пропавших – офис коронера ставит срок семнадцать месяцев, то есть одновременно с исчезновением. И последнее: они нашли волос, насчет которого имеются сомнения. Его переслали в вашу лабораторию в Куантико.
– Волос? – переспросил Скотт. – И что в нем такого особенного?
– Судя по всему, он соответствует волосам убитой, только короче. Намного короче. – Уэст пожал плечами. – Может, попал с нее на чемодан или наоборот…
– Кстати, что насчет чемодана? – вмешалась Санчес.
– Прости, я забыл… Я попросил Ллойда сравнить его с чемоданами из дорожного набора Харт. Пока что подтверждения по нему нет – у Ллойда есть только фотография того чемодана, что был у нее в комнате. Надо будет попросить у родителей разрешения осмотреть его, если чемодан все еще у них.
– Значит, преступник перевез труп через кампус в чемодане на колесиках, принадлежавшем жертве… – Санчес, впечатленная, потрясла головой. – Конечно, кто станет обращать внимание на чемодан в кампусе в конце семестра? А еще это означает, что преступник был в ее комнате, потому что откуда иначе он или она взял бы чемодан? Хотя нет, он мог пересечься с ней где-нибудь в кампусе, когда она уезжала… Такое тоже возможно.
– Знаете, о чем я подумал? – произнес Уэст. – Кто-нибудь из наших лучших и блестящих умов в департаменте, утверждавших, что Харт наверняка сбежала, потому что прихватила с собой чемодан, проверял, какую одежду она взяла с собой? Я имею в виду: если она сама была в чемодане, куда делось барахло, которое она везла?
– Забрал убийца? – предположил Эрик.
Скотт хмыкнул:
– Спросим у него, когда возьмем за задницу.
Санчес подошла к маркерной доске. В графе, озаглавленной ХАРТ, Риган, она стерла запись проп. и написала УНО. Убрала магниты, которые они прикрепили днем раньше, когда рассуждали, где в кампусе может быть похоронено тело, и одним из них отметила бамбуковую рощу. Потом повернулась к остальным. Трое мужчин хмуро смотрели на нее. Наконец Скотт прервал молчание:
– Если члены расистского кружка отпадают, мы, по сути, возвращаемся к самому началу.
– Нам некуда двигаться, пока не придет токсикология по трупу Риган Харт, – сказал Эрик.
– А как же тот волос, что коронер отправил в нашу лабораторию? Его вообще осматривали?
Уэст пожал плечами:
– Думаю, да.
Скотт потянулся к стационарному телефону и вызвал офис коронера, где его переключили на кого-то по фамилии Мур. Он назвал номер дела и объяснил:
– Мне нужно поговорить с вами насчет образца, который вы отправили в лабораторию ФБР. Это волос?
– Волос с головы, да.
– Понятно. – Скотт напомнил себе, что криминалисты всегда делают это различие, в то время как всем обычным людям достаточно сказать «волос», не упоминая про голову.
Мур предупредил:
– Я осмотрел его только через лупу, поэтому не поставлю свою профессиональную репутацию на то, что это волос другого человека с тем же расовым происхождением, но аномалия достаточно бросалась в глаза, чтобы я решил переслать его экспертам. Пусть изучат попристальнее.
– Аномалия заключалась в том, что волос был короче?
– Не только: он был обрезан с обоих концов. Как будто кто-то стригся, а этот волосок подрезали дважды.
Скотт попытался припомнить, как выглядели волосы Риган Харт, когда ее вытащили из чемодана.
– Значит, волосы, оставшиеся у трупа, были… что? Нестриженые?
– Нет, когда-то она, конечно, их подстригала, но с того момента дистальные концы успели расщепиться. Секущиеся кончики, выражаясь обычным языком. И снова: предупреждаю, что все эти волосы могут быть от одного человека.
– Вы сделали фотографии?
– Конечно.
– Перешлите нам. – Скотт дал ему контактную информацию и повесил трубку. Постарался пересказать остальным, что услышал, и тут осознал: либо он не понял, о чем толковал Мур, либо тот намеренно высказал двоякое мнение.
– Прекрасно! – Уэст воздел руки в воздух. – Слышите свист? Это сдувается наше расследование.
– Может, нам что-нибудь даст отчет коронера, – произнесла Санчес.
– Узнав причину смерти, мы не станем ближе к поимке преступника.
– Но мы ждем от экспертов и другого отчета, – заметил Эрик. – По неопрену.
– Из пикапа Холл? – Уэст пожал плечами. – Я не возлагал бы на него особых надежд.
– А где вы, ребята, здесь обедаете? – спросила Санчес и дернула подбородком в сторону напарника. – Нам бы поесть, прежде чем отправляться в «Паркер-центр» на встречу с Хартами.
Скотт указал на Эрика:
– Сейчас он заведет свою песню насчет любимого фуд-трака…
Эрик глянул на часы.
– Надо поторопиться, если не хотим стоять в очереди. Тебе как обычно, Скотт?
– А у меня есть выбор?
Эрик и Санчес ушли, взяв заказы на обед. Уэст, что-то пробормотав себе под нос, вытащил из кармана тоненькую серебристую коробочку, открыл ее и достал сигарету.
– Ты понимаешь, что мы по уши в дерьме, не правда ли?
– Согласен, но это не значит, что стоит травить себя никотином. – Скотт указал на сигарету.
– Хоть ты не начинай! Санчес и так с меня не слезает…
Уэст направился к двери. Скотт вышел в коридор за ним следом.
– Еще одна найдется?
– Я думал, ты не куришь…
– Я и не курю. Так, выкуриваю сигарету, когда хочется выкурить одну чертову сигарету, ясно?
Уэст, усмехнувшись, покосился на него и дал сигарету. На лифте они спустились вниз, вышли на улицу и встали неподалеку от остальных курильщиков.
Первая затяжка, хоть и обожгла Скотту горло, доставила массу приятных ощущений. Болезненных, но таких знакомых… Кажется, прошло больше времени, чем он думал. Держа сигарету большим и указательным пальцами, Скотт посмотрел на тлеющий кончик, постаравшись подольше задержать дым внутри. Уэст поглядел на него.
– А Джейн Холл знает об этой твоей привычке?
– Я же сказал, – выдохнул Скотт, – я не курю.
– Ладно-ладно… Итак. Ты всегда выбираешь девушек не своей расы или Джейн Холл – исключение?
– Что за вопрос? И почему ты всегда называешь ее именем и фамилией? Я и так знаю, о ком речь.
– Мне нравится, как это звучит. И мне интересно знать про вас с ней. Видишь ли, у некоторых парней имеются, скажем так, преференции – если выражаться политкорректно. К чернокожим девчонкам.
– Джейн не чернокожая. И она не девчонка.
– Тогда женщина… Кстати, в отчете Департамента полиции о ее аварии она указана как чернокожая.
Скотт поморщился, выпуская дым, и отмахнулся от него рукой.
– Она смешанного расового происхождения.
– Ну, в отчете этого не укажешь, как мы недавно выяснили, – ухмыльнулся Уэст. – И какой у нее бэкграунд?
– Как будто тебе не все равно!
– Ну я же спрашиваю…
Скотт прищурился на Уэста, но все-таки ответил:
– Ее мать латина, из Венесуэлы, но в семье есть и африканские корни. Отец Джейн белый, американец, но его семья из Британии. В
