Читаем без скачивания Чернь и золото - Адриан Чайковски

Империя это или пока еще нет? Стенвольд знал, как ненадежны карты, пытающиеся зафиксировать изменчивые границы. Рубежи Империи пролегают там, где угодно Империи… пока ей не окажут достойного сопротивления.

Окажут ли? Как воспримет Ассамблея его доклад о тихой Асте, превратившейся в военную базу, — снова зажмет уши и выставит его вон?

К востоку от Даракиона жили один козопасы да погонщики жуков, и никаких признаков имперского правления здесь не было видно — что возьмешь с бедноты. Однажды на огонек к путешественникам пришли местные голубовато-серые жители, тихие и угрюмые. В основном это были метисы с жуканской и осоидной кровью; передвижка границ не спасла их от нищеты, но они не задавали вопросов, и свежее мясо, принесенное ими, пришлось очень кстати.

Имперский патруль никого не застал врасплох. Тизамон, Ахей и Таниса заблаговременно спрятались и приготовились к обороне, Тото и Стенвольд ждали рядом с машиной.

Теперь-то Стенвольду сделалось ясно, что они не где-нибудь, а в Империи. Будь иначе, здесь скорее всего пролилась бы кровь, но эти крылатые солдаты просто делали свое скучное повседневное дело. Стенвольд, странствующий механик, едущий со своим подмастерьем на древней машине в Минну, спросил осоидов, есть ли шанс найти там работу. Сержант пожал плечами, постращал их немного, получил взамен немного имперских денег, и патруль снова растаял в небе.

— Почему нас не арестовали? — удивился Тото.

— Кого — старого ремесленника с мальчишкой?

— Ты Стенвольд Вершитель. Они должны знать…

— Вряд ли каждый солдат Империи носит мой портрет в кармане, Тото. Кроме того, здесь нас не ждут. — Трое остальных уже вылезли из укрытия и шли к ним. — Мы сами еще недавно не знали, что окажемся в этих местах.

Наконец вдали показался холм с городом Минной и летным полем, так хорошо памятным Тизамону и Стенвольду. Наблюдательный пункт устроили на противоположном холме.

Стенвольд навел на город подзорную трубу, долго лежавшую без употребления.

— Стены укрепили заново, — докладывал он, — но артиллерии вроде бы стало меньше. Думаю, их тревожит не столько внешний враг, сколько внутренний. На башнях имперские вымпелы. — Окуляр медленно обходил город. — А на месте Консенсуса вырос какой-то громадный прыщ — символ новой власти, похоже. На аэродроме оживление — теперь это, вероятно, главный воздушный узел маршрута Аста — Нижние Земли. — Он опустил трубу и аккуратно ее сложил. — Трудновато нам будет.

— А когда нам было легко? — откликнулся Тизамон. Оба посмотрели на своих молодых спутников. Арахнидка, ном, полукровка — все довольно приметные. — Я проберусь туда… — начал мантид, но Стенвольд его перебил:

— Не в этот раз. Теперь пойду я.

— Стенвольд, ты совсем не умеешь действовать скрытно…

— Зато я жукан, а нас в Империи очень много. Странствующий механик может работать повсюду, где есть машины.

— Осоиды тебя ищут, — сказала Таниса.

— Возможно, но в этом городе столько народу, что отыскать одного человека не так-то просто. Тото я возьму с собой как моего подмастерья. Так мы будем еще меньше бросаться в глаза, верно, парень?

Тото, нервно сглотнув, кивнул в знак согласия.

— И что же вы будете делать в городе? — поинтересовался Тизамон.

— Поспрашиваем. Там мог остаться кто-то из наших знакомых, и если существует какое-то сопротивление, они наверняка в нем участвуют.

— Будь осторожен, — предостерег мантид. — Нет никакой гарантии, что тебя встретят с распростертыми объятиями.

— Меня и не за что так встречать, но иного выбора я не вижу. Одни мы миннскую тюрьму приступом не возьмем. Вот установлю контакт, и подумаем, как лучше переправить туда вас троих. Если не найдется легкого способа, то придется нам с Тото, хоть и не созданным для тайной войны, управляться вдвоем, а вы поступайте на свое усмотрение. Договорились?

— А место встречи? Я не хочу, чтобы все вышло, как в Геллероне, — сказала Таниса, — тем более что в Минне осоиды так и кишат.

— В Минне две площади — было, во всяком случае. На восточной раньше помещалась торговая биржа, которой руководил старый скорпи по имени Хокиак — может, он и поныне там заправляет.

— Подозрительное местечко, — припомнил мантид.

— Надеюсь, таким оно и осталось. Хокиак еще до осоидов был заправилой черного рынка; если он или его преемник до сих пор занимаются этим, то нам повезло. Все недовольные и подпольщики пользуются услугами черного рынка. Если получится, я замолвлю там словечко относительно вас.

23

Тронный зал дворца был скопирован с императорского в Капитасе. Тальрик затруднялся определить, что двигало губернатором — почтительность или излишнее самомнение. Колоннады по бокам дублировались солнечными столбами, проникающими сквозь отверстия в потолке. Охра колонн оттеняла светлый камень стен, украшенных фресками в местном стиле.

Слуга, тоже местный, в простой темной одежде, доложил о посетителе, и Тальрик зашагал к семи сиденьям в дальнем конце. У императора, правда, было одиннадцать тронов, но миннский правитель все-таки позволил себе немалую вольность.

Заняты были только пять мест из семи: сам Ультер в центре, еще три осоида по одну сторону от него и жукан по другую. Все они пристально смотрели на идущего к ним человека.

— Тальрик! — Негромкий голос Ультера легко преодолел разделявшее их пространство — зодчий, видимо, знал свое дело. — Капитан Тальрик, чтоб мне пропасть! Ну, рассказывай, что поделывал все это время?

Тальрик четко отсалютовал тронному возвышению, стараясь не показывать, как поразила его произошедшая с Ультером перемена. Прошло, конечно, больше десяти лет, и понятно, что волосы у него совсем поседели, но старику явно неплохо жилось на своем посту. Брюшко заметно нависало над поясом, и даже мастерски сшитая золотая туника не могла придать стройности этой оплывшей фигуре. На топазовом ожерелье покоился двойной подбородок, тяжеловатое и раньше лицо стало брыластым.

— Садитесь, садитесь, — добродушно произнес Ультер, заметив удивление своего бывшего порученца. — Вот доживете до моих лет и тоже захотите спокойной службы. Если б я просто уехал домой и стал управлять поместьем, против моего вида никто бы не возражал — разве необходимость появляться на публике что-то меняет?

Тальрик взошел по ступеням и занял одно из свободных мест.

— Капитан Тальрик служил у меня под началом при взятии города и был отличен, — сообщил Ультер. — Капитан Олтан из квартирмейстерской службы и капитан Раут из разведкорпуса — мои советники на данный момент. — Два осоида наклонили головы. — А это мастера Дрейвен и Фрейген из Консорциума Честной Торговли.

Через Консорциум Империя пыталась контролировать торговый процесс, но, насколько знал Тальрик по связям в Рекефе, оставалось большим вопросом, кто кого контролирует. Он кивнул, здороваясь с жуканом и скучающим осоидом средних лет. Может, как раз кто-то из них повинен в недостатках снабжения, и Ультер в итоге будет оправдан.

Но этого ли хочет Рекеф?

— Что привело вас к нам, капитан — перспектива нового повышения? — подмигнул Ультер.

Тальрик внутренне дрогнул, увидев такое знакомое лукавое выражение на этом обрюзгшем лице. Он рассчитывал, что губернатор его примет наедине и они смогут поговорить откровенно.

— Мне, можно сказать, дали отпуск, полковник, — непринужденно ответил он. — Попросился на отдых с передовой — надеюсь, я правильно выбрал?

— Мы здесь тоже не сидим сложа руки, — заверил Ультер, — но недельку на восстановление сил я вам выделю. Будьте как дома в моем городе. — При виде поднятой брови Тальрика улыбка Ультера сделалась еще шире. — Я держу Минну в кулаке и сжимаю пальцы, когда она начинает дергаться. Простой, казалось бы, урок, но они так и не усвоили его толком. — Ультер хлопнул в ладоши, и из двери за помостом появилась вереница служанок с бутылками и бокалами. — Я хотел бы сам познакомить вас с удовольствиями, которые может предложить гостю Минна.

— Странно, что вас до сих пор не перевели куда-нибудь поближе к столице. — Тальрик заметил, что прислуживают им исключительно молодые женщины, но жительниц Минны среди них нет — мудрая, несомненно, предосторожность. Ультер подбирал себе только красивых рабынь, в том числе и осоидок.

— Все дело в том, что некем меня заменить. — Ультер подставил кубок арахнидке, наполнившей его доверху. — Я знаю Минну лучше кого бы то ни было, лучше даже, чем подлые аборигены. И удерживаю крышку на месте, как бы горшок ни кипел. Несколько лет назад они собрались восстать по примеру Майнеса, но я упредил их. Все очень просто: кого-то распинаешь на скрещенных пиках, кого-то арестовываешь, а семьи зачинщиков отправляешь в Дельв как рабов. Звонкая оплеуха, если отвесить ее вовремя, предотвращает припадок.