– Как ты себя чувствуешь?
– Как-как, – сварливо отозвалась Ольга, со стоном переворачиваясь на бок. – Так, как и положено хрупкой девушке, которую банда козлов накачала наркотиками, а потом пинала на протяжении шести часов. Хорошо хоть только пинала… Или? – она испуганно вскинулась, но была немедленно успокоена коротким жестом Рау.
– Не волнуйся, никакого 'или'. На тебе нет отпечатков чужих аур, которые непременно в этом случае бы появились… Да и к тому же, не забывай, ты магиана холода… Так что никакое 'или' без твоего желания, нынче невозможно. Под наркотиками ты была, или нет… Вечная Зима не позволяет ТАК обижать своих адепток. Так что можешь быть спокойна. Лечись, и не нервничай.
– А что касается 'безнаказанно пинать' – улыбнулась София, – то большая часть захвативших тебя уже мертвы. А если хочется отомстить, то тут твой брат мне подарочек один сделал… Как только сможешь ходить, его ребра – к твоим услугам.
– Какие вы добрые… – улыбнулась Ольга.
Рау с Софией переглянулись и совершенно синхронно на их лица выползла широкая, радостная улыбка.
– Добрые… Как это мило, – пробормотала девушка.
– Ага… – Рад, что ты так считаешь, сестренка, – добавил альфар. – Мы, темные, любим делать подобные подарки… И я очень рад, что этот дар тебе по душе.
Глава 9 Приказано: отдыхать.
Сидя за столом, Квашенников внимательно просматривал лежащие перед ним бумаги. Подавляющее большинство из них, быи датированы прошлым годом, и содержали угрозы, просьбы, требования, обращения и обвинения далеко не самых малозначащих в России лиц. В отдельной папке были собраны мнения аналитиков, экспертов-психологов, наиболее известных на тот момент экстрасенсов и папки с личными делами. Первые строчки, в самом верху папок, были совершенно одинаковыми и относились к безликому и угрожающему штампу: Совершенно секретно. Особой государственной важности.
А вот дальше шли названия дел, которые могли бы вызвать шок у любого не посвященного в тонкости работы тринадцатого отдела чиновника: 'Алена. Клерик-наемница'. 'Дмитрий – шаман'. 'Александр – асассин' и другие. Папок было много. Но задумчивость Квашенникова, была вызвана не ими.
Прямо перед ним лежала пара листов бумаги, один из которых написанный неровным и отрывистым, полудетским почерком Софии, был перечитан уже по третьему разу. Внимание Квашенникова было приковано к этому листку, несмотря на то, что помнил он его уже почти наизусть.
Приковано, может быть потому, что изложенная там информация практически идеально совпадала с выводами наиболее серьезных и умелых аналитиков ФСБ, а может и по той причине, что ему крайне не хотелось смотреть на другой лист, содержащий просьбу одного весьма известного и могущественного олигарха, поверх которой, рукой правящего 'гаранта конституции' было выведено: 'Разобраться и доложить'.
Интуиция опытного оперативника, буквально вопила, предостерегая его, но увы, игнорировать подпись президента на лежащем перед ним листке бумаги было невозможно. А специалист, хоть чуть-чуть разбирающийся в мистической кухне, и могущий помочь в разрешении проблемы у него был только один.
С тяжелым вздохом, Квашенников придвинул к себе рапорт-доклад Софии Владимировны Давыдовой, и преодолевая сильнейшее внутреннее сопротивление написал на полях: 'К исполнению. Выделить максимально возможное прикрытие. В техсредствах и финансировании – не ограничивать', после чего расписался и вызвал курьера.
***
– Ангард! – воскликнул Рау, отхлебывая из чашки слегка теплый кофе. Несмотря на значительное время, проведенное альфаром среди людей, горячую пищу и напитки он не признавал принципиально, объясняя, что не желает портить себе желудок и обоняние. Чашку он держал в левой руке, приглашающее помахивая в правой коротким боккеном.
Тяжело поднявшись с пола, и держась рукой за только что пострадавшее место пониже поясницы, София встала в стойку напротив ушастого извращенца.
Почему извращенца, спросите вы? Да потому что с теми местами, по которым ей перепадало во время тренировок у этого чокнутого, нормальнее мужчины предпочитают обращаться куда нежнее! Но на все её недоуменные вопросы и возмущения, альфар лишь недоуменно пожимал плечами, говоря что он не виноват в том, что именно там у Софии располагается самые натренированные и большие мышцы и, следовательно, именно туда можно бить, не опасаясь 'чересчур болезненной реакции'. После чего предлагал поменьше проводить время у компьютера и побольше заниматься физическими упражнениями, – авось и другие мышцы натренируются…
– Куда уж больше-то, – вздохнула про себя девушка, становясь в позицию 'заснеженного озера'. И без того неплохо тренированная, после того как она настояла на обучении фехтованию у этого садиста, София сама себе казалась непобедимым сгустком молниеносных реакций, стальных мышц и непреклонной воли…
Закончив 'накрутку' она сделала первый осторожный выпад. Спустя еще полминуты, её боккен уже летел в одну сторону, она – в другую, а задница болезненно ныла от очередного соприкосновения с чересчур твердым деревом тренировочного меча в руках остроухого наставника.
– Жаль, что он не соглашается заменить боккены на синай… – грустно размышляла девушка, приземляясь на татами в позицию раздавленной лягушки.
– Ну, должен заметить, некоторый прогресс уже имеется, – флегматично заметил Рау, допивая свое кофе и ставя чашку на подоконник. – Почти тридцать секунд до полета… правда схватка проходила в замедленном темпе, но против трех секунд с которых все начиналось… Неплохо, неплохо, прогресс виден… Еще лет пятьдесят занятий, и у тебя будет неплохой шанс справиться с молодым и глупым рыцаренком из Псов Света… Разумеется, если он будет предварительно разоружен и крепко связан, – добавил эльф, заметив как разгорелись её глаза.
– Но почему? – не выдержала девушка. – Почему так?!!! Ты меня учишь уже два месяца, и никакого просвета!
– Я сразу говорил, зря ты это затеяла, – мягко ответил альфар. – Ты человек. Искусство боя во многом завязано на физиологию. У тебя просто не хватает скорости, даже для выполнения простейших приемов.
– А как же Ольга? – От возмущения девушка даже села, поморщилась от боли в нижней части туловища, но продолжала. – Почему она может, а я нет? Она такой же человек, как и я, но почему-то, прежде чем ты поставишь 'своей любимой сестренке' очередной синяк на мягкое место, ей удается держаться более сорока секунд! Пару раз даже минуту простояла. И это притом, что в отличие от меня она никогда в жизни не занималась фехтованием! Да и с тобой она тренируется не постоянно, а от случая к случаю…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
