доверяла чужому добру.
Они сидели у камина, в комнате стоял чудесный запах горящего дерева, стало очень тепло и уютно. Таня сидела на ковре, ближе к огню с кружкой, в которой был коньяк. Андрей так и не приобрел сюда хорошей посуды. Он сидел в кресле и просто смотрел на нее, как доктора осматривают пациентов. Все ли цело? Руки, ноги, голова?
— Я смотрю, ты полностью завершил ремонт тут. Ты молодец!
— Таня, просто четыре года прошло.
Она посмотрела на него, но не видела его глаз. Все почему-то размывалось перед ней, поэтому она продолжала смотреть на огонь.
— Почему ты приехал? — Таня спросила его, не поворачиваясь: — Как ты понял, что это я тут? Ты же не воров искал за шкафом? Это мое место.
— Камеры.
— Что?
— Таня, на входе на участок и у входной двери камеры. Еще тут есть датчик движения, если он срабатывает, я могу на камерах посмотреть, кто решил зайти. В прошлом году два раза залазили в дом. А так можно полицию вызвать удаленно. Представляешь мое удивление, когда сегодня я увидел тебя. Правда, я тебя не сразу узнал, — он замолчал, пытаясь подобрать слова: — Ты сильно похудела. Но Лара тебя явно сразу узнала, я сначала был в шоке, кого это моя псина так мило пропускает в дом? А потом я догадался, что это ты.
— Можно мне еще коньяка? Пожалуйста, — она повернулась и улыбнулась.
Пока Андрей направился на кухню, Таня встала и подошла к зеркалу в туалете. Впалое серое лицо, испуганные глаза, выпирающие ключицы в разрезе майки, руки — палочки. Она смотрела на себя, как в первый раз.
— Как я черт возьми этого не замечала?
Выглядела Таня очень плохо, она как будто была в теле больного человека. Или это и в правду была она сама больна. Ни сияющих глаз, ни обворожительной улыбки с ямочкой на правой щеке. Ямочки самой тоже обнаружено не было, или она уже не помнила, как улыбаться.
В дверном проеме появился Андрей, озабоченно смотря на нее:
— Таня, может время рассказать, что произошло? От кого ты так отчаянно прячешься? — и он показал ей знаком на чашку с коньяком, пришлая выпить.
Они встретились взглядами.
В его глазах она прочитала заботу, а он в ее — пустоту и страх.
Глава 42
— Ты знаешь где это можно продать? — Таня протянула на ладони свое шикарное кольцо, полученное в подарок.
Андрей смотрел не на кольцо, а ей в глаза. Вопрос.
— Не-не, оно мое. К нему оно не имеет никакого отношения. Он не знает о нем.
— Камни настоящие? Я могу спросить одного знакомого, — он потянулся за кольцом, чтобы взять его в руку. Но Таня резко захлопнула ладонь:
— Нельзя никому говорить про меня! Слишком часто ему везет! Нужно быть аккуратнее.
— Таня, скажи честно, что у тебя произошло? Ты сделала что-то такое, из-за чего нужно скрываться? Ведь все можно решить, я тебе помогу. Только расскажи.
Они сидели вдвоем на полу у камина, он время от времени подкладывал дрова, они приятно трещали в пламени.
— Единственное, что я сделала не так — это связалась не с тем человеком. Ты понимаешь, я думала, что я схожу с ума, понимаешь? Я засомневалась в себе! Можно сомневаться в своей внешности, в своих профессиональных возможностях. Это со мной и так всегда было! — Таня повернулась к нему лицом и в накатившихся слезах в глазах мерцали языки пламени: — Я подумала, что я спятила головой. Это так страшно! Я верила словам другого человека, а не себе! Да, я предала себя!
— Таня!? Как?….
— Не знаю. Я долго думала, в какой момент это произошло, что во мне надломилось? Знаешь, я так хотела отношений, влюбилась. Извини. Извини, что тебе все это говорю.
Андрей отвернул лицо в сторону, было видно по его движениям, что еще его задевают ее слова. Наверное, между бывшими это навсегда.
— Он начал манипулировать, выворачивал ситуацию, контекст в свою сторону. Как-то так оказывалось, что я виновата. И я туда провались. В это чувство вины! Он такой классный, а я недостойна всего этого! Он нащупал этот мой болевой момент и начал его использовать. На чувстве вины на меня можно было навешать все. Я говорю одно, он — ты не права, все было вот так! Стал обвинять меня в том, что я много пью, веду себя безобразно. А я поверила….. Я ему черт побери, во всем верила! Это я сейчас так спокойно об этом рассказываю. Я страдала. Почему я такая недотепа, почему я все забываю, я не умею строить отношения.
Таня сделала глоток коньяка и замолчала, смотря на огонь.
— А Алена? Оля? Они что? Они же не могли не заметить, что у тебя что-то происходит? Я то их знаю!
Таня только ухмыльнулась.
— Он сделал все, чтобы мы перестали общаться. У меня вообще никого нет.
— Таня, кто он? Давай я разберусь с ним!
Она молчала несколько минут.
— Знаешь, что самое обидное во всем этом? — Таня посмотрела на Андрея: — Я сама это не поняла. Меня ткнули носом другие люди. Я вечно слепа.
— Таня, просто манипуляции хорошо видны только со стороны. Когда ты там внутри….. Не, это невозможно разглядеть.
— Он психически не здоров. С ним ничего не сделать. Только прервать все общение, уехать, спрятаться.
— Таня, ты же понимаешь, что всю жизнь прятаться нельзя?
— Он, он опасен…
Андрей резко пододвинулся к Тане всем телом, взял ее за подбородок и повернул лицо к своему:
— Он что?…..Он тебя бил? Ты что?….. Таня, ты терпела это?
— Нет. Не знаю. Не напрямую. Он …. Он толкнул меня, и я сломала руку об ограждение, — произнеся это вслух, Таня поняла весь ужас произошедшего, она не предавала уже этому такого значения. Но произнеся сейчас, начала задыхаться от той картинки, которая предстала перед ней.
— Господи, как я могла быть вообще с ним, — это была отрезвляющая шоко-терапия.
Андрей подскочил на ноги, было видно, как у него свело скулы, и он сжал кулаки.
— Я покажу этому ублюдку! — он ходил из сторону в сторону по комнате, и со всему размаху запустил стакан об стену.
Таня вся сжалась в пол и так сильно вздрогнула от звука разбитой посуды. Она напоминала запуганного зверька, так, что Андрей к ней подлетел и взял в охапку.
— Прости, Таня, прости! Что же он с тобой сделал?!
.
Он приезжал уже третий раз, привозя ей
