старше, практически не менялся, продолжая оставаться тем же юношей — худощавым, розовощеким, тонкоусым.
И все-таки спустя более десяти лет знакомства она ему уступила, сделав этот своеобразный — и самый драгоценный! — подарок ко дню окончания института. Увы, даже самые бескорыстные и чистые душой женщины порой действуют — сами себе стесняясь в том признаваться — не без некоторой задней мысли. Была такая мысль и у нашей героини, причем, учитывая ее возраст и не слишком удачную личную жизнь, более чем оправданная: «А что, если мне действительно выйти за него замуж?»
Андрей был по-настоящему счастлив, хотя, по его собственному признанию, если бы это произошло на несколько лет раньше, он мог бы стать еще счастливее. Они встречались то у него, то у нее, но строить полноценные планы совместной жизни мешало главное обстоятельство — Андрей зависел от своих богатых и влиятельных родителей, которые отнюдь не горели желанием видеть его женатым на простой школьной учительнице, да еще на восемь лет старше их сына.
Прекрасным летним днем, воспользовавшись тем, что родители Андрея уехали на дачу, Наталья пришла к нему в гости. Он немедленно увлек ее в спальню, и там, в момент оргазма, она произнесла ту фразу, которая так его рассердила: «Еще, мой милый мальчик, еще!»
— Чему ты улыбаешься? — спросил он, нежно перебирая длинные пряди ее по-прежнему чудных волос.
— Своим мыслям.
— А о чем задумалась?
— О многом. — И она ясным взором, который он так любил, посмотрела на него. — Кстати, кто-то обещал шампанское.
— Да, разумеется. — Андрей тут же вскочил с постели, но через мгновение испуганно замер.
Замерла и Наталья, услышав звук ключа, осторожно вставляемого в замочную скважину.
— Кто это? — еле выдохнула она.
Стоя перед ней обнаженным, он лишь пожал плечами и прошептал:
— Я точно знаю, что родители не могут вернуться!
— Но тогда кто же?
— Тсс!
Запрыгав на одной ноге, Андрей принялся поспешно натягивать джинсы, но, не сумев удержать равновесия, со сдавленным восклицанием рухнул на пол.
В тот же миг дверь в спальню распахнулась от пинка ногой, и на пороге появились две зловещие фигуры — коренастый, круглоголовый, коротко стриженный здоровяк с пистолетом в руке и невысокий, невзрачный напарник со связкой зажатых в кулаке ключей.
— Молчать! — первым делом приказал здоровяк, устремив злобный взгляд на лежавшего Андрея и грозно поведя пистолетом в его сторону.
— Толя?
— Что?
— Толя Востряков, это ты?
Наталья была удивлена не меньше грабителя, который тоже ее узнал:
— Куприянова? Черт, но какого… ты тут делаешь?
Два других участника этой невероятной сцены взаимного узнавания были сильно озадачены, так что на какой-то миг все четверо застыли молча — каждый на своем месте.
— Неужели ты стал бандитом, Толя? — с тихим упреком спросила Наталья, смотря на него во все глаза.
Востряков не выдержал ее взгляда и, мотнув головой, глухо выругался.
— Она тебя знает? — спросил напарник.
— Что с моими родителями? — неожиданно вмешался в разговор Андрей, приподнимаясь с пола. — И откуда у вас наши ключи?
— Толя, неужели ты… — заговорила Наталья с таким испугом в голосе, что Востряков с досадой махнул рукой.
— Да ни хрена с его родителями не случилось — лежат себе на даче связанные, только и всего. — Тут он словно бы вспомнил свою роль и снова наставил пистолет на Андрея: — Давай, пацан, живо говори, где бабки, и тогда мы уйдем.
— А чего толку — она же тебя знает! — заявил напарник, кивая на кутавшуюся в одеяло Наталью.
— Заткнись! — резко отвечал Востряков. — Ну же, пацан, колись быстрее, пока я не рассердился.
— Ничего я вам не скажу!
Андрей резко встал на ноги, наконец-то натянул джинсы до конца и, вскинув голову, посмотрел на Вострякова, который был ниже его ростом. Но через секунду снова растянулся на полу, сваленный могучим ударом кулака.
— Не смей его бить! — закричала Наталья, неожиданно вскакивая с постели и бросаясь на своего бывшего одноклассника.
Нежная, теплая, обнаженная, с разметанными по плечам волосами и разрумянившимися щеками, она была настолько обворожительна, что Востряков попятился и даже не пытался защитить лицо, когда она влепила ему одна за другой две звонкие пощечины.
— Кончай, Натаха, ну ты чего, — неожиданно по-детски пробормотал он, втягивая голову в плечи.
— Выйди отсюда и дай мне одеться!
— Хорошо, но только без бабок мы все равно не уйдем, так что скажи своему хахалю — пусть думает побыстрее.
Востряков кивнул напарнику, который в это время выдергивал шнур из телефонного аппарата, и оба скрылись за дверью.
Наталья торопливо оделась, пока Андрей, охая и потирая голову, приходил в себя.
— Он тебя очень больно ударил?
— Откуда ты знаешь этого бандита?
— Мы с ним учились в одном классе, — с коротким вздохом пояснила она.
— Но ведь это ужасно!
— Да, конечно, я и сама сначала глазам своим не поверила…
— Я не о том, — с досадой перебил Андрей. — Ведь если ты его знаешь, то ему придется нас обоих убить!
— Ты думаешь, он посмеет? — Она произнесла это с таким наивным ужасом, что Андрей усмехнулся.
— Тебе лучше знать, я-то его первый раз вижу…
Их разговор был прерван двумя практически одновременными звуками — в дверь начали требовательно звонить, а под самыми окнами квартиры, находившейся на втором этаже, заревел мегафон:
— Милиция! Эй, вы там, сдавайтесь! Квартира блокирована, так что всякое сопротивление бесполезно…
— …Ну и мудак же ты, Толян! — злобно выругался его щуплый напарник. — Говорил же тебе — надо было кончать хозяев дачи.
— Ты меня еще поучи! — окрысился Востряков. — А потом
