Рано скулить от страха, Лариса. Это ты всегда успеешь. Пока понятно, что ничего не понятно.
– Этан, – внезапно обронил Джестер. – Остынь. Я понимаю и разделяю твой гнев. Но расследование надо вести беспристрастно.
– Что? – яростно взревел Этан прямо мне в лицо.
Я невольно скривилась. По-моему, верховному инквизитору необходимо срочно обратиться к стоматологу. Хотя в этом мире вряд ли таковые имеются. Но дыхание у него ну очень зловонное.
– Пока факты таковы, что мы обнаружили ее подле круга, – продолжил спокойно Джестер. – Предназначение его мы так и не поняли.
– Ты пытаешься ее выгородить?
Этан резко развернулся к Джестеру. Выпрямился так ровно, будто проглотил палку.
– Этан, друг мой, – вдруг заговорил король. – Действительно, не пори горячку. Вина ведьмы очевидна. Но мне бы хотелось узнать ее резоны.
– И вы узнаете их, – мрачно пообещал Этан. – Уж поверьте.
После чего скользнул к столу с пыточными инструментами.
В глубине души я уже давно орала от ужаса и плакала. Но в реальности лишь дернула руками, силясь освободиться.
Увы, пустое. Толстые оковы плотно облегали мои запястья. И пить хотелось сильнее с каждым мигом.
– Она расскажет мне все, – с плотно скрытым вожделением, от которого меня кинуло в холодную дрожь, пообещал Этан, взяв в руки что-то вроде бура в миниатюре. – Будет рыдать, умоляя выслушать ее.
Тошнота подкатила к моему горлу. Мне немедленно захотелось опять упасть в обморок. Отправиться в тихое благословенное небытие, где нет никаких угроз, страхов и боли.
В этот момент Джестер впервые взглянул на меня. В его светлых глазах тлел непривычный огонек тревоги и заботы. Но он ничего не сказал.
– Этан, под пытками можно признаться во всем, что угодно, – негромко проговорил король. – Не торопись. Мне почему-то кажется, что девушка сама нам все расскажет.
– Она ведьма, ваше величество! – вскинулся Этан, грозно нахмурив брови. – Этим тварям веры нет! И без того понятно, что она будет все отрицать. Плакать и умолять о пощаде, клянясь в своей невиновности.
– А под пытками она скажет только то, что ты желаешь услышать, – мягко возразил король.
Удивительно. Его голос звучал тихо и без нажима. Но почему мне стало так спокойно от него. Как будто кто-то неслышимо пообещал, что все мои беды и проблемы разрешатся.
– А я хочу узнать истину, – чуть жестче закончил король. – Не выбитые под мучением признания, а правду.
– Но… – Этан аж захлебнулся от возмущения. Пару минут сипло дышал, силясь умерить негодование, после чего хрипло продолжил: – Ваше величество, я не понимаю. Вы сами сказали, что вина ведьмы очевидна. Нам надо найти ее сообщников. И…
– Этан, прогуляйся немного, – вдруг перебил его король. – Пройдись, остынь. Я хочу сам с ней поговорить.
– Ваше величество… – потрясенно выдохнул Этан. – Вы не можете…
Вместо ответа мужчина сосредоточил на нем свой взгляд. И чем дольше длилось это молчаливое противостояние, тем более зябко мне становилось.
– Этан, чего ты боишься? – после долгой паузы почти пропел король. – Мы в подвалах инквизиции. Она прикована. Тут просто нельзя использовать магию. Позволь мне побеседовать с ней. Я не люблю пытки и принуждение. Возможно, у меня получится убедить ее быть откровенной.
– Это все равно ее не спасет, – проскрипел Этан.
Король вскинул бровь, уставившись на него в упор.
И спустя пару минут верховный инквизитор отступил.
– Я буду за дверью! – гордо заявил он.
Шелестя полами мантии, отошел от меня. На миг задержался, хмуро обвел присутствующих в подвале взглядом – но вышел.
Едва только за ним захлопнулась дверь, как Джестер скользнул ко мне.
– Даже не думай! – прошипела я. – Ты… Ты предатель!
Джестер вместо ответа запустил пальцы в мои распущенные волосы. Чуть натянул их – и я против воли запрокинула голову.
А затем его губы прижались к моим.
Удивительно, но чем дольше длился наш поцелуй – тем меньше боли во мне оставалось. Уходила мучительная ломота в висках, тяжесть в затылке. Мне до безумия хотелось привлечь Джестера к себе. Но оковы на руках не позволяли мне это.
– Ненавижу тебя, – чуть слышно прошептала я, когда Джестер, наконец-то, отстранился. – Ты…
Он опять не дал мне договорить, новым поцелуем закрыв мой рот. Теперь его руки были на моих бедрах. Всего на краткий миг, но сердце замерло, а потом с такой силой заколотилось, будто пыталось пробить грудную клетку изнутри.
Да, я взрослая девочка. Однако я еще не встречала такую страсть и напор. И мне очень хотелось, чтобы Джестер продолжал.
Но почти сразу он отстранился. Легонько чмокнул меня в нос и сделал шаг назад.
– Друг мой, не забывай, что ты еще женат.
Тяжело дыша, я уставилась на короля, который наблюдал за нами с плохо скрытой усмешкой.
– Пока женат, – с нажимом ответил Джестер. – Мы ведь договорились.
– Конечно, договорились, – добавил тот с иронией и едва заметно подмигнул мне. – Тем более теперь я вижу, как сильно ты жаждешь получить развод. – Хмыкнул и завершил уже серьезнее: – Можешь считать, что разрешение на него уже у тебя в кармане. Хотя в высшем свете найдется много недовольных этим обстоятельством. Однако правила хороши тем, что из них всегда есть исключения.
– Что все это значит? – сипло прошептала я. – Джестер, я думала, что ты…
– Я упокоил Гейба, – не дал он мне договорить. – В его услугах больше нет необходимости.
Я широко распахнула глаза, силясь осмыслить услышанное.
Не могу сказать, что меня это расстроило. Я знала, что больше всего на свете барон Гейб Теоль мечтает о загробном покое. Но он… Он был моим единственным другом в этом мире. Если, конечно, наши отношения можно назвать дружбой. Да, мы были связаны против воли обоих. И Гейб мечтал о свободе, и мне было неловко осознавать, что каждый мой шаг отслеживает призрак несостоявшегося свекра. Но сейчас мне было грустно осознавать, что мы больше никогда не побеседуем.
Демоны! А ведь наш последний разговор прошел ну очень нехорошо. Я даже не извинилась перед ним
