Иорвет стоял, опустив голову, кончики впившихся в спинку стула пальцев побелели. Молниеносное движение, и стул полетел в окно. Взрыв, и от блестящих стеклянных брызг засверкало по комнате. Они с Юланнэн прожгли друг друга взглядами, Иорвет стремительно зашагал к выходу. Хлопнула дверь, Юланнэн также стремительно направилась к двери в дальнем конце комнаты.
В ошеломлении я так и стояла, скрестив руки на груди. Король-эльф поднял голову от чашки, внимательно посмотрел на меня. Мне показалось, что он хотел что-то сказать, но жена властно обернулась на выходе. Аланнэнн поднялся из-за стола и, ещё раз бросив на меня взгляд, ушёл вслед за ней.
***
В комнате Моны никого не было (наверняка она ночевала у Роэля), а в моей обнаружился накрытый завтрак. С подозрением осмотрев еду, я решила, что фрукты, нежный творог и вода безопасны. Я порядком проголодалась.
В одиночестве и в тишине, наконец, можно было спокойно подумать. Клетка захлопнулась — просторная, позолоченная, но всё-таки клетка. Даже если мы с Моной починим стилет… Я покачала головой. Мона не уйдёт отсюда без Роэля. И что я скажу Саскии, если вернусь без скоя'таэлей, без Иорвета?
В задумчивости я прикрыла за собой дверь комнаты, и прошла из гостевого крыла, не замечая никого вокруг, вчерашними коридорами через пустой бальный зал на террасу. А на меня никто и не обращал внимания. Облокотившись на парапет, я рассматривала прохладную гладь озера, умиротворённо расстилавшегося перед дворцом. Вдалеке виднелись узкие изящные рыбацкие лодки, и вокруг них кружились и камнем падали в воду чайки. Сбоку раздалось тихое покашливание.
Я обернулась, успев заметить, как из-за колонны Аланнэнн махнул мне рукой, и тотчас его бело-голубые одежды исчезли за углом. Мельком оглядевшись, с деланно праздным видом разглядывая красоты, я двинулась за ним. За углом уже никого не было, и я припустила по мозаичной дорожке, уводящей в сад. Медово благоухали цветы, на дорожку опускались лиловые и розовые кисти цветущей вистерии. Король уже ожидал на скамейке в тенистом уголке под кроной плакучей ивы, корни которой уходили в радостно журчащий по камням ручей.
Я склонила голову, Аланнэнн похлопал по сидению скамейки рядом с собой. Помолчал.
— Кхм… — неуверенно начал он, — честно говоря, мне всё это не очень нравится.
Я вежливо улыбнулась ему.
— Ваша Светлость, не могу выразить, как я с вами согласна. По правде сказать, по ту сторону гор от нас зависит судьба целого государства, и счёт идёт на дни.
Аланнэнн кивнул.
— Юланнэн взялась за дело слишком решительно, но в этом вся она, — добавил он с нежностью. — Но мне не кажется, что мы сможем таким образом решить нашу проблему.
Задумавшись, он помолчал. Потом посмотрел мне в лицо, и казалось, что его бледно-голубые глаза, обрамлённые чёрными ресницами, светились.
— Когда-то Gwynbleidd помог нам в очень деликатном деле. Лис сказал, что ты здесь вместо него…
— Да, сам Геральт не смог быть рядом с Иорветом.
— Ты очень молода… Но, других вариантов у нас нет, — он разговаривал будто сам с собой. — Я думаю, что наше горе — задача как раз для ведьмака. Возможно, это какое-то проклятие. Или магия. Иных причин не может быть.
— Вы говорили, что дети не рождаются у вас три года?
— Два с половиной. Но ни один ребенок не был зачат с того лета три года назад.
В моей голове вспыхнули слова Наины: «Ах, как она чудесно выглядит», — сказала она тогда.
— Три года назад здесь была Францеска Финдабаир, не так ли?
— Да. Но я далёк от мысли, что она как-то в этом замешана. Эльфы Дол Блатанна — наши добрые друзья, и всегда были ими. Хотя, к взаимопониманию мы с ней тогда так и не пришли.
Я вопросительно приподняла брови.
— В войне с Севером погибло слишком много молодых эльфов, и она хотела, чтобы часть наших жителей переселилась к ней.
С удивлением я впилась взглядом в его удивительные глаза.
— То есть, она вам не сказала, как они погибли?
— Война, — он неопределенно повёл рукой.
— Францеска сдала их северянам в обмен на трон Дол Блатанна, — жёстко проговорила я. — Всех молодых эльфов, сражающихся за неё, изгнали без права вернуться на Родину. Они оказались вне закона, на них охотятся, как на собак. Она разменяла их жизни на своё правление.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Аланнэнн потрясённо смотрел на меня.
— Этого не может быть, ни один эльф не пошёл бы на такое!
— Вы можете спросить остальных участников нашего отряда, они как раз из таких изгоев. В Дол Блатанна вернулись только пожилые эльфы, и там, так же как у вас, не рождаются дети.
— Так, значит, это месть, — прошептал он. — Она действительно уехала отсюда в гневе.
Я кивнула.
— Когда мы шли в Ард Дол, двери в некрополе были заперты, а проход охранял голем. Францеска позаботилась, чтобы у вас не было связи с внешним миром.
Лицо моего собеседника потемнело и будто разом постарело. Он прижал к груди ладони с длинными, как у пианиста, унизанными перстнями пальцами.
— Ты сможешь помочь нам с этим, ведьмачка?
— В моих интересах это сделать. При условии, что вы отпустите нас всех, — я сделала упор на последнем слове. — И позволите увидеть мастера рун.
— С Лисом у моей дочери личные дела, а Фиона привыкла получать желаемое…
— Всех, — мягко повторила я.
Он, помедлив, кивнул и достал из кармана ключ.
— Я что-нибудь придумаю. Это ключ от двери в южное крыло, где жила Францеска со свитой. Осмотрись там. И вот…
Аланнэнн стащил с указательного пальца перстень с печатью.
— Это для охраны, вернёшь потом. Ты можешь ходить везде, только покажи им кольцо.
Я спрятала перстень во внутренний карман куртки. Эльф едва кивнул, показывая, что разговор закончен, и, быстро шагая, исчез в цветущем саду.
***
Я нашла Иорвета на заднем дворе дворца, оборудованном под стрельбище. Голый по пояс, эльф натягивал лук. В центре мишени стояла уже щётка из стрел, один из обмотанных соломой манекенов был изрублен в щепки, вокруг валялись ошмётки. В сердце второго был воткнут Иорветов меч. Под манекеном в пыли валялась фляжка.
Я присела на обрубок бревна. Иорвет выпустил стрелу, и она воткнулась ровно в кучу стрел в центре мишени.
— Ты в хлам, — заметила я, кивнув на фляжку.
— Каэдвенская дрянь — из моих запасов, без дерьма, — он развернулся, широко развёл руками. — А что ещё прикажешь делать? Мне приставили нянек, и никто из них даже не захотел потренироваться со мной на мечах. Кроме вот этого, — он мрачно кивнул на распотрошённый манекен.
Я обвела глазами стрельбище. В отдалении стоял эскорт Иорвета из троих вооружённых эльфов, не спускающих с него глаз.
— Они не хотят умирать, — усмехнулась я.
— Может быть, ты, ведьмачка, составишь мне компанию? — его губы искривились.
— Хватит, насоставлялась уже, — отрезала я. — У нас дело.
— Трахать местных женщин в течение года? Если так подумать — неплохая сделка.
— Так, хорош, — я сняла пояс и принялась искать нужные пузырьки. Слёзы жён, Белый мёд — то, что нужно для снятия опьянения. — На, выпей, только оба сразу.
— Очередная попытка меня отравить? — эльф смотрел на меня с непередаваемо дерзкой насмешкой. — Ты хочешь повторить, beanna?
— Мечтаю, — огрызнулась я. — Заткнись и пей.
Запрокинув голову, Иорвет послушно влил в себя эликсиры. Передёрнул плечами, по телу прошла дрожь. Он уселся рядом на бревно, обхватив руками голову. Я протянула ему свою фляжку, он отшатнулся.
— Вода, не боись.
— Какое дело? — хрипло спросил он, взяв фляжку.
Я мельком взглянула на эльфов в отдалении и понизила голос.
— Я договорилась с Аланнэнном. Если мы разберёмся с причиной их бесплодия, нас проведут к мастеру рун и отпустят. Всех.
Иорвет исподлобья посмотрел на меня. Взгляд его начал проясняться, эликсиры действовали.
— И как ты хочешь найти эти причины? Ты училась на повивальную бабку? Они за три года с помощью лучших лекарей не смогли её найти.
