Рей едва устоял на ногах, зажмурился. Нет, под ботинками твердая земля, а когда открывает глаза, будто летит.
Джейн схватила Фостера за рукав.
– Вы тоже это видите, сэр?
Вокруг раздавались испуганные вопли. Рей почувствовал, как на него напирает людская масса.
– Всем оставаться на местах, – прозвучал по связи голос старшего лейтенанта Льюиса. – Без паники! У кого есть тепловизоры, надеть!
У Фостера тепловизора не было, их выдали только тем, кто стоял у рамок металлодетекторов.
– Наш старый знакомый снова в деле, – Фостер не открывал глаз, чтобы не стошнило от этого калейдоскопа. – Сержант Рейн, можешь его вырубить, как в прошлый раз?
– Я не знаю, где он. Но у меня есть другая идея. Он, кажется, не иллюзионист. Он создает миражи. Как в пустыне. Значит, и мы можем поиграть с оптическими эффектами!
Из динамиков разносился голос полицейского, тщетно призывавшего людей не паниковать и оставаться на месте. Дождь начался внезапно, как всегда. Фостер понадеялся, что холодный душ с неба немного охладит взволнованную толпу. Только бы не началась давка! Иначе жертв не избежать.
Что делала Рейн, Фостер не знал, но, когда снова открыл глаза, сквозь нереальную картинку полета над городом проглянула перепуганная толпа. Люди толкались, падали, сбивали друг друга с ног.
– Как ты это сделала?
– Отражение света. Сложно. Потом объясню, – ответила Рейн. – Уводите людей сэр, пока я могу это удержать.
Она заставляла дождевые капли висеть неподвижно в воздухе. Наверное потом, когда они выберутся отсюда, Рейн снова напишет рапорт, где заумными словами будет объяснять, почему именно такая форма капель именно так преломляет свет и показывает настоящую картинку, разбивая иллюзию. Но Фостер четко понял одно – раз у Джейн получилось, значит иллюзионист не воздействует ни на мозг людей, ни на органы чувств. Фокусник работает с отражением света, создавая подобие миража, который бывает в нагретом воздухе. А это значит, что иллюзия действует и на своих, и на чужих. Вывод – в зоне поражения иллюзией боевиков нет, либо они в тепловизорах. Об этом Фостер, как смог кратко доложил командующему группой старшему лейтенанту Льюису.
Рей ещё не закончил говорить, когда огненная вспышка пронзила зыбкое марево. Это был выстрел из РПГ, и попал он прямо в зависшего воздухе «Карлсона» в летательном экзо. Беднягу разорвало на части. Кровавые ошметки вместе с осколками костюма упали в толпу. Люди с ужасом бросились врассыпную, началась жуткая давка.
– Цель в окне десятого этажа офисного центра ликвидирована, докладывает Орион, – отчитался снайпер.
Из-за миража снайперы не заметили стрелка вовремя, чтобы предотвратить выстрел. Эх, будь здесь Пайн с его глазными имплантами, точно бы не проворонил!
– Где ж вы раньше были?! Вынуть глаза из задницы и смотреть в оба! – рявкнул старший лейтенант Льюис. – Старший лейтенант Фостер, организовать вывод людей с площади. Лейтенант Бакстон, обеспечьте сохранность прототипов и безопасность артистов.
– Слушаюсь, сэр.
Фостер отдавал приказы военным и полицейским, чтобы выводили людей небольшими группами, закрывали детей, не допускали давки. Но люди сносили хлипкие ограждения и рамки металлодетекторов, сбивали с ног стражей порядка и неслись прочь. Эта страшная картина перепуганной толпы проглядывала сквозь марево безмятежного неба над городом.
Фостер не отходил от Рейн. Пока она работает, нужно защищать её от толпы. Их толкали, пытались сбить с ног, мимо промчался здоровенный толстяк, как ледокол пробивая себе путь. Фостер увидел ребенка, который не смог удержаться за руку матери и упал, а толпа несла женщину дальше, и она не могла вернуться за сыном. Рей плечом оттолкнул двоих, которые едва не прошли по мальчишке, схватил его на руки и выдернул из толпы.
Мальчишка рыдал и вырывался из рук Фостера. Звал маму.
– Унеси его отсюда, – Рей передал ребенка рядовому.
Расталкивая людей, мчавшихся не разбирая дороги, Фостер вернулся к Джейн. Полицейские кричали в рупоры, прося людей идти спокойно и не толкать друг друга, но люди будто не слышали. Военным с трудом удавалось структурировать движение толпы, замедлить и разбить людей на более мелкие потоки. Лейтенант Бэкстон доложил, что артисты и работники сцены вне опасности.
– Орион, Сириус, продолжайте искать объект на крыше или в окне, – Фостер отдал указание снайперам. – Может, и наш фокусник засел поблизости.
– Принято, сэр.
Людское море потоком выплеснулось из площади на узкую улицу, и земля пошла дрожью, когда по бурлящей толпе ударил тяжелый змеиный хвост.
– О, нет, – простонала Джейн. – Только не это!
Йормунганд выполз на площадь прямо по людям, грозно разметая их хвостом и разевая ненасытную пасть. Крики боли и ужаса перекрыло низкое шипение. Стодвадцатиметровый коричневый змей с острой мордой, покрытой роговыми наростами, возвышался над беззащитными мелкими человечишками, как древнее чудовище.
– Вот же сраный червяк! – старший лейтенант Льюис жестко выругался сквозь помехи. –Никогда не доверял этим проклятым европейцам!
Голос командира по громкоговорителю разнесся над площадью. Он приказывал сержанту Карлу «Йорм-Хрентамвыговоришь» немедленно принять человеческий вид и прекратить давить гражданских. Все понимали – вряд ли сработает, но Льюис должен был попытаться.
Рей оглянулся на Джейн. Её бледное лицо исказила гримаса невыносимой боли, руки дрогнули и опустились, а вместе с ними осыпались вниз дождевые капли. Мираж снова повис плотной завесой, понесся перед глазами полет над городом, скрывая жуткое змеиное пиршество, человеческие тела, целиком исчезающие в пасти Йормунганда, раздавленных и сбитых гигантской змеиной тушей.
– Сержант! Верни
