Леоноре предстояло перенести сильный шок.
– Ну, прежде всего свадьба – это мечта каждой девушки, – начала Джеки.
– Но не ваша?
Джеки готова была ответить Леоноре со всей искренностью.
– Но я всего лишь жалкая песчинка в крайне сложном и огромном мире. Пока мы с вами беседуем, во Франции погибают сотни людей, сражаясь за правительство, которое заботится обо всем народе, а не только о состоятельных и знатных его представителях. В нашей собственной стране идет ожесточенная борьба между понятиями о чести и суровым прагматизмом, она балансирует на грани войны с Англией, не в состоянии взглянуть со стороны на зверства англичан. – Джеки смотрела вниз, на свои скрещенные пальцы. – Принимая во внимание сложную и ненадежную обстановку в мире, бесконечное кровопролитие и жестокость, могу ли я думать только о своем счастье?!
– Я глубоко сочувствую вашим взглядам, – заявила Леонора. – Но они не могут лишить вас права испытывать радость от такого значительного события в вашей жизни!
В этот момент в гостиной появилась коренастая служанка с румяным лицом, которая внесла поднос с чаем и горячими лепешками с медом. Поставив его на стол, она почтительно осведомилась:
– Еще что-нибудь, мэм?
– Нет, спасибо, Дора. Этого вполне достаточно.
Служанка с улыбкой поклонилась и быстро ретировалась.
– Ну что ж, Жаклин, прошу вас, продолжайте свои дерзкие признания, – сказала Леонора, разливая чай. – Уверена, что, помимо таких качеств, как ум и патриотизм, которые можно только пожелать каждому гражданину Америки, вы выкажете еще и такие, которые кажутся предосудительными нашему обществу и осуждаются им.
Джеки приняла приглашение Леоноры.
– Полагаю, у вас достаточное количество слуг? – Дождавшись утвердительного кивка Леоноры, она продолжала: – Так вот, я не согласна с разделением общества на классы. Я глубоко убеждена, что со слугами, как и с женами, нельзя обращаться как с движимым имуществом. Жена – это партнер мужа, а слуги – рабочие, нанятые на службу за оправдывающее их услуги жалованье.
– Жены? – вежливо уточнила Леонора, передавая Джеки чашку с чаем. – Или только слуги?
– Простите?
– Меня интересует, распространяется ли ваше мнение об оплате услуг только на слуг, или вы считаете, что жены тоже должны получать соответствующее жалованье?
Джеки опешила.
– Нет, разумеется, нет! Я хотела сказать...
– А собственно, почему? – спокойно продолжала Леонора, отхлебывая чай. – Если принять во внимание круг обязанностей жены... вести дом, нанимать и увольнять слуг, обучать персонал, рожать и растить детей, делить с мужем постель... – Леонора задумчиво поджала губы. – Дайте подумать... Получается, что она и стюард, и надзиратель, и экономка, и хозяйка, и гувернер, и компаньонка, и супруга. Семь занятий – таким образом, по вашей теории, она должна получать семь жалований. – Она нахмурилась. – Впрочем, вероятно, все-таки не семь. Не думаю, что женщина должна получать деньги за то, что занимается с мужем любовью. Прежде всего это принижает ее до роли проститутки, а во-вторых, поскольку любовь в постели – удовольствие обоюдное, это не может рассматриваться как работа. Итого она должна получать в шесть раз больше, чем квалифицированный и надежный слуга. – Она одобрительно кивнула, отставляя чашку на поднос. – А вы знаете, Жаклин, мне ваша идея пришлась по душе. Нужно будет рассказать о ней Дэну.
Секунду помолчав от растерянности, Джеки рассмеялась:
– Ну, Леонора, думаю, что Дэн прав – мы с вами отлично поладим друг с другом. – Она с шутливой заботой подалась вперед. – Жутко подумать, как наши преданные традициям лидеры отреагировали бы на эти взгляды!
Леонора беспечно пожала плечами:
– Наши лидеры – прежде всего мужчины, а потому их можно извинить за неумение мыслить логически.
– По-моему, меня только что жестоко осудили!
Женщины не заметили, как в комнату вошел Дэн. Он пристально посмотрел на Джеки и на мать, затем усмехнулся:
– Приятно было узнать, что, по мнению моей нареченной и матери, женщины далеко превосходят мужчин в их способности рассуждать.
Дэн отказался от чая и налил себе бренди.
– Не в самой способности, а в степени ее развития, – уточнила Леонора. – Женщины более глубоко рассуждают о вещах, тогда как мужчины только скользят по поверхности. – Леонора с заговорщицким видом подмигнула Джеки: – Это тяжелая ноша, которую вынуждены нести мы, женщины!
Возмущенный Дэн демонстративно поставил стакан.
– Я готов к обеду. – Подойдя к Джеки, он протянул ей руку: – И к перемене темы разговора. Так идем?
Джеки и Леонора засмеялись и, приняв прозрачный намек Дэна, поднялись, в глубине души радуясь первым признакам возникшего между ними доверия.
Через несколько часов на парадном крыльце Гринхиллса Леонора прощалась с веселой и довольной Джеки.
– Мы с вами станем большими друзьями, Жаклин. – Леонора взяла ее руки в свои, высказав мысли, которые Джеки не успела озвучить.
Дэн посмотрел на сияющую Джеки, которая стала спускаться по ступеням, затем обернулся и поцеловал мать в щеку.
– Спасибо, мама, – просто сказал он.
Леонора не стала делать вид, что не понимает его.
– Это тебе спасибо.
– За что?
– За то, что подарил мне дочь.
Дэн с признательностью обнял ее за плечи и поспешил за Джеки.
– В конце недели я приеду в город! – крикнула им вслед Леонора. – Тогда я смогу проследить, как вам сошьют свадебное платье, и в то же время мы займемся рассылкой приглашений.
– Замечательно! – согласилась Джеки.
– До свадьбы осталось всего несколько недель... Да, а вы собираетесь в свадебное путешествие?
Джеки вопросительно посмотрела на Дэна:
– Не знаю, мы еще об этом не думали.
Леонора помолчала, затем решилась высказать свою затаенную надежду.
– В это время года Англия просто восхитительна, – с чувством проговорила она.
– Сейчас мне не время уезжать... по многим причинам, – сдержанно ответил Дэн и отвернулся, старательно скрывая волнение. – В западной Пенсильвании нарастают волнения. Производители виски открыто отказываются платить налоги на спиртное. Эти протесты ширятся, так что ситуация становится весьма опасной. Я могу понадобиться.
– Ты опасаешься жестокого бунта и его безжалостного подавления? – Несмотря на сдержанный тон Дэна, Джеки мгновенно насторожилась.
Дэн сразу вспомнил о разделяющем их недоверии.
– Не знаю, – уклончиво ответил он. – Но лучше на время отложить любые поездки. И знаешь, мама, мы с Джеки все обдумаем и сами решим, где провести свадебное путешествие.
Леонора молча кивнула. Но Джеки заметила решительный огонек в ее глазах и поняла, что предложение ехать в Англию не связано с ее климатом и живописными видами.
