лично Доктора оно и не касалось, однако дало ему дополнительной богатой пищи для размышлений.
Изначально Китаец произвёл на главного героя очень хорошее впечатление. Он один из первых кто подошёл к нему после приезда и познакомился с ним, предложив свою помощь в случае необходимости. Китаец был примерно одного возраста с Докторским пасынком и уже во второй раз проходил реабилитацию в «Северном сиянии». В первой своей реабилитации он написал и прочитал Пять Шагов и активно участвовал в ремонтно-строительных работах на всех домах. Время от времени они общались с ним на хозах или на свободном времени. По началу Китаец всегда угощал Дока хорошей американской сигаретой благо они регулярно ему заходили в посылках от матери. Кроме всего прочего он был очень аккуратен и чистоплотен. Свою погремуху он получил, будучи действительно наполовину китайцем по отцу с китайской фамилией, но на его внешности это не особенно отразилось.
По мере наступления осени с Китайцем начали происходить разительные перемены. Он замкнулся, стал молчалив и необщителен с другими ребятами из группы. На читках, группах и анализах чувств в своих обратных связях его порой так заносило в области конспирологии, космологии и банальной демагогии, что балабола стали одёргивать и затыкать всё чаше в грубой и нецензурной форме. Наблюдая за ним, Доктор периодически стал замечать, как Китаец общается с невидимыми собеседниками, иногда шутит и смеётся с ними, а иногда исполняет «реального крутого чувака», ну по крайней мере так как он себе это представлял.
Доку по молодости уже доводилось находиться с дураками под одной крышей в закрытом отделении областного психоневрологического диспансера. Поэтому опытный человек при проявлении вышеописанных признаков безапелляционно признал своего собрата по «летящим гусям с кукушками», с той лишь оговоркой, что главный герой прикидывался душевнобольным по крайней необходимости, а маленькому Мао притворяться было вовсе не обязательно – природа сама обо всём позаботилась. Его дурачества до поры до времени не беспокоили Доктора, но ровно до того момента пока не стали касаться лично его. Первый звонок прозвенел однажды во время «помойки» в бане…
Предварительно стоит описать как в реабилитационном центре «Северное сияние» вообще был устроен весь банно-прачечный процесс. Полноценными банными днями были приняты вторник и суббота. После релакса каждый из трёх домов по очереди в течении месяца полностью занимал баню в эти дни недели, а по средам и воскресеньям оставшиеся два дома делили объект чистоты и гигиены между собой. В Первом доме единовременно проживало двадцать человек которых для мытья делили на три банные смены. Старая маленькая тесная банька ну никак не была рассчитана на одновременное посещение шестью-семью человеками, тем более что им за выделенные каждой смене 60 ÷ 80 минут всем необходимо было попариться, помыться, побриться, да ещё и постирать свои вещи в широком ассортименте.
Доктор ненавидел баню. Мало того что в силу высокого артериального давления он в принципе испытывал в жарких и влажных помещениях определённый физический дискомфорт, так в данном месте в довесок к физическому недомоганию прилагалось и психическое напряжение из-за неимоверной стеснённости и регулярно проявляющейся невменяемости некоторых соседей. Кто-то из них был большим любителем попариться от души, попрыгать в воду или снег после парилки, а в последние десять минут, обязательно объявляемых дежурным эти «пропарыши» «потеряв маму»218 с безумными глазами пытаясь догнать ушедший поезд создавали невообразимую суету подрывая нервную систему и себе и окружающим. А вот такие персонажи как Китаец могли по тридцать минут чистить зубы и бесконечно набривать себя в таких местах, где и волос то толком не бывает.
И вот однажды заслуженные постоянные клиенты «Северного сияния» Балагур и Китаец с самого захода в баньку оккупировав моечные места весело хихикая и неспешно потирая свои причиндалы. Они вообразили, по всей вероятности, что находятся в отдельном номере «Сандунов» нисколько не «стремаясь» демонстративно игнорировали потребности своих товарищей по банной смене. Док, стиравший своё бельишко в тазике на полу, терпеливо ждал своей очереди помыться и собирал в свой «рюкзачок с чувствами»219 раздражение и гнев, которые у него вызывали эти два не в меру борзых молодых субъекта нагло отшивавших других ребят просивших их поторопиться или подвинуться.
Перестирав бельё, главный герой решив не церемониться с наглецами без прелюдий воткнув свой таз на подставку перед зеркалом сам встал межу «орёликами» с твёрдым намерением помыться. Сообразительный Балагур, которому Доктор уже пообещал как-то на полном серьёзе выковырять глаз линейкой за неудачную шутку про его «торчащее» семейство благоразумно подвинулся, не сказав ни слова. А вот Китайская дурашка, натянув на себя образ крутого чувачка из своих диалогов с тенью понёс какую-то пургу в адрес нарушителя его личного пространства. Док был достаточно напряжён, «охуевлён и взбычен»220 чтобы сразу в полный голос отборным трёхэтажным матом посулить зарвавшемуся малолетнему «собакокуру»221 засунуть в задний проход находящийся в его руке пластмассовый ковшик причём не обязательно ручкой вперёд. Намерения у него были очень даже серьёзные, но уберёг их с Китайцем от компульсивных поступков выскочивший из парилки на крики Подробный. На почве застарелой неприязни к юродивому он принял сторону бывшего брата, конфликт был погашен, а Китаю пришлось уступить место для мытья. Позже Китаец извинился перед Доктором и тот извинения принял.
Следующее происшествие с их обоюдным участием случилось некоторое время спустя в воскресный день на свободном времени. Китаец, психическое состояние которого усугублялось день ото дня бодаясь в очередной раз со своей тенью внезапно ударил играющего в нарды Кота. Киска набросился на обидчика и молодчики, сцепившись в общем зале начали крушить и без того убогую реабилитационную мебель. Доктор, сидевший до начала конфликта в кресле видя, что пацанам, разнимающим дерущихся нужна помощь в части удержания Китайца, подскочил со своего места и обхватив мальчишку мёртвой хваткой полностью лишил того возможности махать «ветками»222.
Инцидент можно было бы считать исчерпанным, но примчавшийся в зал на возникший шум Глеб с ходу заскочил на скамейку и далее на стол и неумолимо приближался к эпицентру событий с грозным видом и недобрыми словами в адрес реабилитян. Он быстро понял, что зачинщиком драки был Китаец и приказал Доку отпустить его. Главный герой подчинился, но Китаец как-то сразу сдулся при виде агрессирующего в его адрес Грозного Наставника и продумано спрятался за Доктора. Весьма опытный в вопросах драки взрослый мужик прекрасно понимал, что дело идёт к тому, что Великий Инквизитор, уверенно стоящий перед ним на столе, собрался поиграть в футбол Китайской бестолковкой. Доктор, впоследствии неоднократно
