– А его отец не станет возражать? – усомнился Брент.
– Это уже моя забота, но прежде мне надо заручиться вашей поддержкой. Ведь большинство мужчин весьма неохотно берет на себя обузу в виде чужих детей. Но вы должны понять: мы со Стиви так близки, что я никогда не брошу его.
– Коль скоро у его отца не будет возражений, я с радостью стану заботиться о вашем племяннике, – пообещал Брент.
– Вы истинный принц! – воскликнула Андреа, приподнимаясь на цыпочки и чмокая жениха в щеку.
– Я просто сгораю от желания сообщить радостную новость своим родным, – сказал Брент, обдавая ее золотистым сиянием своих тигриных глаз. – Они все будут счастливы поскорее познакомиться с вами.
– К сожалению, я-то не так уж похожа на принцессу из сказки, – со вздохом посетовала Андреа.
– Не беспокойтесь! – рассмеялся Брент. – Они полюбят вас уже за то, что я наконец согласился обзавестись семьей. И к тому же знакомство состоится, похоже, не так скоро, как я бы того хотел. Ведь вы так непреклонны в своем решении вначале вернуться в Вашингтон. Да и мне не мешает отправиться в Нью-Йорк и устроить дела в фирме. Я не сомневаюсь, что папа предоставит мне достаточно свободного времени, и я смогу приезжать в Вашингтон так часто, как только это возможно, пока мы не поженимся. И я не удивлюсь, если они не преминут поехать вместе со мной, чтобы воочию увидеть очаровавшую меня особу.
Тем же вечером во время обеда они отпраздновали помолвку, выпив по этому случаю чудесного шампанского. Все члены их дружеского круга были рады такому повороту событий. Но вот Ширли Каннингем была ужасно разочарована и едва нашла в себе силы, чтобы достаточно вежливо извиниться перед обществом, прежде чем удалиться на поиски других возможных желающих быть пойманными в ее сети.
За обедом Андреа пришлось пережить весьма неприятный момент, когда Брент извлек из кармана пиджака ее воровские щипчики и протянул ей, сказав:
– Это выпало из вашей сумочки, когда мы налетели на кроны деревьев.
– Благодарю вас, – с усилием произнесла Андреа, едва найдя в себе храбрость, чтобы протянуть за ними дрожащую руку. В горле у нее пересохло, и вся она трепетала от тревожных мыслей. Знает ли Брент, что это такое? Не хочет ли испытать ее, подстроив ей ловушку?
– Не могу не заметить, что вид у них довольно странный, – продолжал Брент. – Я уверен, что ни моя мать, ни сестра никогда такими не пользуются. Эти щипцы больше похожи на проволочные кусачки.
– Нет, они предназначены для того, чтобы распарывать швы и срезать пуговицы с одежды, – соврала Андреа, поспешно пряча их в сумочку, пока кто-то еще из женщин не обратил внимание на их необычный вид. – А кроме того, они весьма полезны тогда, когда необходимо отделаться от нежелательных визитеров, – попыталась она с помощью шутки поменять тему беседы.
Попытка оказалась успешной, и все в который раз принялись обсуждать происшествие, обрушившееся на них нынешним утром. Через некоторое время, сославшись на это, Андреа сочла возможным прикинуться совершенно обессилевшей.
– Мне ужасно неловко, Брент, – сказала она, якобы пытаясь подавить зевок, – я не знаю толком, в чем дело, но чувствую, что глаза у меня слипаются, и я не в состоянии больше вести беседу.
– Скорее всего, это результат приключений, пережитых сегодня утром, – сочувственно произнес он. – К тому же вас мог утомить сам по себе целый день, проведенный на свежем воздухе. Как бы то ни было, вам необходимо отправиться в постель прежде, чем вы заснете прямо здесь, за столом.
– А вы не обидетесь? – засомневалась она. – Ведь как-никак мы празднуем сегодня помолвку – не говоря уж о победе над Дуганом Макдональдом. Меньше всего на свете я бы хотела испортить вам вечер.
– У нас впереди многие годы, чтобы исправить это. А на сегодня хватит впечатлений, пора в постель, отдыхать, чтобы наши последние дни в Филадельфии мы смогли бы провести не хуже, чем первые.
– А чем займетесь вы, если я сейчас отправлюсь в постель? – осведомилась она.
– Опасаетесь, что я поспешу пригласить на танец вдову Каннингем? – с ухмылкой поддразнил Брент.
– Я думаю, вы уже хорошо познакомились с моими ку… щипцами для пуговиц? – сердито предупредила она.
– Ох, нет, только не это! – в шутливом ужасе взмахнул руками Брент. – Я всего лишь хотел принять приглашение Харри Эндрюса сыграть в карты с его приятелями. Правда, я уже отказался перед обедом, но, думаю, они еще не успели найти мне замену.
– Прелестно, – наградила она его обворожительной улыбкой, но не преминула добавить: – Я вовсе не хотела бы оставлять вас в одиночестве, но в то же время мне было бы неприятно, если бы вы пустились на поиски приключений, словно беспечный холостяк. Ведь отныне вы, Брент Синклер, помолвлены, причем по собственному почину, и вам не к лицу образ легкомысленного повесы. – Она кокетливо опустила ресницы и, искоса взглянув на него, поинтересовалась:
– Наверное, вы теперь жалеете о своем поступке?
– Ужасно, – отвечал он, целуя ей руку. – Ведь теперь я стал счастливейшим человеком в мире.
Однако уже через пару часов у Брента появилась серьезная причина усомниться в этом. Во время очередной паузы, когда Брент был сдающим и бесцельно смотрел в окно, ожидая своей очереди играть, он заметил женскую фигуру, торопливо проскользнувшую со стороны «Джерард-Хауза» к отелю «Континенталь». Хотя женщина прошла довольно далеко и была с головы до ног закутана в черное, Брент успел уловить, как в свете уличного фонаря блеснула платиновая прядь. Он напряг зрение, стараясь рассмотреть черты лица. Несомненно, этого не могло быть – этого не должно быть, – чтобы незнакомка так походила на Андреа!
Андреа, стоявшая на перекрестке в ожидании, пока проедет загородившая ей путь карета, вдруг почувствовала, что кто-то пристально смотрит на нее. Подняв глаза, она заметила мужской силуэт в окне отеля «Континенталь», куда возвращалась после очередной воровской вылазки. Человек пристально разглядывал именно ее, Андреа. Вот он слегка повернул лицо, и на него упало чуть-чуть больше света. Андреа чуть не вскрикнула. Этим мужчиной оказался Брент! И он, кажется, узнал ее!
Душа у девушки ушла в пятки. Нет, не может быть, чтобы он разглядел ее на таком расстоянии. Но с другой стороны – ведь она узнала его. Равным образом он мог сделать то же. Она заметила, как Брент удалился от окна, явно в ужасной спешке. О Боже! Ну что же ей теперь делать?!
Подстегиваемая страхом, Андреа ринулась вперед через оживленную улицу, едва успевая уворачиваться от многочисленных экипажей. Если к ней по-прежнему благосклонна ее воровская звезда, Брент может воспользоваться главной лестницей или же лифтом, оставляя для нее свободным черный ход. Если она только успеет. Если ни один из пинкертоновских ищеек не перехватит ее. Если она опередит Брента.
