она продолжила. — Мой отец — Эдвард, старший брат Генри. У меня был еще один брат Ричард, но он, к сожалению, умер в три года. Я его даже не знала. — Она изящно доела последнюю ложку супа. Свет свечи очень красиво падал на ее шею, казалось, нежная кожа светится. Такое небесное зрелище заставило Кита испытать легкое головокружение.
— А у вас есть семья? — спросила она.
— Ну, я полагаю, Козимо можно считать моей семьей.
— Что вы имеете в виду? Либо он ваш дед, как вы утверждаете, либо нет. Какие тут могут быть еще полагания?
— Конечно, мы родственники, — заверил ее Кит. — Тут никаких сомнений. Но, строго говоря, он мне не дед.
— Как это? — Ложка леди Фейт замерла в воздухе. — А кто же он тогда, скажите на милость?
— Он мой прадед. — Наткнувшись на недоверчивый взгляд, он поспешил добавить: — Понимаю, звучит немножко дико. Я сам с трудом в это поверил. Но это чистая правда. Козимо — мой прадед.
— Ты меня удивляешь.
— Это все связано с их, гм… секретными экспериментами.
— Ну да, он прыгает.
— Простите?
— Он использует лей-линии. Прыгает — вот как я это называю. Когда человек прыгает с одного места на другое. — Она посмотрела на него с высокомерной улыбкой. — Прыгает.
— Да, пожалуй, подходящее слово, — согласился Кит. — Наверное, эти его прыжки, ну, из одного места в другое, мешают естественному процессу старения. Козимо намного старше, чем кажется.
— Вот как! — Она доела суп и решительно отодвинула тарелку. — Я правильно понимаю, что вы прыгали вместе с ним?
— Да, причем несколько раз. А вы разве не прыгали?
— Нет, — ответила она. Появились слуги, убрали посуду и накрыли стол для следующей перемены. — Они уверяют, что это слишком опасно, особенно для женщин. Не понимаю, почему?
— Я пока не очень в этом разбираюсь, — сказал Кит. — Но я согласен, это может быть очень опасно. Я имею в виду, что если вы прыгнете и окажетесь посреди моря, или в джунглях с тиграми, или в жерле вулкан…
— Вот поэтому им так нужна карта.
— Простите?
— Карта. Карта на Коже.
— Вы и об этом знаете? — спросил Кит, а сам подумал: интересно, что еще она знает?
Подали баранину в соусе, а к ней — пюре из репы и моркови. Слуги наполнили бокалы и снова удалились.
— Дядя немногим доверяет свои секреты, — призналась она, потянувшись за чистой ложкой. — Я одна из таких людей. Отец считает это все ерундой. Он терпеть не может разговоров о прыжках и прочих теориях Генри. В результате они годами не разговаривали. Вот так я и стала единственной хранительницей научных исследований сэра Генри.
Кит не видел никаких оснований ей не верить, но что-то в ее словах вызывало раздражение. Он пока не мог сформулировать, что именно.
— Я потому и приехала в Лондон, — продолжала красавица, изящно орудуя ножом. — Большинство его исследований очень сложны, я бы сказала, эзотеричны. Но дядя обещал показать мне свои полевые дневники и рассказать о самых сложных построениях. Может, со временем и я научусь прыгать.
—Дневники… — повторил Кит, оторвавшись от тарелки. — Подождите, вы что, имеете в виду, что он записывает все свои приключения?
— Да, и хранит записи в таких маленьких книжечках. Там все его мысли, все теории и результаты опытов. Сэр Генри очень аккуратен.
— Это здорово, — искренне восхитился Кит, — насчет его дневников. А вы не знаете, где они?
— Как «где»? В кабинете, конечно, где им еще быть?
Кит почувствовал, как отступает чувство беспомощности, преследовавшее его с тех пор, как он покинул Черную Хмарь. Надо только взглянуть на дневники сэра Генри, и все будет хорошо. Во всяком случае, так ему подумалось тогда. Пройдет несколько дней, и он поймет свою ошибку, но к тому времени мысли его примут совершенно неожиданное направление.
Отложив ложку, он положил обе руки на стол.
— Леди Фейт, — сказал он, приняв по возможности официальный вид, — не хочу вас пугать, но с сэром Генри и Козимо, возможно, случилась беда. Надо немедленно найти его записи.
— Вы сказали — «беда»? Что вы имеете в виду? — спросила она, приподняв идеальную бровь. Заметив его колебания, она поторопила его. — Говорите же, сэр! Если мы хотим поладить, лучший способ — это полная откровенность. — Кит заметил, как в глазах леди Фейт вспыхнул неукротимый огонек. — Плюньте на всю эту чушь вроде рыцарского долга защитить слабую женщину! Уверяю вас, я вполне могу постоять за себя.
Следует отметить, что идея защищать этот пламенный дух не приходила Киту в голову от слова «совсем». Но он с удовольствием отметил ее решимость. Раньше он с таким не сталкивался.
— Говорите, сэр! — потребовала она.
Не стоило дальше испытывать ее терпение.
— Согласен с вами, — начал он, — только откровенность. Я и сам хотел это предложить.
— Так, об этом договорились. — Она чопорно промокнула губы краем салфетки и бросила ее на стол. — Начинаем поиски.
Кит с тоской посмотрел на баранину, остывающую на тарелке.
— Может быть, сначала закончим ужин...
— Ну уж нет, сэр! — Она отодвинула стул и встала. — Если вы считаете важным найти его дневники, нечего терять время понапрасну. — С этими словами она решительно вышла из комнаты.
Кит поспешно откусил и прожевал последний кусок и поспешил следом. Она привела его в комнату, где они встретились впервые, то есть в кабинет сэра Генри. Кит догнал ее возле стены с книгами.
— Как они могут выглядеть?.. — задумчиво произнесла леди Фейт?
— Понятия не имею. Я же никогда их не видел.
— Ладно. Начинаем искать. Вы начнете оттуда, — она указал на верхние полки книжного шкафа, — а я — с другого конца. Встретимся посередине.
Кит приступил к поискам. На верхних полках стояли здоровенные тяжелые тома в переплетах из толстой темной кожи. Названия на корешках читались с трудом, да и все равно они были написаны на латыни. Он снимал книги с полки и торопливо пролистывал их; время от времени ему попадались рисунки или гравюры — обычно они изображали какие-то приборы; большинство
