гримаса её злости словно отпечаталась у меня на сетчатке.
Крылатые. Она мне напомнила мою няню Тин в моменты, когда она особенно яростно ненавидела драконов. Пришлось даже тряхнуть головой и проморгаться, чтобы избавится от навязчивой и жутковатой картинки из моего детства.
– Как драконы это делали, – продолжал тем временем магистр, – мы сегодня, к сожалению, не представляем. Боюсь, и сами драконы утратили это знание, как и возможность менять ипостась. Но это одна из причин, почему так важно, чтобы они снова могли обращаться.
***
Конечно, я знакома с официальной версией тех катастрофических событий, по которой мир спасли драконы. И даже о том, что без них он может погибнуть в будущем, я тоже где-то слышала. Но прежде, при упоминании спасителей-драконов я понимающе хмыкала, мол говорите-говорите, я-то понимаю, что это ложь.
Даже читая письмо Корвина, который тоже писал об этом, я кривилась в скептической ухмылке, не допуская его слова в своё ви́дение мира, не позволяя себе усомниться по-настоящему в том, во что верила с детства.
Но сегодня рассказ преподавателя, такого человечного и простого, что-то перевернул в моей душе. Фундаментальный базис моей веры был разбит вдребезги.
Земля действительно пылала – без участия драконов. Как и первая Земля, которую люди покинули полторы тысячи лет назад, наша планета могла погибнуть. Даже без применения оружия людьми, хотя…
Кто же скажет теперь, что за фактор спровоцировал катастрофический скачок расширения планеты.
Отзвучал звонок, но я всё сидела, глядя перед собой. Мой мир шатался и крошился осколками.
– Касси? – выдернула меня из задумчивости Танита. Я подняла взгляд на подругу, и она слегка отшатнулась, глядя мне в глаза, но, моргнув, озабоченно уточнила: – Ты не больна?
– М-м, – я покачала головой.
– Я, наверное, всё-таки должна тебе признаться.
– М-м? – моя говорливость зашкаливала.
– Это касается Реми. Я шла из деканата, когда натолкнулась на него и…
Она запнулась, а я нахмурилась, мучительно пытаясь сообразить, к чему она ведёт.
– Он… Ты только не расстраивайся, но он целовался с другой девчонкой, – выдавила Танита с таким несчастным видом, словно это я должна её пожалеть. – Я её не знаю, она со второго курса. Но не переживай, не думаю, что там что-то серьёзное.
– Да, – я наконец вернулась в сегодняшний день. – Он ветреный парень, я знаю. Он… – я задумалась, чем бы утешить печальную девочку.
Интрижка Реми на фоне полученного сегодня знания казалась мелкой, нестоящей внимания ерундой.
– Он остепенится, – Тани подобрала нужное слово сама.
И произнесла она его так серьёзно и уверенно, как… как, наверное, сказала бы няня Тин, поучая меня жизни. У Таниты даже выражение лица стало так похоже на мину чопорной старушки, что я прыснула в кулак.
– Остепенится, – я кивнула, давя неожиданный смех. – Идём на стадион, сейчас у нас физра.
– Ага, – подруга расслабилась. – Идём, я перекушу по дороге как раз. Спасибо, Касс.
Я кивнула и с улыбкой посмотрела на злосчастный холодный и мятый пирожок, который девочка поднесла ко рту.
– Ой, – вдруг спохватилась она. – На физре же бегать заставят. На сытый желудок. Не-ет. Я потом съем, – и она быстро запаковала снедь в пару тетрадных листов и сунула в свою сумку.
Отчего-то я почти не сомневалась, что по дороге она его просто выбросит, и смеяться меня тянуло ещё сильнее.
Интересно, а Реми тоже побоится перегружать моим пирожком желудок перед бегом?
***
Зато я так зарядилась эмоциями за сегодняшний день, вот прямо с утра начиная, что на пробежке бодрым оленем неслась впереди всей группы. Потом увлечённо играла в паньершар*, обыгрывая ребят, в том числе, Реми.
* паньершар – сложно сказать, отчего баскетбол добрался в эти времена под таким искажённым названием (паньер (фр.)- корзина).
Реми, кстати, пока я на пробежке внимала шуму ветра в ушах, пошушукался с Танитой и осмелел. Подошёл, за заботу поблагодарил, обещал на завтра составить ответ-отчёт по моим вопросам. Прелесть.
Интересно, что ему Тани сказала? Угораздило же прослушать.
Я в очередной раз ушла от атаки Реми и, набивая мяч об гладкую поверхность пола, оглянулась. Я была на нашей стороне площадки, корзина соперников оказалась беззащитна – все они устремились поближе к мячу, окружая меня.
Реми, довольно ухмыляясь, расставил руки и белобрысым медведем пёр в лоб.
– Вот так, значит? Ладушки, – я показала ему зубы в широкой улыбке и швырнула мяч, почти отвесно вверх, немного подкрутив. Или много.
– О-о! – протянули ребята, щурясь вслед улетевшему ввысь рыжему мячу. Вот он пересёкся с солнцем: – Высоко-о как!
Очень высоко. И абсолютно мимо.
И кто бы мог поверить, – я лично совершенно ошалела – но, едва начав терять высоту, мячик сменил курс и по крутой дуге влетел прямёхонько в корзину!
– Йу-ху! Эпик виктори!!! – вскричала я, и народ поддержал меня громогласными аплодисментами. – Е-е-е!
Адреналинчик и серотонинчик шальным коктейлем гуляли по крови. Я запрыгнула на обалдевшего Реми – и чихать, что он играл против! – повалила его на пол, хохоча как сумасшедшая. Встрепала светлые кудряхи, но не успела подняться, как обниматься полезли все ребята. Вскоре на площадке образовалась куча мала, из которой мне удалось выскользнуть почти без потерь. Парочка царапин не в счёт.
Я огляделась. Большинство девчонок предпочли более спокойное занятие, вроде «подтягивания пресса и качания на турнике», и мой эпичный бросок не оценили, а то и вовсе не видели. Тани, кстати, где-то не было. О-хо-хо. Даже она всё пропустила. Но ладно уж.
Я подошла к преподавателю, пока народ на площадке не расцепился, и отпросилась пораньше.
– Да, конечно, Сандрочка. Можете идти. Вряд ли ваши соперники успеют отыграться, особенно после такого броска.
Я зарделась и, быстренько подхватив сумку и вещи, ускакала в душевую.
Глава 22. Яд течет по венам
Через двадцать минут, когда только раздался звонок с занятия, я, свежая и всё ещё неприлично бодрая, открывала дверь библиотеки.
– Добрый день, сэр Арчи. Мне то же, что и вчера, пожалуйста. И по Пришествию что-нибудь старое и без цензуры, если найдётся.
Пришествием называется у нас вторжение драконов в мир. «Пришествие спасителей» – если совсем романтично.
– Найдётся, дитя, для тебя найдётся, – прокряхтел седой библиотекарь.
Я хмыкнула. Допуск от Асурра Дальсаррха – великая сила. Подумала
