— Ай! — простонал он, поднимаясь на ноги.
— Ай, говоришь? — усмехнулся сверху Дизм. — Если бы веревка выдержала, Тарра Хаш, все было бы куда хуже! Думаешь, я стал бы тут просто так сидеть, пока ты вылезал бы из дыры? У меня есть острый как бритва нож, которым я мог бы порезать веревку, тебя или и то и другое вместе. Да, знаю, ты поступил так от отчаяния. Что ж, попытка не удалась, так что хватит дурачиться, ладно? Сейчас я немного спущу веревку, и ты сможешь сделать на ней узел, а потом отправишься на поиски статуи спрута. Но предупреждаю — еще один такой подвиг, и я заставлю тебя принести обе!
— Хорошо, — тяжело дыша, ответил Тарра, — но сперва скажи мне кое-что. Прямо здесь, в паре шагов, стоит большой каменный сундук с сокровищами. Твои двое подручных наверняка притащили его сюда для тебя. Так почему же его содержимое так и не подняли наверх?
— А! — сказал Дизм. — Его они должны были поднять в четвертый раз, когда рассказали мне про статуи. Я просто забыл.
— Значит, — кивнул хроссак, — вернувшись с этим сундуком, то есть с четвертой, а не третьей частью добычи, как ты утверждал, эти идиоты рассказали тебе про золотых идолов в виде крылатых спрутов, после чего ты отказался от последней доли сокровищ ради описанного ими, куда большего чуда. Так?
— Примерно так, да. Спасибо, что напомнил. И, прежде чем отправиться на поиски, ты не мог бы…
— Нет, не мог бы! — в гневе бросил хроссак. — Либо содержимое этого сундука, либо один из тех проклятых идолов, если смогу их найти, но не то и другое сразу. Впрочем, могу предположить, что твои подручные говорили тебе то же самое.
— Гм! — раздраженно проворчал Хадж Дизм. — Похоже, ты вовсе не столь глуп, хроссак. Но… я уже решил насчет идола, так что лучше иди, найди и принеси его.
— Не так быстро, — сказал Тарра. — Сперва дай слово — ты в самом деле вытащишь меня наверх, когда я вернусь со статуей?
Впрочем, он прекрасно знал, что Хадж Дизм этого не сделает.
— Даю слово, — очень серьезно ответил тот.
— Пусть будет так, — сказал хроссак. — А теперь, куда мне идти?
— Все-таки я был прав, — усмехнулся Дизм. — Ты глуп, и к тому же глух как пробка! Откуда мне знать, куда тебе идти? Я бы посоветовал идти по следам в пыли, как ты недавно шел по моим…
V
Вскоре Тарра уже точно знал, что подразумевал лис-Дизм под лабиринтом. Следуя за отпечатками сандалий в пыли, он переходил из пещеры в пещеру, ничем не отличавшихся друг от друга, словно ячейки пчелиных сот. Здесь был настоящий некрополь, где в жутком изобилии громоздились у стен кости, а горы черепов достигали до пояса. Останки принадлежали отнюдь не мертвым королям — лодыжки большинства скелетов сковывали кандалы, давно превратившиеся в ржавчину, на плечах виднелись почти окаменевшие ярма, а на правой руке каждого скелета отсутствовал мизинец, что указывало на принадлежность к числу королевских рабов.
Тарра поморщился. В те времена они были всего лишь дикарями, несмотря на все признаки цивилизации — искусство резьбы по камню и обработки металла, любовь к драгоценностям и давно забытые похоронные ритуалы, реликтами которых остались лишь эти кости. Но у него не было времени размышлять об обычаях тех, чей народ был уже стар, когда пустыня была еще молодой; нужно было многое сделать, к тому же сейчас хроссака заботили вовсе не поиски золотых идолов!
Тарра Хаш слишком хорошо помнил годы, которые он провел в подземной темнице Нуд Анноксина в Тинхле. Он никогда не думал, что ему вновь придется пережить подобное, и тем не менее… Что ж, жизнь коротка, и Тарра вовсе не намеревался провести здесь остаток своих дней. Мысли медленно обретали форму в его мозгу, словно клочья тумана над плодородной землей.
Слегка вздрогнув, — видимо, от холода, решил хроссак, поскольку не взял с собой одеяло, — он прошел еще через несколько пещер, постоянно следуя за отпечатками ног в пыли, но по одну сторону от них, так, чтобы его собственные следы оставались отчетливыми и свежими, учитывая, что здесь уже кто-то побывал до него. По крайней мере, в этом состояло его преимущество. Но его предшественников, в отличие от него самого, было двое. Да что там, в этой обители смерти Тарра был бы сейчас рад даже крысе, не то что другому человеку!
Его предшественники… Он подумал о том, какая судьба их постигла. Что ж, вскоре ему предстояло выяснить и это.
Но пока нужно было найти что-нибудь наподобие крюка и еще что-нибудь наподобие веревки. Лис не мог сидеть наверху вечно, ему тоже нужно было есть и пить. Да, крюк и веревку. Но что могло сгодиться на их роль? Может, длинная золотая цепь? Нет, она слишком мягкая и слишком тяжелая, а весь прочий металл наверняка полностью проржавел. Занятый этими мыслями, Тарра, однако, ни на мгновение не забывал о том, что здешние «стражи» могли бодрствовать даже в данный момент, если только они не были порождением обычных страхов, вызванных воображением Хаджа Дизма.
Наконец в свете горящего факела он вошел в центральный зал, подобный ячейке пчелиной королевы в центре ее улья — королевы или короля, или многих королей. В стенах были вырублены глубокие ниши, в каждой из которых стоял массивный саркофаг, высеченный из цельного камня, а пол вокруг этих древних гробов усеивали несметные сокровища!
Но посреди круглой пещеры с куполообразным потолком покоилась самая грандиозная гробница из всех — настоящий мавзолей, с высокой мраморной крышей на резных мраморных колоннах, а вход в него сторожили…
Сторожили? Тарра содрогнулся, вспомнив о «стражах». Но, так или иначе, гробницу действительно сторожили два золотых спрута, с крыльями и прочим, восседавшие на постаментах из оникса по обе стороны зловещих ворот. Испытывая благоговейный трепет, ибо это наверняка было место последнего упокоения величайшего из древних монархов, хроссак шагнул вперед, воткнул факел в грудную клетку скелета, лежавшего у подножия левого постамента, медленно выпрямился, чувствуя, как мурашки бегут по его голым рукам, ногам и спине, и… отскочил, будто ужаленный змеей!
Какое-то время Тарра стоял в мерцающем свете факела, с отчаянно бьющимся сердцем, чувствуя неодолимое желание бежать, но что-то приковало его к месту, ноги словно вросли в камень. Он не сводил взгляда со скелета, из ребер которого торчал шипящий факел, скелета, до сих пор одетого в рваную накидку и кожаные сандалии, такие же, как и те, что оставили недавние следы в вековой пыли!
Несколько раз глубоко вздохнув, хроссак заставил себя успокоиться, подавляя дрожь в руках и ногах. Вздохнув в третий раз, он медленно присел и наклонился вперед, разглядывая жуткие останки. Кости выглядели так, будто их сожгли едкой кислотой. Кое-где на них виднелись липкие черные следы, вероятно, от вытекшего сгоревшего мозга. Остатки кожи напоминали иссохший пергамент, а череп… с ним было хуже всего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
