Джори, которая ухаживала за дядей, спустилась вниз. Она внимательно вглядывалась в лицо Роберта, пытаясь понять, принял ли он решение.
– Я не могу задерживаться. Джори, ты меня не проводишь?
Джори мужественно проглотила свои страхи и радостно улыбнулась. В конюшне она сказала Брюсу, что Линкс собирается возвращаться в Англию. С замиранием сердца она ждала слов Роберта, что он не может без нее жить и просит остаться с ним.
Роберт обнял ее, прижал к себе и некоторое время стоял так, потом полез в карман камзола, вынул конверт и попросил:
– Передай, пожалуйста, это письмо Элизабет. Оно от ее отца.
«Он сделал свой выбор. Предал меня. Не ради другой женщины, ради Шотландии».
– Поезжай с Богом, Роберт.
Джори вернулась в замок со спокойным лицом, отыскала Элизабет в обществе Джейн и тут же отдала девушке письмо.
Элизабет, прочитав письмо, пришла в экстаз.
– Мой отец неделю гостит у Брюсов в Лохмабене, он хочет, чтобы я тоже туда приехала – Ее щеки порозовели. – О, мне же нужно новое платье, – вздохнув, добавила она.
– И не одно, – уверенно произнесла Джори. – Не забудь, что Роберт Брюс – самый завидный жених Шотландии.
Элизабет убежала отдать распоряжения своим швеям, а Джейн взволнованно посмотрела на Джори:
– Ты так благородна и бескорыстна. У меня бы не хватило мужества на такое. – Глупости. Мужеству я училась на твоем примере. Через неделю после отъезда в Лохмабен Элизабет де Бург прислала Марджори письмо с волнующими новостями.
«Граф Каррик просил у отца моей руки. В полночь состоялась церемония венчания. Мы с Робертом Брюсом произнесли брачные обеты. Завтра я вместе с отцом возвращаюсь на короткое время в Ирландию. Я безмерно счастлива и не могу высказать, как благодарна Вам за Вашу искреннюю дружбу.
Элизабет, графиня Каррик».
Джори сумела сохранить внешнюю невозмутимость, даже когда за обедом сообщала эту новость Джейн и Линксу. Так же спокойно и приветливо она пожелала им спокойной ночи. Но, оказавшись в уединении в своих покоях, Джори бросилась на кровать, и шлюзы открылись, подушки вымокли от слез по несбывшемуся.
Переезд де Вареннов из Дамфриса в Англию был очень значительным предприятием, и планировался он в несколько приемов. Когда Джон достаточно поправился, он первым уехал вместе со своими людьми. Через несколько дней в долгий путь пустилась валлийская пехота, а на следующее утро Линкс отозвал свою сестру в сторону.
– Джейн снова ждет ребенка, поэтому я считаю, что лучше всего ей и нашему сыну путешествовать морем. Я посажу их на корабль в Солуэй-Ферт, и он доставит их в Честер. Я прекрасно знаю, что ты в состоянии ехать верхом и не отставать от моих рыцарей, но мне хочется, чтобы ты ехала с ними и присматривала за Джейн.
– Джейн рассказала мне об этой чудесной новости, я имею в виду ребенка. Ты прав. На корабле будет спокойнее. Не тревожься о Джейн. Я – отличный моряк и позабочусь о ней.
На следующий день, когда Линкс руководил погрузкой багажа, который Джейн и Джори брали с собой в Англию, во двор Дамфриса бешеным аллюром влетел Роберт Брюс в сопровождении двух всадников. Линкс увидел, какое серое у него лицо, как он взволнован, и сразу понял: случилась беда.
– Что произошло?
– Мы с Комином заключили пакт. Эта свинья предала меня – он передал подписанный договор Эдуарду. Мы захватили его посланца с компрометирующими документами.
– Этот идиот решил покончить с собой, раз он посмел тебя предать.
– Его желание исполнилось. Я только что всадил в него кинжал. У алтаря во францисканском монастыре, где у нас была тайная встреча. Я скачу в Скон короноваться. Другого выхода нет, иначе меня арестуют за измену.
– Ты убил его в святом месте. Тебе требуется абсолюция – церковное освобождение от наказания.
– Клирики на моей стороне. Обо мне не беспокойся. Подумай о собственной безопасности. Уезжай из Шотландии сегодня же.
Глава 18
Не успел корабль выйти из залива Солуэй-Ферт, как Джори уже стояла у парапета. Ее мучила невыносимая тошнота. Джейн мягко обняла ее, проводила в каюту и уложила в постель.
– Это я должна приглядывать за тобой.
– Сейчас я дам тебе отвар, и тебе станет хорошо.
– Джейн, я поражена, что тебя совсем не укачивает. Ты уверена, что снова беременна?
– Конечно. Месячные прекратились, груди налились. Я без конца бегаю пописать. – Джейн заметила, как на лице Джори появилось странное, сосредоточенное выражение, пока она слушала это перечисление симптомов. – Ты думаешь, что можешь быть… – прошептала Джейн.
– У меня есть причины надеяться, – так же шепотом отвечала Джори.
– О, дорогая! Линкс все же прав. Ты очень упряма.
– Не смей ему говорить! Я хочу как можно дольше хранить этот секрет. Чем позже брат начнет разглагольствовать на эту тему и бушевать, тем лучше.
– Сейчас я дам тебе отвар, и постарайся уснуть, – уговаривала ее Джейн. – Я скоро приду посмотреть, как у тебя дела.
Джори лежала на корабельной койке, боролась с приступами тошноты и пыталась разобраться в собственных противоречивых мыслях.
Неужели она беременна? Столько лет она мечтала о ребенке. Мечтала заполнить пустоту в своей жизни, но все было тщетно. На мгновение ей показалось, что ребенок от Роберта Брюса – это воплощение всех ее грез. Потом реальность вступила в свои права, и Джори осознала, что ее ждет кошмар. Ей вспомнились слова Линкса во время крещения его сына: «И не мечтай о его ребенке. Скандал будет ужасный, он разрушит твою жизнь и принесет позор де Вареннам». Мысль о реакции Линкса наполнила душу Джори страхом, а ужасные последствия ее положения открылись во всей своей полноте.
Джейн приоткрыла дверь и заглянула внутрь.
– О, Джори, ты выглядишь куда лучше! Отвар помог? Уже не тошнит?
– Да, благодарю, все прошло.
На лице Джейн появилось такое облегчение, что Джори рассмеялась и быстро сменила тему.
Дамы благополучно прибыли в Честер, а через несколько дней Линкс и его люди, гарцуя, въехали во двор замка.
Линкс объявил, что хочет венчаться с Джейн в великолепном честерском соборе.
– Я хочу, чтобы мы заключили брак на английской земле, а более всего прочего я желаю сам дать тебе эти торжественные обеты.
И вот Марджори сидела на передней скамье честерского собора и вдруг испытала острый приступ паники.
В сотый раз Джори мысленно перебирала те немногие возможности, которые были у женщины в ее положении. Незамужняя мать может избавиться от ребенка или родить тайно и заплатить другой за его воспитание. Джори сразу знала, что не сделает ничего подобного, а потому потихоньку склонялась к третьему решению: можно пойти на риск, нарушить условности и бросить вызов обществу.
