довольно плохо, потому что учиться самостоятельно пустая затея, даже если есть доступ в разум лучших мечников континента.
Мы ехали во главе колонны, так как дорогу знала только я.
Снег перестал идти, на улице было морозно и безветренно, словно весь мир затаился и следил за нами.
Доехали как-то слишком быстро. Не успела толком настроиться, как фары осветили то место, где я в прошлый раз оставляла дремать извозчика.
Я поправила перчатки и бодро выскочила из автомобиля, не дожидаясь, пока советник откроет дверь. Худшее время для проявления галантности представить сложно.
Мужчины уже приступили к извлечению оружия.
— Какого хрена? — воскликнул Рид.
Мы поспешили на его голос.
— Том?! — удивилась я, обнаружив парня в багажнике Майкла. — Ты что здесь делаешь?!
Малец неловко выкарабкался из багажника, потирая бок, в который, наверняка, всю дорогу упиралось оружие.
Томас выпрямился и гордо задрал подбородок. Сейчас только слепец не рассмотрел бы аристократа в мальчишке.
— Я могу помочь! — заявил сорванец. — Мои щиты выдержали взрыв.
Вот дурень.
Да и я хороша, за языком надо было следить. Или рассказывать уже всё целиком.
Все почему-то молчали, оставив меня разбираться с подручным.
Набрала воздуха в лёгкие, чтобы в красках рассказать, в каком месте я видела его щиты в безмагической пещере, но Александр тронул меня за рукав.
— Тише. Двенадцати еще нет, — шепнул. — Мы рано.
Нахмурилась, не понимая, о чем он.
— В записке сказано, если хоть одна живая душа явится до полуночи — император умрет.
Я открыла было рот, чтобы поспорить о буквальности послания, но осознала, что не могу знать наверняка. Зубы щелкнули друг об друга с противным звуком.
— Мы можем его увезти? — спросила в надежде.
— Нет, с ним некого отправить, важен каждый человек, — покачал головой советник.
Я придумывала варианты и отметала один за другим. Наконец, сдалась.
Сняла с себя тиль, не спрашивая разрешения лордов, перевесила на шею Тому. Чем еще я могу его защитить?!
Он с восторгом смотрел на круглый медальон, но руками не трогал.
— Томас, — начала серьезно. — Ты останешься здесь до нашего возвращения, и только попробуй высунуть нос…
— Нет, — подал голос Рид.
Я повернулась к нему разгневанной квочкой.
Он поднял руки:
— Прости, но, если и его возьмут в заложники, наш план пойдет по… — он посмотрел на Тома. — Наклонной, — закончил явно не так, как собирался.
— Он прав, — вступился за друга Александр.
Сговорились они что ли?
Том молчал, но взгляд не отводил. Нашелся герой на мою голову. Или я сама его нашла.
— Ладно, — буркнула я. — Сунешься в пекло, я тебя лично отшлепаю, — предупредила парня.
Он закивал и расплылся в довольной улыбке.
Александр ухмыльнулся, видимо, вспомнил, как сам грозил мне тем же. Не помогло.
Время поджимало, и мы отправились к пещере, оглядываясь на каждом шагу. Нас с Томом оттеснили в середину, и меня это ни капли не обидело. А вот юный баронет жаждал подвигов, посему демонстративно громко пыхтел, но не спорил.
Перед пещерой не было следов. То есть совсем ни одного. Снег лежал ровно и блестел в лучах фонарей до того невинно, что сразу вызывал подозрения. Факелы пока не зажигали, берегли на всякий случай.
Александр остановился в пяти шагах от входа, поднял руку. Мы тут же остановились, повинуясь жесту.
Советник, не отрывая взгляда, следил за минутной стрелкой на наручных часах. Наверное. Мне не видно было, но со спины можно догадаться.
Видимо, полночь наступила, ибо он махнул рукой, и мы продолжили движение стройным отрядом, насколько это возможно среди разлапистых елей и по колено в снегу.
Прямо перед темным провалом в скале, лорды разошлись в стороны, гвардейцы шустро проскользнули в пещеру, выставив перед собой пистолеты и фонари. Трое остались охранять нас. Уверена, в пещере сейчас безопасней, чем здесь.
Из пещеры донесся тихий свист — условный сигнал — и Рид зашел в пещеру. Мы потянулись следом.
Магия и сила тут же перестали ощущаться. Я почувствовала себя до нельзя беспомощной, и моментально замерзла.
По гримасам лордов поняла, что они испытывают что-то схожее. А я хотя бы была готова к этому.
Вся пещера была занята нашими бойцами, что, в целом, было довольно глупо, потому что при нападении от входа слишком многие оставались вне укрытий. Но, очевидно, мужчины знали это и без моих выдающихся талантов, потому что, обследовав положенный кусок, войны отходили к каменным глыбам.
— Здесь, — донеслось из-за камней.
Потом раздался громкий шорох, и два гвардейца вынесли бессознательного императора, замотанного веревкой с ног до шеи, как гусеница.
Рид тут же склонился к монарху, проверил пульс.
— Живой, — выдохнул он.
— Обмена еще не было, это странно, — проговорил Александр, осматриваясь по сторонам.
Мне не было нужды, я и так изучила здесь каждую стену в прошлый раз.
— Развязывайте его, — напомнила мужчинам.
Если я правильно рассчитала дозу сонного зелья, Николаус вот-вот должен прийти в себя.
От входа послышались громкие звуки: к нам приближались люди и, если судить по шуму, их много.
Гвардейцы перегруппировались, часть сразу отошла под защиту каменных валунов, прихватив Тома, часть прикрывала нас.
Рид и Александр быстро, но без суеты резали веревки сразу в двух местах.
А я пристально следила за входом. Хочу знать, кто угодил в мою ловушку. Хочу видеть лицо Кристы!
Но разглядеть сразу не удалось. Сначала в круг света попали большие, выше человеческого роста металлические щиты, из-под которых были видны ноги в грубых ботинках.
В узких прорезях мелькали глаза. Отряд прошел направо, еще немного оттеснив нас к камням. Он были прекрасно подготовлены к тому, что останутся без укрытия.
Наконец, замерли. Эхо, для приличия отразившись пару раз от сводов пещеры, быстро замолчало.
Рот наполнился горечью — самым верным признаком надвигающейся беды.
Щиты зашевелились, отодвинулись в стороны, открывая вид на тоненькую фигуру, закутанную в бежевый плащ.
Фигура вытащила из рукавов бледные ладони, подняла медленно, словно издеваясь, к капюшону. Стянула его.
Ну точно — издевается. Голова под капюшоном была наклонена так сильно, что мы увидели только светлую макушку.
Твою мать.
Еще до того, как она подняла голову, я поняла, кто передо мной.
Богиня.
Мелькнула мысль, что она пришла покарать отступницу.
Император, уже освобожденный от пут, нашел лучший момент для того, чтобы прийти в себя.
— Ал, это она, — прохрипел он и невежливо ткнул в меня пальцем.
— Ты? — удивилась Светлая Богиня и… заржала самым отвратительным смехом, который мне довелось услышать. — Одного поля ягодки с сестрой.
— Ты?! — вскрикнула я, потому что наконец, поняла, что не карать она пришла.
Хотела было дернуться
