всех нюансах. Зонды замерят всплески тёмной энергии, электрические и магнитные поля, все виды излучений. При передаче, при приёме, внутри и снаружи канала, возле ядра, на обшивке Ретранслятора…
Не то, чтобы никто до Мордина этого не делал. Многие, наверно, делают даже прямо сейчас — и будут делать ещё две тысячи лет. Но к сожалению, Мордин не был тем попаданцем из любимой землянами альтернативной истории, который проваливается в прошлое, таща с собой целую библиотеку в омнитуле. А его собственная голова, хотя и была набита отборными знаниями — но несколько по другой тематике. Саларианцы всегда с большим вниманием относились к тому, что изучали. Никаких непрофильных знаний, никаких «просто из любопытства». Не потому, что объёма памяти не хватит (с этим у них как раз проблем никогда не было, в отличие от иных рас), а потому, что само изучение потребует драгоценного жизненного времени. Да, они учились очень быстро и запоминали всё с первого раза… но вот процесс добычи информации для изучения ускорить получалось далеко не всегда. Нет ограничений — нет прогресса.
К агентам ГОР, которые и так были вынуждены освоить в жизни порой десяток специальностей, это относилось в квадрате. После выхода в отставку Мордину пришлось нещадно ломать свои поведенческие модели, которые постоянно орали на каждом шагу «это лишнее», «это не нужно», «это будет пустой тратой времени», «это меня не касается».
Саларианцев, которые собираются контактировать с инопланетниками, первым делом учат сдержанности. Жесточайшей сдержанности. Потому что очень трудно сдержаться и не убить собеседника, когда это медлительное создание начинает самым безжалостным образом убивать твое время. Ситуация усугубляется тем что инопланетники обычно в упор не понимают, какому смертельному риску они подвергаются. Саларианцы кажутся хрупкими и трусливыми. Мало кто осознаёт, что эта смешная пучеглазая рогатая лягушка может перерезать ему горло быстрее, чем он закончит поворачивать голову. И почти постоянно испытывает желание это сделать. Впрочем, стоит отдать должное родным системам проверки и кондиционирования — спецслужбы своё дело знали, и неуравновешенных не выпускали с планеты ни под какими предлогами. Да и селекцию не стоит сбрасывать со счетов — к оплодотворению во все века после первого контакта допускались только самые терпеливые. Благодаря этому за пятьдесят поколений имело место всего два-три десятка срывов, и тех удалось выдать за обычных убийц со скрытыми нарушениями психики.
— Но разве «Жнецы» не обратят на нас внимания, если мы произведём девять переходов один за другим? — обеспокоенно поинтересовался Идрис.
— Вероятно, обратят, — беззаботно отозвался Мордин. — Решат — молодая цивилизация. Но вряд ли прилетят посмотреть. Если и прилетят — успеем убежать.
Он ещё никогда так не ошибался.
Первый же прыжок зонда дал весьма интересные результаты. На всякий случай Мордин отправил второй зонд — сверить показания. Разница была совсем небольшая. Для полной уверенности следовало только просмотреть показания самого переброшенного зонда. Экстранета, увы, в этом веке не было, украсть не у кого, а выращивать отдельный терминал для минутной связи Мордин посчитал избыточным барством. Тем более, что на него ушло бы больше половины всего элно, собранного на Кване.
Третий и четвёртый «ежата» прыгнули одновременно. Точно — два распределённых заряда… толчок… потом — магнитная вспышка. Он переслал данные на терминал Идриса.
— Видишь то же самое?
— Хммм… Я не знаю, что видишь ты, — задумчиво протянул Ису, — но я вижу срабатывание почти стандартной электрической катапульты.
— Да, да! — Мордин не знал, прыгать ему на месте от радости, или биться головой об стенку в досаде на собственную тупость. Это же надо — четырнадцать лет придумывать самые безумные теории, когда решение было буквально под рукой и понятно любому школьнику! Импульс нужно придавать ДО перехода.
Ретранслятор заряжает пролетающий корабль, потом создаёт электростатическое поле, тянущее его «вперёд», вдоль рогов.
А затем антибиотическое поле и поле самого обычного технического эффекта массы наваливаются одновременно, так что техническое поле банально не успевает отнять избыток импульса и передать его генератору. Нужно только подобрать напряжённость масс-поля в стартовой области, при которой импульс корабля без поля будет равен импульсу безмассового пакета частиц в поле — тогда когерентность обеспечивается законами сохранения.
При коэффициенте поля массы около шестнадцати порядков (в десять миллиардов раз выше, чем доступно цивилизациям Цитадели), перемещаемое тело достаточно разогнать всего до трёх метров в секунду.
Он стремительно нырнул в сияющее ядро древней машины — без тени страха, любопытство его полностью вытеснило.
И прежде, чем мир вокруг перестал существовать, скоробиотик успел увидеть и запомнить показания приборов. Да — электрический заряд на корпусе и сразу после него — ускоряющий толчок! Тайна Ретрансляторов была у него в руках!
И снова мысли, растянутые резиновой лентой на нескончаемые парсеки. И снова явное ощущение, что он не один на этой космической беговой дорожке.
Только на сей раз оно не бежало рядом. Он чувствовал взгляд за спиной — тяжёлый, подавляющий, гипнотизирующий. Массивная тень накрывала его, и он не мог обернуться, не мог взглянуть в глаза чудовищу, которое следовало за ним.
— Кто ты? Назови себя.
— Я могу назваться тебе тысячами имён, но что это изменит?
Низкий резонирующий голос заставил вибрировать всю космическую струну. Это могло бы напугать неопытного бегуна, но после почти приятельского разговора с Чёрным Флэшем Мордин ко многим вещам стал относиться иначе. Глюком больше, глюком меньше…
— Я мог бы принять тысячи обличий, но что это изменит? Я был кораблём, астероидом, вспышкой света, женщиной, мужчиной, ребёнком, и вещами, для которых у вас, несчастные органические фрагменты, нет даже названий. Ты можешь гордиться, что для общения с тобой я не надеваю масок.
— Вопрос «кто ты» бессмыслен?
— На твоём уровне понимания — да. Как слепой, ощупывающий слона, ты можешь осознать лишь различные части меня. Целого ты никогда не увидишь, тебе его даже нечем увидеть!
— Тогда спрошу — чего ты хочешь?
— Ты пользуешься моей сетью. Пришло время заплатить.
— Твоей… сетью? Ретрансляторы?
— Да. Сеть, которую вы называете Ретрансляторами, хотя не понимаете ни её принципов работы, ни истинного назначения. Ты проходил через неё в будущем, ты проходишь через неё в настоящем, которое для тебя прошлое. Пора заплатить за проезд, Мордин Солус.
— Куда ни кинь — все умные. Все знают и понимают. «Серая Зона», Чёрный Флэш, теперь ты. Один Мордин ничего не понимает. Но всем от него что-то нужно.
— Ты не должен понимать. Ты должен повиноваться.
— Знакомая
