в глазах сомнения.
— Начнём с разминки. Бег десять километров. Кто не выдержит — сразу на выход. Я бегу вместе с вами.
Первые три километра идут гладко, темп держу средний. Колесников бежит, как всегда, рядом.
— Беркут, может, на пари? Кто последний — моет казарму?
Гусев рявкает сзади.
— Колесо, если ты будешь последним, я сам приведу всех, смотреть, как ты будешь драить пол в казарме. До блеска, как палубу матросы драят на корабле. Вот развлечение и разговоров будет на весь полк.
Смеются, но в группе уже два человека отстают. На пятом километре один падает на колено, второй начинает задыхаться.
— Выходим, — бросаю без эмоций.
Двое списаны из команды.
После забега — стрельба.
— Строиться всем. На стрельбище!
Идем все на специально оборудованную площадку для стрельбы из оружия. Здесь и стрелковое оружие, и гранатометы.
Мишени выставлены на разной дистанции — 100, 200, 300 метров.
Я проверяю, кто как стреляет.
Колесников стреляет быстро и точно, подмигивает мне.
— Смотри, Беркут, как ты меня не возьмёшь? Можно сказать, лучший стрелок!
Гусев молча пристреливает мишень за мишенью. Снайпер, что тут скажешь.
Когда очередь доходит до одного из бойцов — Васильева, патроны уходят в молоко. Стреляет мимо мишени.
Непонятно, как вообще он тут служит.
— Вылетает. Ещё вопросы есть? — спрашиваю я.
Сашка тут же подхватывает.
— Эх, Беркут, а рукопашный бой когда будет?
— После обеда, — бросаю я. — Времени мало. Пообедали и сразу все на площадку для боя собираемся.
Спустя час все на условленном месте.
Нас осталось 17 человек. Глаза у всех горят. Но я знаю, что пройдут отбор не все. Группа будет состоять из 8 человек. Самых выносливых, опытных надежных, умеющих думать, находящих решение в сложных ситуациях.
Начинается состязания.
Гусев выскакивает первым, не дав лейтенанту Иванову опомниться. Лейтенант крупнее и, кажется, сильнее, но Гусев знает, что техника побеждает грубую силу. Он уходит влево, делая ложное движение, и тут же подныривает под руку Иванова, заходя ему за спину. Ловким движением он перехватывает запястье противника и резко выкручивает его, заставив Иванова потерять равновесие. Лейтенант попытался вырваться, но Гусев уже провел захват ногой и валит его на землю, фиксируя победу.
Следующей парой идут Колесников и Громов, эти столкнулись, как два быка. Громов сразу пытается атаковать размашистым ударом, но Колесников ловкий и быстрый, легко уходит в сторону. Он пробивает локтем в бок Громова, заставляя его выдохнуть от боли, а затем перехватывает его руку, заламывая её за спину. Громов рычит и пытается вырваться, но Колесников держит железной хваткой, пока тот не сдаётся.
Рядовой Вася Васин, хоть и выглядит меньше по габаритам рядового Сереги, но оказывается настоящим бойцом. Серега начинает бой с уверенного удара ногой, но Вася уворачивается, словно пружина. И молниеносно хватает противника за ногу, опрокидывая его на землю. Серега пытается подняться, но Вася уже прыгает сверху, обездвиживая его. Спустя пару секунд Серега признаёт поражение.
— После ужина снова собираемся, — говорю я. — Сначала взрывное дело, а потом я объявлю окончательный состав группы, которая пойдет завтра на задание.
Кроме физической подготовки в течении дня я приглядывался к парням, решал, на кого можно положиться, кто выдержит жесткие испытания, которые могут выпасть нам в пути. Наблюдал за настроем ребят и их моральным духом. Ведь Бессмертный говорил, что после нападения на воинскую часть бойцы пали духом.
Конечно, я не уверен в этом, но кто знает. Ему виднее, ведь он был здесь, а я в Союзе. Не присутствовал лично во время нападения на лагерь, тем более есть погибшие и раненные.
Надо держать руку на пульсе.
Мы сидим в столовой ужинаем. Кормят нас спецназовцев отлично, иногда кажется, что кормят даже впрок, ведь на заданиях, на которых иногда находишься по многу дней всякое бывает с провизией.
В столовой мы трое, как всегда усаживаемся за деревянный стол. На столе стоит горячая картошка с крупными кусками мяса, с подливкой и укропом, хлеб со сливочным маслом. Салат из овощей. К чаю — сладости. Светлана предлагает добавки. Балуют тут нас.
Разговор начинается легко, ребята шутят и обменивались впечатлениями о борьбе.
— Ну и хватка у тебя, Колесников, — смеется Гусев. — Я думал, Громов тебя переломает.
— Ага, как же! — усмехается Колесников, разрезая ломоть хлеба. — Этот парень слишком много на силу надеется. Главное — предвидеть его следующий шаг.
Я слушаю их в пол уха.
Мысли возвращались к делу. Разведка — это не только сила и ловкость. Нужно не просто быстро реагировать, но и уметь мыслить наперед, предвидеть развитие событий. Такие бойцы, как Гусев, Колесников и Вася, — это именно то, что нужно. В них я уверен. У них не только крепкие кулаки, но и светлые головы. Но нужно выбрать еще четверых.
После ужина я провожу занятия по взрывному делу. Даю задачу обезвредить муляж мины. Один из бойцов ошибается, другие находят верное решение.
Остаётся 16 человек.
Я объявляю построение.
— Ну, что, парни, проводим финальный отбор. Останется только восемь человек. Если кто хочет отказаться сам — скажите сейчас. Задание сложное, поэтому я пойму.
Молчание.
— Те, чьи фамилии я объявлю, — шаг вперед. Они будут включены в группы.
Обвожу взглядом всех.
— Колесников… Гусев… Васин…
Вперед шагнуло семь бойцов. Восьмой я- командир отряда.
— Остальные свободны.
Парни расходятся. Смотрю в глаза тех, с кем предстоит идти на задание.
— Завтра встаем рано, — говорю я, глядя на ребят. — Отдохните, до вылета — ровно шесть часов.
Они кивают, понимая всю серьезность момента. И хотя все еще улыбаются, в глазах уже читается готовность к предстоящему испытанию.
Я возвращаюсь к себе в палатку.
Проверяю карты и снаряжение, размышляю о предстоящем задании. Моей главной задачей было подобрать команду, которая могла бы справляться с неожиданностями и принимать правильные решения под давлением. Выбрать таких спецназовцев, с которыми можно идти в разведку.
Смотрю на часы, до вылета — пять часов. Но мне не спится.
* * *
Для оперативно-разведывательных действий в Афганистане были созданы группы спецназначения. Это сбивало с толку противника.
Моджахеды путались в названиях, не понимали истинного количества таких отрядов которые дислоцировались по всей территории Афганистана. Советские спецподразделения за сутки преодолевали большие расстояния и могли нанести удар в неожиданном месте. Душманы думали, что воюют с целой армией.
Но в действительности численность бойцов спецподразделений была около 3500 человек.
