— По-моему, нам туда, — сказал он.
— Воистину, — отозвалось Волеизъявление. — Только, прежде чем мы войдем, позволь предупредить тебя: внутри может оказаться полно неожиданностей. Подозреваю, Понедельник все там переделал и перестроил под парилки и плавательные бассейны, а кроме того, дом куда просторней внутри, чем выглядит снаружи… Итак, Артур, ты должен разыскать Понедельника и произнести заклинание, а я… то есть мы… будем тебе всемерно споспешествовать.
— Что ж, приступим, — кивнул Артур.
Поудобнее перехватив Ключ, он еще раз прокрутил в голове оба заклинания и последовательность действий по отвоеванию Ключа — и направился к двери.
Шагах в десяти от нее ему пришлось остановиться. Перед дверью обнаружился ров футов шести глубиной и столько же в ширину.[6] Не такое уж грозное препятствие… Вот только там, внизу, было по колено змей. Шипящих, извивающихся, ползающих туда-сюда. Это были не вполне обычные змеи. Их чешуя от головы до хвоста была разрисована красными и желтыми языками пламени, а глазки поблескивали синим, точно сапфиры.
— Библиофаги! — в ужасе воскликнуло Волеизъявление. — Скорее назад! Назад!
Артуру повторять не потребовалось. Он отскочил, и весьма вовремя: змеи хлынули к стене рва, стараясь выбраться наружу. Однако это им не удалось, и Артур вздохнул с облегчением.
— Библиофаги — это кто? — спросил он с опаской.
— Создания Пустоты, — медленно проговорило Волеизъявление. — Пожиратели книг. Разновидность пустотников… Они источают яд, обращающий в Пустоту любой печатный или письменный текст… Их не должно было здесь быть! Этот Понедельник, он… он… он перешел уже всяческие пределы!
— Они станут поливать нас ядом, если у нас не будет при себе никаких текстов? — поинтересовался Артур.
— Не станут, — уверенно ответило Волеизъявление. — Но беда в том, что мою-то сущность составляет именно текст! Я не могу переправиться через ров!..
— Видать, к этому-то мистер Понедельник и стремился, — вздохнула Сьюзи. — Ну и каковы наши дальнейшие планы?
— Все остается в силе, — явно оправившись от потрясения, твердо сказало Волеизъявление. — Придется тебе, Артур, идти дальше без меня. Только сперва убедись, что при тебе в самом деле нет ничего напечатанного или написанного от руки. Ну там, ярлычков на одежде, записок каких-нибудь… Библиофаги заметят даже одну отдельную букву и заплюют ее ядом. А этот яд не пощадит и тебя, и тогда все пропало!
— Кранты, — кивнула Сьюзи.
На подготовку к переходу ушло минут пять. Артуру пришлось отрывать с одежды ярлычки. У Сьюзи на некоторых вещах обнаружились пометки, сделанные в прачечной. Эти вещи она попросту бросила, после чего на ней все равно остались три рубашки, бриджи, ботинки и две пары носков. Задача Артура оказалась сложнее. Все, что он обычно носил, было испещрено всяческими ярлычками, лейблами и надписями под трафарет. Пришлось все это выдирать, в том числе и с пояса трусов… Артуру, впрочем, было уже не до таких предрассудков, как стеснительность и неловкость. Хорошо еще, что у него не было ни татуировок на теле, ни привычки писать чернилами на ладони!
— Ну как? Вы вполне убедились, что нигде больше ни единого слова? — озабоченно спросило Волеизъявление и вспрыгнуло на кучу брошенной одежды. — Нигде ни слова, ни буковки? Э, а что там такое у тебя на запястье?
Артур посмотрел на свои часы и мысленно ахнул. Там тоже красовалось название фирмы, так что плевки библиофагов были ему обеспечены!
— Больше ничего? — вновь спросило Волеизъявление.
Артур и Сьюзи еще раз перерыли карманы. Артур посмотрел на свои джинсы.
— Ох ты, — вырвалось у него. — И на молнии тоже буквы!
Вот теперь ему стало неловко. Он попытался оторвать хвостик замочка, расстегнул молнию и увидел, что на изнанке тоже есть какие-то буквы.
— Так дело не пойдет, — проворчал он. — Видно, придется мне всю свою одежду бросить и надеть только ту, что из Атриума…
Он повернулся к ним спиной и быстро разделся догола, после чего натянул рубашку, подаренную младшим хранителем Парадной Двери. Длинная рубашка здорово смахивала на ночную. Поверх нее Артур натянул пиджак и застегнул его на все пуговицы, но ощущение все равно было дурацкое. Оставалось только надеяться, что здесь не будет порывов ветра вроде того, что на известных всему свету фотографиях развевал юбку Мэрилин Монро…
— Да пребудет с вами удача, — сказала нефритовая лягушка. — Да свершится Волеизъявление!
Артур молча кивнул. Лягушка поднялась на задние лапки и торжественно кивнула ему. Сьюзи ответила неуклюжим реверансом. Артур кивнул еще раз, но решил, что этого было недостаточно, и отдал честь по-военному.
Подойдя к краю рва, он посмотрел вниз, на библиофагов. Их там были тысячи, и каждая змея — никак не меньше четырех футов. От вида этой кишащей, переползающей массы у Артура сразу пересохло во рту. Сейчас им со Сьюзи придется идти вброд среди змей. А он даже не спросил Волеизъявление, только ли они плюются ядом, или, может, еще и кусаются…
А на нем, между прочим, не было ни штанов, ни даже трусов…
Эта мысль едва не заставила его истерически захихикать. Неужели все это в самом деле происходит именно с ним?.. Ему вроде как полагается быть героем, смело идущим на бой с мистером Понедельником. А он вместо этого стоит решительно без трусов и боится, не цапнут ли его сейчас за самое сокровенное. Разве с настоящими героями когда-нибудь бывает такое?
— Новые времена — новые песни… — сказал он вслух.
И полез вниз.
Глава 24
Скопище змей оказалось неприятно теплым, почти горячим на ощупь. Содрогаясь, Артур ступил босыми ногами на дно рва, и десятки библиофагов немедленно обвились вокруг его икр. Чешуя у них, ко всему прочему, оказалась колючей и жесткой, точно наждак… Ничего не скажешь, райское наслаждение!
Артур приказал себе не думать об этом. Его задачей было перебраться на другой берег рва, туда, где ждала дверь. И он был намерен эту задачу исполнить. И пусть библиофаги обвиваются кругом его бедер и пояса, лезут под одежду… Несколько тварей уже повисло на руках, а одна устроилась даже на шее. Впрочем, хотя обвивались они и плотно, но удавить не пытались. И по крайней мере на данный момент ни его, ни Сm.-зи еще ни разу не цапнули.
На данный момент…
Ох. Оставалось надеяться, что в случае чего Ключ как-то придет ему на помощь.
Или хоть попытается…
К середине неширокого, в общем-то, рва Артур был сплошь опутан шевелящимися библиофагами. Змеи лежали у него на голове, свисая на лицо, а на ногах, наверное, уже намотались многие дюжины. Они ужасно мешали идти. Артур уже споткнулся раз или два, и при каждой задержке на нем повисали все новые «пассажиры»…
— Изыдите, гнусные твари! — вскрикивала у него за спиной Сьюзи.
Артур не отвечал. Он боялся, что стоит ему открыть рот, как туда немедленно заползет библиофаг. Не отваживался он и оглядываться. При этом недолго было вовсе упасть — а он весьма сомневался, что, упав, сумеет подняться. Змеям не понадобится его даже кусать. Хватит и их веса…
Еще шаг. Еще. И еще…
Дверь, к которой он стремился, зияла непосредственно в дальней стенке рва, так что слой библиофагов закрывал ее едва ли не до половины. Артур дотянулся до серебряной дверной ручки и попытался ее повернуть, но дверь оказалась Мистер Понедельник заперта. Пришлось стряхнуть с руки несколько змей, коснуться ручки Ключом и приказать:
— Отворись!
Дверь задрожала. Ручка повернулась сама собой, после чего дверь со стоном отошла внутрь, выпустив волну жаркого воздуха, напоенного смрадом тухлых яиц. При этом библиофаги, скопившиеся в дверном проеме, отнюдь не провалились внутрь дома, как ожидал мальчик. Их словно удерживал некий незримый, но очень прочный барьер, и пересечь его они не могли.
Что бы этот барьер в действительности собой ни представлял, для Артура он остался неощутимым. Зажав нос, чтобы спастись от невыносимого запаха, он шагнул через порог.
