они живут в одной комнате с родителями.
– Это пока маленькие, а потом их надо будет отселить и выделить игровое пространство. Если детей не занимать, то они займут себя сами. И есть предположение, что нам это не понравится.
Ей – точно. Она никак не могла смириться с тем, что называла естественным отбором. Я догадывался, что ее беспокоит, и разделял эту тревогу, но других реалий не знал.
– Это метод из твоего мира?
– Да, – кивнула Эль, присаживаясь за стол и впиваясь зубками в квашеный огурец.
Интересные и вкусные они, но очень соленые. Мы редко использовали соль, люди ее вообще не брали, она очень дорогая. Себе оставляем немного, а на продажу уходят и вовсе крохи. Сложно добывать. А у моей пары какая-то страсть ко всему соленому.
– К тому же я хочу пригласить к нам пожить Зиру. Она поможет присматривать за ребенком, а бабушка подстрахует. Много кто приходит лечиться, или вызывают на роды, а бабушка подстрахует.
«Бабушкой» довольно часто Эль называла мать моей матери, это слово тоже из ее мира. И относится она к пожилой орчанке как к части семьи. Видимо, там, где Эль раньше жила, другие порядки и родственников привечают ближе, чем у нас. С Зирой я был знаком, она мне нравилась, и против их общения я ничего не имел.
– Хорошо, но Тангу скажу я.
Еще одна загадка. Эль вредничала, могла с вождем и поругаться, но, если тот болел, относилась к нему намного теплее и внимательнее, чем к посторонним.
– Не понимаю я его переживаний. Думает, научу его мать плохому? Это смешно, – фыркнула эльфийка, примериваясь к еще одному огурцу.
– Вождь ведет племя по устоям предков, а ты их ломаешь и перекраиваешь. Он нервничает, так как не знает, как это скажется на нас в итоге. Он еще много тебе позволяет в этом отношении, другие вожди более закоснелые в своих взглядах.
Встретив задумчивый взгляд Эль, я понял, что она не смотрела на это с такой точки зрения. Вот ей новый повод для размышления, может, они с Тангом притерпятся друг к другу. По крайней мере, будут меньше ругаться.
– Заканчивай дела, скоро сядем ужинать. А потом… погуляем? – спросил я.
– Нет, пойдем в купальни, – усмехнулась Эль.
– Вдвоем? – удивился я.
– Ага. Ты же хотел узнать, какие на Земле личные отношения…
Она мне много рассказывала про свой мир. Про кино, театр и многое другое. А еще про близость. После того, как я узнал о том, что есть массаж… я еще день был под впечатлением. Как простые действия могут завести такое желание?
Вероятно, сегодня меня ждет что-то новое. Когда пара так улыбается, это означает… Много чего. Счастливо вздохнув, я начал раскладывать еду по мискам.
Надо больше спрашивать про Землю. И поподробнее.
Глава 25
Эйлинель
– Эйлинель! – снова с криком влетел в лечебницу юный орк. – Там тебя вождь зовет.
Где-то я уже это слышала…
– Что теперь?
– Не знаю, но он злится, – тихо отрапортовал юноша и был таков.
Захотелось зарычать. Последний месяц дождей был самым сильным, с неба лило не переставая. А тут снова нужно отправляться через половину города, дабы посмотреть, что случилось.
– Пойдете? – спросила одна из моих новых помощниц.
После первого нашествия эмигрантов я выбрала трех девочек, которых попросила остаться в племени. С одной выбор был неудачен: она ленива и упряма, но скоро выйдет замуж и перестанет работать со мной. Две другие пока еще выбирают себе кавалеров. И им нравится помогать мне в лечебнице. Вопрос: куда вождь дел остальных? В племени я их не видела.
– Куда деваться… Явно что-то случилось.
Накинув ненавистный плащ, я вышла на улицу и, недовольно хлюпая, направилась к центральной площади. Целый месяц мы с вождем не видели друг друга. Поесть он к нам не приходил и был весь в делах. За это время я не вырастила новых овощей, зато в нашем городе появился дуб.
Скинув плащ еще при входе, я направилась к Тангу, уже готовя речь, но открыла дверь – и застыла на месте. На меня взирали знакомые лица ребят, с которыми я когда-то встретилась в столице.
– Они тоже претендуют на орков нашего племени? – вырвалось у меня.
– На тебя, – хмыкнул Танг. – И лучше тебе разобраться с этим побыстрее, а то Зур оторвет им лапки.
Ребята были все такие же, разве что немного вытянулись. Если раньше их можно было назвать юношами, то сейчас это, пожалуй, уже молодые мужчины. Они сидели по струнке на лавочке и завороженно смотрели на меня и мой округлившийся животик.
Я знала их в своем мужском образе, а сейчас перед ними предстал не человеческий парень, а эльфийская девушка. Зачем они пришли в оркский город? И почему Танг говорит, что они претендуют на меня?
– Они тебя обидели? – спросил Тиз, намекая на мое положение.
– Нет. Я выбрала себе пару здесь, – пояснила сразу. Зур не обрадуется, если его обвинят в насилии. – Как догадались?
– Пару раз ты оговаривалась, пару раз съезжала шапка, – пожал плечами Косой. – Ну мы и присмотрелись поближе. Если знаешь, где искать, догадаться легко.
– Ага… Кто-то еще догадался?
– Мы не заметили. Вряд ли, – ответил Кривой.
Ребята чувствовали себя неудобно и неуверенно.
– Вы зачем приехали? – с улыбкой поинтересовалась я.
– Слышали, есть красивая эльфийка, лекарь у орков. Они ведь тебя и украли. А мы… не можем больше жить в столице. Стража сказала: еще раз поймает – голова с плеч, – тихо ответил Тиз. – А нам понравилось лечить. Без магии, по-честному.
Я вопросительно посмотрела на Танга, но тот ничего не успел ответить: в кабинет вошел Зур. Мой орк мрачно смотрел на новоприбывших, вождь переместился и встал так, чтобы помешать племяннику броситься на моих приятелей. Зря он так, мой муж –
