Мы пересекли площадку, Айонантаниэл раздвинул полог, прикрывающий вход в просторную пещеру. Глазам понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть к полумраку. Медальон на груди запульсировал.
Мы находились в кузне, только не похожей ни на одну, виденную мною в этом мире. Айонантаниэл прошагал к стойке в углу и бережно вложил в неё полотно меча. Повёл пальцами, и мягким голубоватым светом в пещере зажглись шары, висящие в воздухе. В углу белым пламенем, как будто сам по себе, горел кузнечный горн, и мой медальон подсказывал, что камень рядом с ним — это место силы.
— Подойди, зачерпни силы, не стесняйся, — мягко произнёс мастер рун.
Я положила медальон в выемку в камне, и, как и при испытании, кулон засветился, набрал в себя силу и погас, наполнив меня огненной энергией.
— Вы не Aen Seidhe? — не справившись с любопытством, спросила я. — Вы из эльфов народа Ольх?
Айонантаниэл тихо рассмеялся.
— Не совсем, я не столь молод, так что догадка неправильная, хоть направление мысли и верное. Впрочем, это неважно, слишком давно я не принадлежу ни к какому народу.
Он подошёл к массивной деревянной табуретке рядом с изящной наковальней, сел.
— Когда ты достаточно стар, всё теряет значение. Всё, кроме поиска взаимосвязей, невидимых нитей, соединяющих мироздание. Оп, и ты вдруг понимаешь и простраиваешь ранее скрытые связи, и момент озарения делает тебя живым.
Иорвет терпеливо ждал, осматриваясь по сторонам. Мастер рун хитро взглянул на меня исподлобья.
— Тебе ведь знакомо это чувство? В своём мире ты ведь изучала науку о бесконечном, язык, на котором написана книга мироздания, не так ли?
— Да, — удивлённо кивнула я.
Айонантаниэл довольно потёр руки и обратился к Иорвету.
— Я вижу, у вас есть две загадки для меня. Что же, приступай!
Иорвет вытянул из ножен зачарованный кинжал. В свете шаров засветилась позолота рун, украшавших лезвие.
— Этот стилет должен был снять проклятье с дракона, с Саэсентессис, которое забирало её волю. Но он снял лишь часть — её воля свободна только в человеческом обличье.
Иорвет аккуратно протянул стилет Айонантаниэлу. Тот взял его кончиками пальцев, поднёс к свету.
— Занятно, хмм… — он перевернул стилет. — Похоже, тот, кто нанёс эти руны, списал их из какой-то книги, автор книги списал ещё откуда-то, и никто из них не понимал сути написанного. Конечно же, здесь кое-чего не хватает.
— Ты сможешь помочь нам?
— Это несложно и развлечёт меня.
Айонантаниэл порылся в сундучке и достал тончайшую золотую проволоку. В руках замелькали тонкие, будто хирургические инструменты. Он нагрел стилет в пламени горна, ловко выложил и загнул золотые нити, молотом аккуратно обстукивая лезвие. Мы заворожённо наблюдали.
— Эта загадка была простой, давай вторую, — сказал мастер, опять нагревая стилет.
— У нас с ведьмачкой появились похожие знаки на ладонях.
Айонантаниэл окунул стилет в ведро с водой, зашипел пар. Взглянул на наши ладони.
— О, как интересно! Это загадка ещё проще первой, но как же витиевато, должно быть, сошлись звёзды, малейшие вероятности, чтобы такое случилось!
— Но что это значит? — нетерпеливо воскликнул Иорвет.
— Во-первых, это значит, что чародей, наложивший заклинание, очень хотел одного из вас убить.
— Меня, — кивнул Иорвет, — чародейка Филиппа Эйльхарт.
— Ах, избавь меня от имён, я всё равно не запомню, — Айонантаниэл отложил стилет. — Во-вторых, это значит, что ему что-то помешало, и он не смог внятно произнести всего лишь один слог в заклинании, и получил совсем другое, которое, уверен, в этом мире и не знают. И, в-третьих, нашёлся кто-то, кто подходил под условия и смог быть получателем сигнала — это парное заклинание. Как видите, вероятность этих событий чрезвычайно мала, и это самое интересное тут.
Мы с Иорветом переглянулись.
— Маленькие серые клеточки, обратитесь к ним! — прикрикнул Айонантаниэл на нас, как на первоклассников. — Доставьте мне удовольствие, решите эту загадку сами.
Мы послушно поставили ладони рядом и принялись сверлить их взглядами. На моей ладони белая запятая, хвостиком вверх, на ладони Иорвета чёрная, хвостиком вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну же, ведьмачка! Ладно Aen Seidhe, в этом мире этого знака нет, но в твоём-то он хорошо известен!
Ну конечно, ответ очевиден, и был бы очевиден с самого начала, если бы я дала себе труд подумать о наших знаках, как о едином целом, а не по отдельности.
— Инь и Ян! — воскликнула я.
— Плюс и минус, север и юг, мужчина и женщина, свет и тьма, огонь и вода. Противоположности сталкиваются и притягиваются!
Пока я тормозила, переваривая сказанное, Иорвет решительно взял мою ладонь со знаком и накрыл своей. Запятые под сомкнутыми ладонями сложились в круг. Тело прошило током, между ладоней пробился свет, который, вспыхнув, исчез, и через мгновение нас поглотила тьма.
Мы стояли в той самой светящейся темноте, что я наблюдала в медитациях, только теперь то, что я чувствовала импульсами, стало видимым.
Мы будто попали в чёрно-белый комикс — рядом стоял Иорвет, одетый в белоснежные доспехи, оба глаза были целы и сияли на нечеловечески красивом белом лице. Я была закутана в чёрный плащ, чёрные волосы выбились из-под капюшона. У моих ног лежал чёрный волк.
Предметы в комнате тоже преобразились. Мы видели ярко-белое пламя магического горна и сияющие шары светильников, обычные же предметы сохранили только тонкий абрис, словно были нарисованы белым маркером на чёрной бумаге. Между нашими с Иорветом ладонями протянулась светящаяся нить.
Я обернулась, следуя за взглядом Иорвета, и увидела, что Айонантаниэл тоже был здесь. Эльф стал ещё выше ростом, раскосые инопланетные глаза занимали половину преобразившегося молодого лица. Казалось, он лучился, облачённый в сверкающие одежды, от рук исходило сияние.
— Добро пожаловать на изнанку, — не шевеля губами произнёс он. — В реальном мире мы видим вещи, но магия скрыта, на изнанке же — всё наоборот.
Он сделал шаг, поднял из ящика с инструментами щипцы и раскрыл ладонь. Щипцы медленно, будто бы не имели веса, направились к полу.
— Время течёт здесь по-другому.
Айонантаниэл вдруг засмеялся, и снова его губы не шевелились, а смех раздавался прямо у меня в мозгу.
— Бедный, бедный глупый чародей — хотел убить, но преподнёс подарок. Хотя… — его тонкие длинные пальцы зашевелились, будто перебирали и расплетали невидимые нити, — хотя, и не такой уж глупый, если заглянуть чуть подальше.
Он взял стилет Саскии. Сейчас руны вместо затейливой вязи выглядели ровными белыми линиями, идущими вдоль лезвия. Видно было, что более яркие свежие руны, нанесённые Айонантаниэлом, закрывали пропуски в старом пунктире, образуя цельную картину.
— Ваши знаки — это ворота, ничего больше. Ворота сюда.
Нить между нашими ладонями начала истончаться, белый свет и линии меркли, и реальный мир проступал сквозь нарисованный магический. Раздался звон — металлические щипцы упали на пол.
Мы ошарашенно смотрели на Айонантаниэла, который из сверхъестественного могущественного существа снова превратился в худющего высоченного эльфа.
— Тела из плоти и крови не могут надолго открывать врата, — с сочувствием в голосе произнёс он и развёл руками.
В изнеможении, словно силы шприцом высосали из тела, я осела на пол. Линии знака на руке угасли, став бежевыми, как было в самом начале, когда я только попала в Каэр Морхен.
— Но как мне вернуться в мой мир? — тихо спросила я. — Эти врата ведут на магическую изнанку здешнего мира, но не в мой.
Айонантаниэл сочувственно кивнул.
— Это может сделать лишь тот чародей, что произнёс заклинание. Контрзаклинание, к счастью, имеет универсальную формулу и совпадает с контрзаклинанием к тому заклятью, которым он хотел вас убить. Его нужно наложить на кровь, вашу и его в равных частях, вот и всё.
Лицо Иорвета было бледно, но на губах блуждала загадочная улыбка.
