Читаем без скачивания Остановись, мгновенье, ты ужасно - Вячеслав Жуков

Стоило тому уйти, как Грек тут же бросил лопату, расстелил пиджачок на травку, но прежде чем улечься на него, потряс сортовую яблоню, которой старик очень дорожил. Все упавшие яблоки собирать не стал. Подобрав с земли десятка два самых красных яблок, и на его взгляд, спелых, Грек бухнулся на свой пиджак и принялся с аппетитом хрустеть ими.

Ваняшин не последовал его примеру. Совесть мучила лейтенанта. Он стал копать выделенный участок, при этом, не забыв напомнить Греку:

– Пусти такого козла в огород.

Грек не обиделся. Уплетая яблоки, он лежал, щурясь от яркого солнца. И на замечание Ваняшина, нашелся, что сказать.

– Пусть майор копает. Он в машине сидит, а я тут на жаре спину гнуть должен. А если меня удар хватит? – вяло проговорил Грек. Он не прочь бы и придремнуть, поглядывая за тем, как приятель Леха Ваняшин переворачивает комья земли.

– Да уж. Вот так лежа, тебя уж точно удар не хватит, – заметил на это Ваняшин. Грек улыбнулся.

– Леш, у тебя здорово получается. Возьми мою лопатку во вторую руку, так ты до вечера ему тут весь участок перекопаешь, – хохотнул Грек, принимаясь за следующее яблочко.

Минут за двадцать Грек съел почти все собранные яблоки. Осталось всего несколько штук, которые Грек забраковал.

Он лежал, согнув ноги в коленях и наблюдая за тем, как Леха Ваняшин ловко орудует лопатой. В какой-то момент ему даже самому захотелось встать и присоединиться к нему, но, вдруг схватившись руками за живот, Грек громко ойкнул.

Вытерев рукой пот со лба, Ваняшин глянул на него.

– Ты чего? Или не лежится тебе спокойно?

– Ой. Кажется, яблочки не прижились у меня в пузе, – пожаловался Грек, проворно вскакивая с пиджака. – Живот так крутит, будто стекляшки там. Где у этого старикашки тут туалет? Не знаешь?

– Вон там, – махнул рукой Ваняшин, припомнив, когда старик вел их сюда, он обратил внимание на нужник, сработанный под сказочный теремок. Шутник мастер даже приладил на остроконечную крышу резного петушка, раскрашенного в яркий цвет.

Грек глянул, куда ему предстояло бежать, и категорично заявил:

– Не добегу, Леша. Выдержки не хватит.

– Ну тогда садись прямо здесь, – шутки ради, предложил Ваняшин. И Грек воспользовался его предложением. Покрутив головой по сторонам, он рванул в заросли малины и присел там, нарушая тишину своей трескотней.

Минут через пять он вышел оттуда со счастливым лицом.

– Леш, ты не поверишь, какое блаженство я сейчас испытываю. Прямо жить хочется, – поделился Грек своей радостью.

Ваняшин мрачно кивнул на дорожку, петлявшую между садовых деревьев.

– Вон хозяин идет, – сказал он, не переставая копать.

Грек схватился на лопату, проговорив сквозь зубы:

– Вот принесло его раньше времени. Сказал же, как все сделаем, я его позову. И чего прется?

– Он здесь хозяин, вот и прется, – ответил на это Ваняшин.

Как человек, привыкший работать с коллективом, старик повел себя сдержанно, хотя, по его мнению шабашники должны были вскопать больше. Но с этим он еще мог как-то смириться. Не мог с другим.

– Что же вы наделали, – всплеснул он руками, увидев валявшиеся вокруг яблони яблоки и огрызки съеденных Греком яблок. – Я их так берег. Первый год эта яблоня заплодоносила. Вы обтрясли почти все яблоки…

– Не все, – подал голос Грек. – Там еще висят. Немного, – добавил он.

Похоже, старика это не утешило.

– Эти яблоки еще рано есть. А, кроме того, я только сегодня утром опрыскал яблоню ядохимикатом. И не исключено, что яд попал на яблоки. Вы хотя бы их мыли, перед тем как есть? – спросил старик.

Грек изменился в лице. Бросив лопату, схватился за живот.

– Чем, говоришь, опрыскал яблоки? Ядом? Ну ты, папаша, фрукт. Предупредить, что ли не мог. Вот теперь у меня живот и крутит с твоего яда, химиката. Отравитель, – проворчал Грек.

– Уходите, – указал старик рукой на дорожку. – Там вас ваш бригадир зовет. Он у ворот, – сказал старик.

Грек набрался наглости, хотел попросить оплаты за то, что Леха Ваняшин вскопал. Но старик тоскливым взглядом посмотрел на яблоки и сказал:

– Я вам ничего не заплачу. Вон отсюда. Пока я милицию не вызвал, – закричал он на Грека.

К машине Грек возвращался несколько странной походкой, чуть склонившись на бок и как будто прихрамывая. Ваняшин подошел первым.

Глянув на Грека, Туманов спросил:

– Чего это с тобой, Сан Саныч?

Грек махнул рукой, вползая на заднее сиденье машины.

– Уработался я.

Старик с грохотом закрыл за вышедшими шабашниками калитку в воротах.

– Понятно, – сказал Федор. – Ты уже и там отметился? – глянул он на Грека. Тот с невиновной мордой пожал плечами.

– Да ничего такого. Просто я яблок захотел, – сказал Грек виновато.

– А старик их полил какой-то дрянью, от которой Сан Саныча теперь тянет на понос, – подсказал Ваняшин.

Федор покачал головой. Потом сказал строго:

– Вот что, Грек, никаких поносов. Терпи, как хочешь. Сейчас нам предстоит работа. Я так понял, что Мамедов задумал проверить Багиру в деле. По крайней мере, он так сам сказал. А дела, которыми он занимается, вам хорошо известны. Это теракты. Пакет со взырвчаткой он ей уже приготовил. А вот, где должен произойти взрыв, пока не говорит. Я так понял, что к месту он ее отвезет сам. И там укажет, где оставить пакет. Так что сейчас нам надо отсюда отъехать, встать вон у тех домов, – показал Федор на окраину поселка, где стояли недостроенных три дома. – И ждать. Как джип Мамедова выедет, мы рванем за ним. И чтоб не отстать, – это предупреждение в первую очередь касалось Ваняшина. За рулем сидел он.

Грек не понимал того, что задумал майор.

– Ну поедем и чего дальше? Ты же сам говорил, пока Мамедова брать нельзя, – напомнил он майору его же собственные слова. Федор кивнул.

– Правильно. Нельзя. Мы и не будем его брать. Мы должны узнать, что за операцию задумал осуществить он, о которой говорила Алла Чикина. В ней он собирается задействовать двух женщин. А пока он только проверяет Багиру. Хочет выяснить, годится ли она ему для той операции. Я думаю, так, – сказал Федор.

– И что нам в таком случаи делать? – не удержался Леха Ваняшин от вопроса, потому что тоже, как и Грек, не совсем понимал Туманова.

– Мы должны постараться, предотвратить гибель людей. Что ж тут не понятного, – напомнил Федор Туманов о долге оперов.

Грек с Ваняшиным переглянулись. Лейтенант промолчал, призадумавшись. А капитан Грек спросил:

– Можно узнать, каким образом мы это сделаем?

– Раз Мамедов хочет всего лишь проверить Багиру в деле, значит, он не собирается ее подрывать. Так?

Грек мотнул своей башкой.

– Ну, допустим, так, – проговорил он. А Туманов продолжил дальше:

– Значит, что ему нужно? Чтобы она вошла куда-то и оставила там пакет. Взрыв должен произойти только после того, как она выйдет…

– Предположим, ты прав. И что? – не унимался Грек.

Федор хитро улыбнулся.

– Мне пришла в голову одна интересная, на мой взгляд, мыслишка.

Выехавший из ворот черный джип, они увидели издали. Едва показавшись на улице, он приостановился, словно раздумывая, ехать ли ему, или повернуть обратно, пока ворота еще не закрылись.

Возле открытых ворот стояли два дюжих охранника в пятнистых камуфляжах. Стоило джипу тронуться, как оба тут же закрыли ворота.

Увидев, что джип направляется в их сторону, Федор вздохнул с облегчением и сказал:

– Все. Теперь он наш. Леша, веди его и не вздумай отстать. – Сказано это было как приказ, который не подлежит обсуждению. Но Ваняшин позволил себе высказать о нем свое мнение.

– Ну ты, Николаич, даешь. Сравни, чего у него под капотом и чего у нашей ментовской развалюхи. Это же смешно.

Отчасти лейтенант был прав. А после того, как была взорвана их «Волга» другую машину им не давали. Только на сегодняшний день Туманов упросил Василькова выделить им эту «шестерку», которая фактически закреплена за другой группой. И похоже, тот, кто на ней ездит, не очень-то заботится об ней.

На белой «девятке» Ваняшина опера приехать, сюда не рискнули. Мамедов уже видел ее и наверняка запомнил номер. И увидев еще раз, сразу бы заподозрил, что оперативники приблизились к его логову.

– Давай, Леша, не упусти его, – взмолился Туманов, видя, что джип пронесся мимо на огромной скорости. – Потом посмеемся.

Ловко маневрируя между встречными машинами и обгоняя едущие по их полосе, Ваняшин погнал за джипом. При этом лицо у лейтенанта было такое, что страшно смотреть. Челюсти сжаты так, что на скулах выступили желваки. Того и гляди, догонит джип и с разгону впечатается тому в зад. И в тайне Грек радовался, что им его не догнать. А то бы кто знает, может, от злости лейтенант и в самом деле сделал так. И думая об этом и о съеденных яблоках, Грек хватался за живот. Несколько раз даже попросил остановиться. Но Туманов не позволил Ваняшину этого сделать.

– Дайте, я выпрыгну на ходу, – скулил Грек, ерзая на заднем сиденье «шестерки». Но и на это получил строгий майорский запрет.