Карли кивнула.
- Хотела бы я, чтоб так и было. Я имею ввиду, что понимаю, почему алхимики делают то, что они делают, но иногда… Я не знаю. Они как будто остаются за бортом и упускают из виду общую картину. Теперь Зои все время с папой, и я боюсь, как бы это не изменило ее в худшую сторону. Последние несколько раз, что я разговаривала с Сидни, Сидни казалась более открытой, не такой категоричной в своих взглядах на жизнь. Я не знаю, что с ней происходило, но она стала спокойнее. Счастливее. Я надеялась, что она могла бы сделать тоже самое для Зои, но теперь это уже невозможно в ближайшее время.
Я не знаю, что с ней происходило, но она стала спокойнее. Счастливее. Слова Карли вызвали бурю эмоций, и я не смог подобрать подходящего ответа. Эти изменения, что она наблюдала, произошли благодаря мне.
Карли считала, что эти изменения к лучшему, и мне самому нравилось думать так – но нельзя было отрицать также и то, что изо всего этого Сидни и попала в беду.
Когда мы подошли к двери, готовые к следующему этапу нашей поездки, Маркус сделал паузу и посмотрел на нее. Я подумал, что он собирается пригласить ее на свидание, но вместо этого он сказал:
- Откуда эта цитата о Цицероне? Я изучал римскую историю, но никогда ничего не слышал о его жизненной философии.
Карли усмехнулась.
- Цицерон – это кот нашей семьи. Сидни и я шутили над тем, что он понял, что самое важное в жизни - еда, сон и умывание. Ей было так грустно, что она не пошла в колледж вместе со мной, и я пыталась утешить её, говоря, что больше того, чему меня научил Цицерон, мне все равно не узнать. Когда вы упомянули это, я поняла, что вам можно доверять.
Может быть, это семейное сходство снова проявилось в улыбке Карли, или на меня так подействовало упоминание о тоске Сидни по колледжу, но я почувствовал как выходит на поверхность такая сильная боль, которую я никогда не испытывал ранее. Перестань, сказал я себе. Будешь жалеть Сидни позже. А сейчас сосредоточься на том, чтобы вернуть ее обратно.
Маркус пожал руку Карли, держа ее немного дольше, чем он, вероятно, должен был.
-Еще раз спасибо за твою помощь, - сказал он. - Мы не подведем тебя.
-Забудьте обо мне, - сказала она. - Не подведите Сидни.
Глава 13
Сидни
Зачаровывать соль на перевоспитании было, конечно, намного труднее, чем ежели я была свободной, но это не было невозможным.
Это был медленный и неуклюжий процесс.Необходимо было вынести контрабандой немного соли, а затем, подгадав удачный момент, соединить соль с другими элементами. Самым трудным в этом деле оказалось, это достать шприцы.
- Кто-нибудь да бывает в комнате чистки почти каждый день, или по распорядку или из-за того, что они сделали что-то, - сказала Эмма, когда я сказала ей, что это будет самой проблематичной частью нашего плана. - Мы просто пустим слух, что любой, кто будет там, должен выкрасть шприц и отдать его тебе.
- Даже если они смогут успешно сделать это, наблюдатели в конечном счете заметят большую недостачу шприцов, -заметила я. - И я не уверена, что хочу делиться этим планом со всеми.
Она покачала головой.
- Я не тупая. Я знаю, кому мы можем доверится, те, кто ценит свой разум, не сдадут тебя. Они все знают, что что-то пошло не так с Джона. Они сохранят это в секрете за шанс получить такую же защиту для себя .
- Это на самом деле не заставляет меня чувствовать себя лучше, - проворчала я. Моя последняя встреча с Адрианом наполнила меня оптимизмом на будущее, но это не значит, что настоящие не было чревато осложнениями.
- И это не решит вопрос со шприцем, - мы почти дошли до нашего следующего кабинета, что означало, что наш разговор подходил к концу.
- Очень плохо, что мы не можем использовать их несколько раз, - размышляла она.
Я состроила гримасу.
- Тьфу. Это порядком негигиенично, при этом не имея доступа к дистиллированной воде.
- Нам нужен свободный доступ к закрытым запасам на этаже, где проводится чистка. Ты знаешь, где они находятся .
- Да,- сказала я, в знак согласия. - Просто есть небольшая проблемка: мне ни за что не добраться до них снова из-за мощной охраны.
Она пожала плечами и улыбнулась.
- Я говорила, что это не был идеальный план.
- Это не план.
Но это предложение не выходило у меня из головы, и в тот же день я начала прикидывать, какие из знаний, полученных мною в качестве алхимика, могут пригодиться. Разговор с Адрианом поднял мое настроение, поскольку я знала, что скоро он поговорит с Карли.
В отчаянии я надеялась, что Кит подскажет им хоть какую-то версию о том, где я была. Хотя я не знала точно, как они освободят меня отсюда, но я уже представила себе, как освободятся все остальные со мной. Если бы я могла отправить их в мир, свободный от контроля над разумом, то это стало бы заданием, которое я бы выполнила.
Я прокрутила слова Эммы в своей голове, пытаясь решить эту путаницу. Что мне действительно было необходимо, так это свободный доступ к этажу с закрытыми запасами, что Шеридан и заставила меня организовать.
Чтобы добраться до них, я должна была передвигаться незаметно, это было нелегко, но тем не менее проще, чем хотя бы просто выйти из моей комнаты. Ночные замки были огромной проблемой. Хотя Эмма и пара других весь день смотрели на меня с нетерпением, по-настоящему тревожила меня необходимость затронуть эту тему с Дунканом на уроке искусства.
Он никогда не говорил подробно о своем прошлом, но я выяснила некоторые вещи, которые были важны для него. Главное -это таинственная Шанталь, и как известно до приезда сюда он время от времени рисовал.
Единственное, что он никогда не упоминал это то , что он разбирается в механических устройствах.
Кто-то должен был ежедневно решать проблемы с мольбертами, и Дункан всегда вызывался их регулировать.
Я даже видела, как он помогал нашим преподавателям, как, например, в тот раз, когда проектор Харрисона перестал работать.
- Ты знаешь, как работают замки на наших межкомнатных дверях? – спросила я в тот день. Натюрморт был уже закончен, хотя Дункан уверял меня, что это задание могло вернуть мне утраченные позиции.
Теперь мы перешли к весьма трудоемкой ручной лепке глиняной посуды.
- Они их блокируют, - прямо ответил он. – Не дают дверям открыться.
Я пастаралась не закатить глаза.
- Да я знаю это. Я имею ввиду, ты не знаешь как…
- Да, да, я знаю, что ты имела в виду, - перебил он. – И это не то, о чем тебе следует беспокоиться. Твоя игра становится очень опасной.
Я оглянулась, но никто не подслушивал, о чем мы говорили, пока работали за нашим столом.
