красоткой? Этот вопрос мучил Полину последние десять лет — с того момента, когда она узнала об отъезде Юрия Корницкого. Возможно, ей стоило более серьезно относиться к его ухаживаниям, — но, разумеется, не к тем, которые он расточал в подмосковном стогу сена. Когда Юрий вернулся со своим курсом в Москву и узнал, что Полину уже отчислили из института, он постарался найти ее и загладить свою вину, которую точнее было бы назвать подлостью. Как ни странно, в тот момент Полина не испытывала к нему ни ненависти, ни злобы, ни отвращения. Возможно, она судила слишком строго — однажды своим непробиваемым равнодушием ей даже удалось довести его до самых настоящих слез… — и именно в тот момент можно было веревки из него вить. Но кто же знал, что через четыре года он и в самом деле уедет в Америку! Впрочем, за эти четыре года, да еще при отсутствии любви с ее стороны, они могли бы сто раз развестись — так о чем же тут жалеть? Беззаботность восемнадцатилетней девчонки кажется непростительной глупостью, когда тебе уже исполнилось тридцать два года!
Неужели, как и большинство хорошеньких женщин, она недооценила скорость, с которой проходит ее природная привлекательность? Полине стало так обидно, что она закусила подушку и горько расплакалась. К счастью, на смену слезам пришел долгожданный сон — и без каких-либо запоминающихся сновидений.
Как выяснилось на следующий день, в одном из своих предположений Полина оказалась абсолютно права — Даниил был главой секты так называемого «трансцендентального тантризма», а все три «гурии», как он шутя называл своих девушек, — преданными сторонницами проповедуемого им учения, в обязанности которых входило завлекать все новых и новых адептов. Самая большая из комнат его квартиры была отведена под лекционный зал, причем лекции были платными, проходили по вторникам и субботам и собирали немалое количество самой разношерстной публики. Поскольку Полина познакомилась с «тантристами» в среду, то решила, что ознакомление с основами учения откладывается для нее на несколько дней. Пока же она помогала девушкам по хозяйству, тем более что сам Даниил целыми днями читал какие-то заумные древнеиндийские трактаты, слушал заунывную музыку и медитировал, категорически запрещая кому бы то ни было беспокоить его в процессе занятий.
Подобно кошке, осваивающейся в новом жилище, Полина целый день бродила по квартире и неожиданно сделала открытие — из четырех комнат в качестве спален можно было использовать всего две — ту, где она провела первую ночь, и другую, где, раскинувшись на широченной постели и закрыв глаза, медитировал Даниил. В третьей комнате, отведенной под лекционный зал, находились только стулья, а четвертая служила чем-то вроде гостиной, поскольку тут имелся весьма узкий диван.
— Ну и чему ты удивляешься, подруга? — заметив ее озадаченный вид, усмехнулась блондинка Света. — Тому, что мы спим вчетвером на одной постели?
— Это правда?
— А что тут особенного?
— Полина еще просто не знает всей сути учения о трансцендентальном тантризме, — заметила шатенка Валя. — Как только она его поймет, то перестанет удивляться и присоединится к нам.
— Это вряд ли… — пробормотала Полина, внимательно всматриваясь в спокойные и даже равнодушные лица своих собеседниц: не разыгрывают ли?
— Неужели тебе интересно спать одной и не знать, чем мы вчетвером занимаемся? — На лице Светы было написано искреннее недоумение.
— Да я как-то могу себе это представить, — фыркнула Полина, но тут же была остановлена нестройными возгласами Лиды и Вали: «Ой, нет, это совсем не то, что ты думаешь!» и «Пока этого не испытаешь, ничего не поймешь!».
— Давайте лучше позовем Даниила, и пусть он сам ей обо всем расскажет, — рассудительно решила Света, после чего решительно постучала в его комнату.
Сначала главный тантрист был очень недоволен тем, что его оторвали от любимого занятия, но потом, быстро сообразив, что вместо трех кошечек может заполучить на сегодняшнюю ночь и четвертую, принял глубокомысленный вид и пригласил Полину пройти к нему.
— Надеюсь, вы еще не успели прийти к выводу о том, что угодили в гнездо разврата, где только и делают, что занимаются групповым сексом? — спросил он настолько серьезным тоном, что Полина, не зная, как реагировать на его слова, пожала плечами и неуверенно качнула головой. — Вам что-нибудь известно о тантризме вообще и самой глубокой его разновидности — трансцендентальном тантризме?
— Нет.
— В таком случае присаживайтесь на этот стул, а я постараюсь доходчиво вам все объяснить.
«Надеюсь, для этого тебе не придется снимать брюки», — мысленно усмехнулась Полина, которая в глубине души опасалась именно этого.
— Вообще говоря, тантризм — это древнейшее религиозно-философское учение Индии, связанное с культом женских божеств и тех самых, считающихся священно-магическими процедур, благодаря которым и обеспечивается воспроизводство человечества, — тоном опытного лектора и без малейшей улыбки на лице начал Даниил. — Все в мире эволюционирует из единого духовного первоначала, приобщение к которому человек-Микрокосм переживает наиболее ярко в трех случаях — рождения, секса и смерти. Поскольку Микрокосм и Макрокосм являются по своему строению тождественными, ключ к познанию природы можно найти в познании человека. С этой целью в тантризме разработано немало психофизических упражнений, именуемых садхана. Главная цель тантризма как религиозного учения — это духовное освобождение — мукти, однако в отличие от подавляющего большинства других религий эта цель органично сочетается с бхукти — получением наслаждения.
— А это самое наслаждение обязательно получать всем вместе? — неуверенно поинтересовалась Полина. — Я имею в виду, что вдвоем уже не получится?
Даниил снисходительно улыбнулся.
— Ваши сомнения — это сомнения цивилизованного человека. Но тантризм зародился во времена первобытнообщинного строя, когда так называемый «свальный грех» считался вполне естественной вещью — если хотите, групповым браком. Но дело совсем не в сексе и не в том, кто и с кем этим занимается — вы не уловили самого главного!
— А что же главное?
— Приобщение к высшему мировому началу, слияние собственной энергетики, высвобожденной благодаря специальным сексуальным упражнениям, с энергией космоса. Это не только исцеляет тело, но и просветляет душу, поднимая ее до невиданных прежде высот.
«Красиво излагает, — невольно залюбовавшись голубыми глазами проповедника, подумала Полина. — Интересно, скольких девушек он
