дома.
Но не успевает он подъехать ближе и кликнуть хозяйку или её маленькую дочь, не успевает подумать, что странно не заметить здесь Вилли, который должен был явиться сюда первым, Карсон застывает на месте.
Он, запрокинув голову, глядит на толстый, невероятно длинный бобовый стебель, вокруг которого в выси воронкой расходятся облака, и кажется ему, будто он и правда попал в ночной кошмар.
Мать Жени выходит на крыльцо с видом таким, будто готова сбежать. В руках у неё дорожный мешок с вещами. Видимо, сбежать она и хотела…
— Ой, господин Карсон, а мы тут… Мы, это самое… Ух ты, — тянет она, бросая взгляд на стебель, — надо же, чудеса какие! А я и не видела, — нервный смешок, — когда это случи…
Сон перебивает её:
— Женя там, да?
И мать её, тут же принимаясь реветь в голос, не сдерживается:
— Да! Ах, она там! Наверное, сгинула уже давно.
Глава 41. Свадьба
Женя после этих слов, как по команде, начинает бежать. Но не к великану, а от него. За одну из золотых горок.
Правда, длится это не долго. Она путается в юбке и падает. Лоб ошпаривает болью — стукнулась о гранёный кубок. Лис так вообще шмякается рядом, словно авоська с гречкой.
— Надо сначала познакомиться получше! — заявляет Женя, — безуспешно пытаясь подняться. — Нельзя так сразу!
— А как можно? — будто и не бежал за ней, присаживается рядом великан, вмиг оказавшись перед ней, с интересом её разглядывая.
Отвечает ему арфа:
— Болван! Подарки сначала, романтика, ужин вкусный, ухаживания.
Судя по выражению лица, Боба это озадачивает.
— Зачем? Если и так после свадьбы всё будет. Ещё и детки! Кто не хочет деток?
У Жени едва глаза из орбит не выкатываются. Одной мысли о брачной ночи хватит, чтобы ласты склеить, а он о детях думает…
— Ты хочешь убить свою жену? — всхлипывает она, тормоша Джека и приговаривая шёпотом: «приди же в себя… ты же человек… ну, пожалуйста…».
Но лис снова лишь лижет ей лицо, да виляет хвостом будто пёс.
Боб шумно пыхтит и пальцем чертит что-то в золоте, будто на речном песке.
— Почему убить-то? Кто умирает от детей? Какая-то ты… мрачная! Мне не нравится.
И на этом, будто чтобы сыграть Жене на руку, усилив это впечатление, арфа берёт пару тоскливых аккордов.
В её глазах, потухших из-за Джека, вновь загорается надежда:
— Так, может, правда я тебе какую-нибудь даму навеселе приведу? Ну, весёлую то есть!
— Нет! — он вскакивает и топает ногой, отчего по всей пещере проходится дрожь. — Нет, ты смейся! Веселись. Будь счастлива! Вот, на, — хватает первое попавшееся под руку колье и пытается надеть его Жене на шею. — Красиво, да?
— Отпусти! — краснеет она. — Ты меня задушишь… Разве не понимаешь, что ты слишком большой? Никаких детей не получится! Тебе нужна местная девушка… хочешь помогу найти? Может, ты стесняешься?
— Нет, ты нужна, тебя мне сюда прислали, и это будешь ты! — он оставляет попытки её… украсить? Развеселить? И хватает за руку, чтобы притянуть к алтарю. — Начнём церемонию, арфа, играй!
И та, горестно вздохнув, начинает медленно перебирать струнами.
Женя даже не успевает подхватить на руки лиса. Боже, она застрянет здесь, если позволит этому Бобу затащить себя в омут брака. Что же делать?
— Но мне грустно, — торопиться сказать первое, что в голову приходит. — Надо меня веселить. В игры играть. Давай это… в прятки?
— Сначала свадьба! И увидишь, ты будешь счастлива и тут же развеселишься.
Он останавливается у сверкающей арки, за которой находится алтарь из какого-то белого, полупрозрачного камня и, одной рукой держа Женю, второй начинает шарить в кармане своего… Пиджака? Это очень похоже на чёрный пиджак. И, видимо, Боб ищет кольца.
— Пока придумай, в чём будешь мне клясться, — бросает он Жене. — Такие правила. Но если молчать вздумаешь, я рассержусь. А поженимся мы всё равно. Здесь главное слово за мужчиной!
— А если я откажусь? Голос невесты должен учитываться. Не дам согласие и всё! И поклянусь в том, что никогда не буду твоей, дружок…
— Не-а, — качает головой, — отказаться не можешь. Это не имеет силы, только злит. Вот, — достаёт золотые, тяжёлые кольца. — Нашёл! Они вот силу имеют. Как надену, ты сама уже не снимешь.
Это не игрушки. Жене становится по-настоящему страшно. Кажется, даже страшнее, чем в тот момент, когда она только попала в чужой мир.
Ей нужно вернуться домой! У неё там сестрёнка в детском доме, друзья и вообще вся жизнь…
— Нет, — всхлипывает она, пытаясь вырваться с новой силой. — Нет, отпусти!
Но Боб готовится уже надеть кольцо ей на палец. Кольцо, которое уменьшается до нужного размера, когда приближается к пальчику.
Остаётся лишь миг. Арфа играет всё громче. Музыка будто бы траурная, а не свадебная… Кольцо уже касается кожи…
Но надеть его Боб не успевает, потому что в ладонь его впиваются клыки лиса.
— А ну пуфи дефку! — рычит тот, не разжимая челюстей.
И великан ревёт, принимаясь трясти рукой в попытке сбросить с себя лиса.
— Крыса говорит, говорит и кусается! — невольно отпускает он Женю в этой борьбе.
Она не теряется, в один миг отцепляет от него Джека и пускается наутёк к выходу.
Хоть бы не упасть! Хоть бы не упасть! Хоть бы избавиться от этого… Она думает об этом и… края юбки загораются.
— Вот блин!
— А я? — кричит арфа. — Меня бы бросила здесь?! Откуда… Ты горишь, милочка!
— Чёрт побери, — тявкает Джек, — что здесь вообще происходит?!
На этом великан практически укрывает Женю ладонями, будто ловя бабочку.
— После свадьбы я накажу тебя! — грозится он.
— Не будет никакой свадьбы! Потушись! — она рычит и огромная волна горячего воздуха уничтожает пламя. Но кроме того ещё и откидывает Женю вместе с великаном назад.
Но Боб на удивление проворно поднимается и вновь хватает её.
Только вот на этот раз подвести Женю к алтарю и надеть на палец кольцо ему мешает разъярённый голос чужака:
— Руки прочь от моей невесты, тварь!
В дверях стоит Карсон. С его чёрных растрепавшихся волос стекают капли дождевой воды. Одежда слегка изорвана, будто у боба были иглы, за которые он цеплялся, поднимаясь наверх.
К слову, Карсон был очень рад тому, что подняться удалось так быстро, ведь он попал как раз на период ещё большего роста стебля. А, значит, его подняло почти до половины пути без особых усилий с его стороны.
Бледный от усталости, волнения и злости, со сверкающими глазами, он держит в руках кинжал. А за спиной
